Властители магии - Алекс Морган

вскрикнула, потому что Бесма одним быстрым движением сдёрнула с неё покрывало и толкнула в бассейн.

Едва Сандра вынырнула из воды, как тут же разразилась проклятиями на языке амазонок, ругая банщицу на чём свет стоит. Я от души расхохоталась. Если судить по моим познаниям из любовных романов, то таких неподготовленных девушек как я и Сандра сразу султану не покажут, а это уже хорошо. Таким образом, у нас есть в запасе… около месяца, я надеюсь. За это время можно разработать какой-нибудь план и попытаться убежать. А пока… можно немного расслабиться. И баня эта, кстати, очень приятная, и пахнет тут потрясающе…

Моя новоявленная сестрица гневно сверкнула в мою сторону глазами:

— И что смешного?

— Ты лучше садись рядом со мной, вот увидишь баня — это здорово!..

— Да? — Сандра вновь перешла на свой родной язык. — Я совсем не трусиха, но я боюсь этих людей, Каролина… Тот страшный мужик называл меня какими-то странными словами: "жемчужная", "яхонтовая" — язык сломать можно, а потом сказал следовать за ним… представляешь, без одежды!

— И что ты сделала? — хихикнув, спросила я на том же языке.

— Замоталась в это… ну, вот в эту гладкую шкуру, а потом попыталась убежать от него. Но меня остановил чёрный как Таранн человек! Нет, это просто не вероятно! Меня даже ирокезы так не охраняли!.. А этот огромный человек ещё и притащил меня сюда силой, да всё возмущался, что со мной ему будет сложно… Ха! Со мной ещё никто просто так не справлялся!.. Я амазонка, как ни как! — она выпрямилась в воде, гордо вскинув голову, но тут же банщица её спустила с небес на землю:

— Хотя я и не понимаю, о чём вы говорите, но тем не менее всё вижу. Не зачем возвышать свою гордость передо мной!.. Её надо будет показывать и применять в гареме.

— Зачем? — тут же спросила я, сидя с закрытыми глазами и намыленной головой.

— Потому что там нужно не просто завоевать место кадины, а ещё и суметь выжить.

— Выжить? Вы хотите сказать, что нас там могут… отравить, к примеру? — я всегда считала, что это всё сказки о гаремной жизни.

— Вы обе, думаю, очень быстро привлечёте к себе внимание султана, потому что вы удивительно красивы и, я думаю, умны. А это женщины в гареме любят меньше всего. Чем меньше у них конкуренток, тем лучше. Кадины обладают большими привилегиями, а многие девушки годами борются просто за то, чтобы хоть раз разделить ложе с султаном, из кожи вон вылезают, но не всем предоставляется такое счастье… Вот они и делают друг другу всевозможные пакости. В основном это — медленно или быстродействующие яды. Как правило, виновника в таких случаях не находят. Ещё вам нужно усвоить сразу важнейший урок. Как только вы разделите ложе с султаном, в первую очередь вам нужно будет потребовать для себя личную служанку и сделать так, чтобы её не возможно было подкупить… Ну да, я думаю, Хандиб-бей вам сам всё расскажет.

— А кто такие кадины? — спросила Сандра.

— Ну, это девушки, разделившие ложе с султаном и родившие ему ребёнка.

Моя новоявленная сестрица передёрнула плечами, но промолчала.

Внезапная мысль пронзила моё сознание и я решила, что это шанс не попасть в гарем:

— А мы ведь не можем быть наложницами! Мы ведь не невинны!

В голосе банщицы не было ни капли удивления:

— Я знаю, Хандиб-бей сказал мне.

— Но… откуда он знает? — я ахнула, чувствуя как краснеют щеки.

— Вас осматривал лекарь. Он сообщил, что вы обе не невинны, а так же ничем заразным не больны.

— Но ведь в гарем должны попадать только девственницы! А мы…

— Я думаю, Хандиб-бей вам сам всё объяснит. — прервала она меня, дав тем самым, понять, что разговор на эту тему окончен.

Бесма смыла с моей головы воду, вновь смазала чем-то волосы и, приказав мне не окунать голову, принялась за Сандру. Она отпрянула было от банщицы, но я сказала ей расслабиться и пока ничего не предпринимать (на языке амазонок, конечно же) и Сандра, надув губы молча подчинилась женщине.

— А зачем нам нужны личные служанки? — я решила расспрашивать о том, о чём можно.

— Чтобы только они и никто другой одевали вас, приносили и пробовали вашу еду, готовили для вас специальные мази и масла… Чтобы обезопасить вас самих.

— Ясно…

— Скажите мне, а откуда вы родом? Я ещё никогда не видела, чтобы у белых женщин была такая тёмная кожа.

— Мы из… мы много времени провели в путешествиях… — вымолвила я, быстро найдя в голове нужный ответ.

— Да? И где же вы были?

Я решила, что обычная банщица не должна задавать так много вопросов своим подопечным и холодно ответила:

— По-моему, это не имеет никакого значения.

Бесма покраснела и замолчала. Лишь минут через десять она пробурчала себе под нос:

— М-да… Долго же придётся провозиться, чтобы осветлить вашу кожу…

— Осветлить?! — так и подскочила я в полном ужасе. — Да я всю жизнь мечтала обладать таким великолепным загаром! Не позволю себя уродовать!..

Женщина, казалось, была в шоке. Она замерла, удивлённо уставившись на меня, продолжая тем не менее машинально мыть голову Сандре.

— Но это просто не мыслимо! Вы едва ли отличаетесь от мавров!

— И что? Я себе нравлюсь! — отозвалась я.

— Ну, это мы ещё посмотрим кто кого. — пообещала банщица.

Банные процедуры в общем целом заняли, наверное, часа два, если не больше. Нас активно отдраивали мочалками и губками, втирали какие-то пахучие жидкости в кожу и волосы, подстригли ногти на руках и ногах (сказать честно, прибывая столько времени в лесных дебрях, и не имея под рукой ножниц, мне приходилось обкусывать ногти на руках, если они ломались, а на ногах… они были в жутком состоянии: одни обломанные, другие не привычно длинные), а потом удалили все лишние волосы на теле. Последнему обстоятельству я была чрезвычайно рада. Живя как дикарка, я даже забыла, что такое эпилятор и бритва, а тут вообще вся процедура довольно приятная. Бесма нанесла мне на кожу какую-то приятно-пахнущую густую пену, а потом просто стёрла её губкой. Кожа после этого была гладкой, как шелк и ни одного не нужного волоска. Сандре, правда, эта процедура не очень понравилась. Она всё вопрошала: "Зачем это делать? Я итак себя чудесно чувствую!".

Потом нас одели. Я, честно говоря, никогда не думала, что когда-нибудь буду носить такую одежду. Шёлковые шаровары ярко-малинового цвета, жёсткий широкий пояс, расшитый золотыми нитками, точно такой же лиф и сверху