Эмират. Темная сторона Дубая - Евсей Гурьев

Мы попрощались на мажорной ноте. Как не хотелось уезжать, но надо собираться домой, в Шарджу. Напоследок окинул просторный номер прощальным взглядом. К хорошему быстро привыкаешь. Эх, вот могут же себе позволить люди подолгу оставаться в таких вот апартаментах. Живут же… Ладно, не киснуть. У меня тоже все будет. Через какое-то время. Хотя, кого я обманываю…

Глава седьмая

Не придавайте важности сегодняшним огорчениям. Все равно, завтра неизбежно у вас будут новые. Живите достойно

– Его высокопревосходительство Шейх, Доктор Султан бин Мухаммад Аль-Касими, глава эмирата Шарджа.

Университетская библиотека по размеру занимала примерно чуть больше площади паба в Radisson Blue. Явно не российские масштабы, где дворцы книги для студентов федеральных вузов превышают размеры всего местного австралийского университета. Я отложил надоевшие пособия по английскому языку и залез на погоду в «Яндекс». Бархатным сезоном в октябре и не пахло. Спасибо, что уже не за сорок, но тоже не сладко. Жарко, душно, высокая влажность. В надежде на лучшее, открыл прогноз на десять дней: бляха-муха, меньше тридцати восьми днем не предвидится. Судя по всему, погода в Дубае отличалась редким постоянством, как и курс национальной валюты, дирхама, к американскому доллару.

Забираюсь на сайт «Ленты.ру», посмотреть новости в России. Машинально взгляд падает на фотографию: два известных кинорежиссера держат в руках стопочки с водкой, готовясь пригубить. Меня перекашивает, вчерашняя пьянка еще дает о себе знать. Поспешно закрываю интернет, а то опять придется бежать в туалет.

– Фу, я измочалился уже, – вздыхает Равиль, заканчивая сверяться с ответами очередного упражнения.

Прошло три часа как мы здесь сидим, погрузившись в английскую грамматику и тестовые задания. Скучно и никакого удовольствия. Однако в Шарджу не тянет: делать там решительно нечего, кроме как гонять нервы самому себе или тупо завалится спать. Тут хоть однокурсник анекдоты травит, порой даже смешно.

– Может, на food court15сходим? – предлагает товарищ по несчастью и жалобно глядит, давая понять, что сидеть мочи больше нет.

Возражений нет. Тем более, что солнце уже не такое активное. На улице смеркается, но все еще ощущается духота. Перед тем как закрыть ноутбук, я залезаю на страничку Оксаны «В контакте» и… невольно стискиваю зубы. На главной странице теперь размещена новая фотка: молодой человек, обнимает мою бывшую девушку. У нее довольная физиономия и вообще… она, вроде, даже похудела. Похоже, перемены в личной жизни пошли на пользу. Я заскрипел зубами: блин, лучше бы не открывал…

Мы спускаемся вниз на первый этаж и бредем по вымощенной плиткой дорожке. Вокруг ухоженные газоны, обильно поливаемые системами искусственной ирригации. В отличие от Шарджи в Дубае власти имеют пунктик по озеленению вверенного эмирата. И получается весьма неплохо.

Равиль что-то тараторит без остановки, я уныло поддакиваю, одновременно держа перед глазами фотоснимок нового кавалера своей бывшей любимой женщины. Все еще любимой… В принципе симпатичный молодой человек: вытянутое худощавое лицо, светлые волосы, к тому же наверняка материально успешный. Не кавказец и не китаец. Очень неплохой выбор. Все – правда, а вот что теперь буду делать я? Со мной то что?

Как назло, нам по пути то и дело попадаются воркующие на скамейках студенческие парочки, и без того усугубляя мои страдания. Аппетит пропал, но отказываться и соскакивать было уже неприлично. К тому же нам еще оставшиеся упражнения для теста надо прорешать.

В ресторанном дворике многолюдно и шумно. Несколько кафе быстрого питания индийской и ливанской кухонь еле справляются с потоком желающих. Я вяло пью чай и отстранено наблюдаю, как Равиль расправляется с шаурмой на тарелке. Он жизнерадостен и настроен весьма позитивно. Еще бы, тестовые задания мы проштудировали в деталях, теперь не завалит. Эх, если бы экзамены были главной проблемой в этой жизни…

– Антон, а ты как вообще здесь оказался? Ну…, почему именно этот универ выбрал? – моему другу не сидится в тишине.

Выбрал же момент для беседы.

– Посоветовали, – апатично отозвался я – А ты?

– Я это… Есть причины. Ты вот в армии служил?

– Нет. У меня военная кафедра была.

