Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

они превратились в дождь из людей, что резко падали, выходя за пределы моей сферы искажения.Новые марионетки пытались атаковать, вбегая в радиус сферы, но бессильно взлетали, попадая в область действия невесомости. Я вынул из тела меч, закидывая его в чудом уцелевшие, но изрядно потрёпанные ножны на поясе и придирчиво осмотрел себя.Удивительно, но превращением меня в кровавую пыль существо не уничтожило мою одежду. Она, конечно, изрядно пострадал от созданного им разрыва, от брошенных камней и попыток разорвать меня на части: на туловище со стороны разрыва вообще была лишь моя голая грудь.Однако сам факт того, что уцелело хоть что-то, говорил о том, что существо довольно ограничено в воздействии на материальную реальность. Возможно, оно ещё не до конца находиться в нашем мире…Я прислушался к человеку из видения, где находилась вторая часть моего разума. В этот самый миг он двинулся внутрь ритуала.— Ты тоже чувствуешь это, Тарья? — прошептал он, заворожённо осматривая купол изнутри. — Стены между нашим миром и невообразимым ужасом из небытия стали столь тонки…Девушка плакала, умоляя человека остановиться, но тот не обращал на это внимания. Я, в целом, даже не понимал, зачем ему она: однако и не осуждал. Могут быть у древних некромантов свои причуды, правда?Но информация была ценна. Ритуал, похоже, каким-то образом смещал грани между мирами, не призывая тварь в наш мир полностью. Наверняка были лазейки, или быть может, мы совершили где-то ошибки, создавая его: но была возможность и прямого проникновения, разрыв, который я закрыл.Эту возможность я отрезал: но, похоже, даже так, находясь на той стороне, существо было способно уничтожить огромный город и целую армию.Но больше всего мне не нравилось другое: в миг соприкосновения, той могучей атаки, что пыталась разрушить мой разум, я понял, как действует эта тварь. Понял, как именно она пожирает души…Все известные мне источники утверждали, что души бессмертны и неразрушимы. Как тогда пожиратель способен уничтожить их? Нельзя съесть то, что неуничтожимо, верно?Как выяснилось, есть лазейка. Призванное мной чудовище не просто пожирало чужой разум: оно пытало его. Пытало его невыносимой пыткой до тех самых пор, пока он не сдавался, самостоятельно отдавая в его распоряжение собственную душу.В некотором роде это даже не было пожиранием: страдая от невообразимой боли, разум человека крошился, распадался на части, добровольно отдавая частичку собственного я этой твари: лишь для того, чтобы унять боль. А если боли было недостаточно, то одновременно с этим тварь могла действовать как наркотик, вызывая жесточайшую эйфорию сознания, поднимая из глубин души самые потаённые желания и тут же реализуя их в сознании человека…Как долго человек способен вынести невероятную боль и одновременно сладкую пытку эйфорией, прежде чем сдастся и отдаст собственную душу? Вопрос, конечно, риторический.Но ответ на него я уже видел собственным глазами: некоторым людям хватало считаных минут, если не мгновений.И вот здесь меня поджидал крайне неприятный сюрприз. Неважно, что я думал о себе и о своих поступках, какой бы нормой ни считал их я сам… Скармливание душ людей хтонической твари, вырванной из неизвестной бездны древних миров — это то, что счёл бы преступлением даже я.Я пытал и убивал невинных людей ради своих целей. Калечил их разумы и души, приковывая их к мёртвым телам. Проводил эксперименты, что многие бы назвали безумием. Завоёвывал и уничтожал королевства. Уничтожал тысячи ради собственной власти, силы и бессмертия…Но это имеет свой конец и свой предел. Нежить, даже высшая, не бессмертна по своей сути: в конечном счёте их всех могут уничтожить. Это долгая, длинная отстрочка, пусть на века и тысячелетия, но всё же не вечная. Рано или поздно искалеченная душа обретает свободу, когда кто-то извне разрушит поддерживаемое смертью иссохшее тело. Души вернуться в поток после долгой задержки: ни один артефакт, способный удержать их в себе, не существует вечно.У меня были большие сомнения, что хоть одна душа когда-либо вернулась из чрева этой твари. Именно поэтому подобное преступление совершенно точно будет непростительным в глазах любого бога, как бы он ни относился к своему миру. Не то чтобы я сильно волновался о совершении любых преступлений — однако разумное их ограничение не будет лишним: не все же смотрят на это так, как я.Лучше бы никому никогда не узнавать о том, что здесь произошло. Но прежде всего мне надо выбраться из этой ловушки. В городе всё ещё множество марионеток твари… Да и сбрасывать со счетов новые удары по сознанию не стоит.Я тяжело вздохнул, устало прикрывая глаза. Прошедший бой был коротким: но запредельно вымотал сознание. Однако отступать было некуда: оставалось только драться.Из спины неспешно вырос десяток нитей, создавая позади меня чёрные щупальца. Не самое изящное решение: но они способны на физическое воздействие, и столько я точно смогу контролировать длительное время. В руке сверкнул меч: и оторвал руку жертве, которой недавно вырвал кадык. Пара взмахов, и в моей руке окровавленная острая кость.Посмотрев на свое отражение в лезвии меча, я принялся вырезать на лбу кровавые символы. Искажающая сфера, похоже, дала мне краткую передышку от новых ментальных атак: и эту передышку следовало использовать по максимуму, потому что держать это вечно не смогу даже я. Лишь закончив, я устало опустил искажающую сферуТак я и двинулся по залитым кровью улицам: с мечом наголо, десятком щупалец за спиной и глухим ореолом смерти, питающимся моей собственной жизнью, загнав своё сознание в лёгкий ускоряющий транс смерти — недостаточно, чтобы ослепнуть и разрушить свой мозг, но достаточно, чтобы быть быстрее простых людей.Тварь была достаточно сильна, чтобы развеивать любые дистанционные удары силой смерти, но перед ней был отнюдь не простой некромант…Дальнейшее слилось в долгую, изнурительную бойню. Марионетки накатывали волна за волной, становясь всё умнее и изощреннее под контролем хтонической бестии: использовали оружие, сооружали ловушки, продумывали тактики и нападали с разных сторон. Против меня выкатывали катапульты и устраивали засады из тяжёлых стреломётов, пытались сжечь заживо и утопить, обрушив в яму ловушку несколько тяжёлых бочек с водой…Но у них не было магов. Тварь, похоже, высосала из них всю силу. А я бы повелителем смерти по праву: и потому в этой бойне я был охотником.Вечер сменился ночью: но только к рассвету, похоже, люди города начали заканчиваться и атаки ослабели. Я устало взмахнул щупальцами, отбрасывая очередную группу атаки, обошёл плохо замаскированную яму у стен, и медленно поднялся на башню городской стены, обдумывая то, что параллельно с этой бойней видел внутри видения, которое тварь всё ещё транслировала во вторую часть моего