Оксана говорила: мужик без армии, как мальчик без пиписьки. Часто намекала на мою мягкотелость, которая к ее сожалению не была подкорректирована суровым армейским бытом. Интересно, а нынешний ее бойфренд солдаперил?

– А меня не взяли, – Равиль, старательно пережевывая жесткие мясные кусочки, – Ну как не взяли… не нашли. Отец в самолет посадил и сюда отправил.

Я кивнул головой, давая понять, что это очень интересно. Все-таки в вопросах общения человек я мягкий: обидеть собеседника невниманием не могу даже в моменты уныния. Мысли метались вокруг Оксаны.

– Ты уже кровь сдавал на анализы? – продолжал краснобайствовать несостоявшийся военнослужащий, – Визу уже сделали?

– Сделали.

С процедурой сдачи документов на визу пришлось столкнуться уже в первую неделю. Одним утром Ритка «Кривозубова» из отдела по работе со студентами выцепила меня с занятий, вручила стопку документов и отправила в соседний блок. Отстояв около часа в очереди из иммигрантов и студентов, я попал в кабинеты, где из вены должны были взять образцы крови на СПИД и сифилис, в соседнем сделать флюорографию грудной клетки. Больных приезжих нетолерантные правители Эмиратов видеть у себя не желают.

Когда я в неплохом настроении явился за анализами на следующий день, то чуть не родил колючего ежика прямо в медицинском центре.

Схватки начались в тот момент, когда индопак из числа персонала не нашел моих документов среди «чистых» результатов и отправился смотреть списки сифилитиков и спидоносцев. Вернулся он через пять минут, к этому времени я, судорожно постанывая, сломал все карандаши у него на столе: руки ходили ходуном -надо было их чем-то занять. В списке отверженных меня тоже не было. Мы зашуршали бумагами вместе. Анализы лежали в первой же стопке «чистых», но индийским профессионалом медслужбы в очередной раз были проигнорированы. И, если бы я не обратил на них внимание, то пришлось сдавать анализы по второму разу. А с меня этого «гондураса» и в первый хватило…

После получения индульгенции и права остаться в числе здоровых резидентов Дубая, жизнь снова заиграла яркими красками. Чуть позже, в другом здании по соседству, мне откатали пальцы и сфотографировали сетчатку глаза. Через неделю Катька вернула паспорт с проставленной годовой визой. Хм, зачем мне год, если я через несколько недель уезжаю. Но спорить не стал. Пусть будет.

Пока я вспоминал былые дни, Равиль покончил со своим деликатесом. Мы двинулись обратно. На улице стемнело, и зажглись фонари. Одну из скамеек у пешеходной дорожки оккупировала компания арабских девчонок. Они стояли полукругом и громко хохотали. Мне пришла в голову унылая мысль, что у всех кругом праздник, один я – Д'Артаньян. Ржут как лошади. Секундочку… неожиданно для себя зарделся: симпатичная русскоговорящая знакомая по университетскому кафе сидела прямо посередине веселой группы. В этот раз густые черные волосы были собраны сзади, а вместо светлой футболки, сегодня девушка была облачена в синюю блузку, облегающую тело. Разволновавшись, я сбавил ход. Когда мы прошли мимо, остановился и дернул за рукав соседа.

– Равиль, только не оборачивайся… Я же сказал: не надо! Вот теперь – глянь аккуратно. Посередине девушку знаешь?

– Гонишь? Зачем она мне? Такого бронтозавра даже комары кусать стесняются!

– Правее.

– А-а-а, ничего такая. Тусит здесь, да?

– Так ты ее знаешь?

– Не-а, понравилась?

Интересный вопрос. Не то чтобы, но… Я вздохнул и, стоя вполоборота к девичьей компании, украдкой рассматривал смеющихся студенток. Очень интересовавшая меня девушка внимательно слушала подруг.

Неожиданно она подняла глаза прямо на меня, стеганув взглядом карих глаз. Красивое личико было серьезным. Я поспешно повернул голову и сконфуженно уставился на землю. Вот надо так неудачно наткнуться: второй раз видимся, и второй раз я в идиотской ситуации.

Не сразу осознал, что Равиль смеется. Отдышавшись и стараясь придать своему голосу побольше уверенности, я хлопнул его по плечу.

– Ладно, пошли. Английский надо доделать.

– Классная чикса, я бы ей отдался, – не унимался мой одногруппник, возбужденно оглядываясь, – Зуб даю, на post-graduate учится.

– А что такое post-graduate?

– Типа второго высшего. Программы для тех, кто уже университетское образование имеет. Эй, Антон, ты чо такой покрасневший, может вернемся?! – его явно веселило мое замешательство.