Ледяная дева - Барбара Картленд

— А вы считаете, что эта депеша не от него?

— Нет, сир. Она от князя Повольского, помните, был такой в вашей свите, когда мы встречались в Вене.

— Да-да, вспоминаю, — сказал царь.

— Я всегда считал князя дилетантом и сплетником. Не знаю, какой пост он занимает в русской армии, но думаю, не очень высокий.

Царь выхватил послание из рук герцога и перечитал его.

— Полагаю, вы правы. Мы не должны обращать серьезного внимания на эту депешу, пока не получим подтверждения непосредственно от Кутузова.

Однако, выйдя от царя, герцог, к своему сожалению, узнал, что члены правительства прочитали депешу прежде, чем она попала к царю. Доставивший послание курьер рассказывал его содержание каждому встречному.

Подобное никогда бы не произошло в британской армии — в этом герцог был полностью уверен. Его также ужаснула паника, царившая не только во дворце, но и во всем городе.

Вскоре он узнал, что большая часть аристократических семей упаковывает вещи и отправляется в свои имения, а бедняки остаются в городе без помощи и защиты. Перед Зимним дворцом собрались огромные толпы народу, как будто надеясь, что их спасут воля божья и царь.

Герцог был уверен, что Наполеон едва ли изменит направление и двинется на Санкт-Петербург, не взяв прежде Москву.

Другое дело, что он предложит русскому царю после капитуляции Москвы. Герцог, который в свое время и сам служил в армии, был почти уверен, что с военной точки зрения Санкт-Петербург не может быть целью похода Наполеона.

Однако герцог не нашел никого, с кем мог бы это обсудить.

Наконец он смог переговорить с лордом Кеткартом, британским послом, сообщившим герцогу новые сведения: сэр Роберт Уилсон, известный как» Английский генерал «, находился, оказывается, в русской армии.

Сэр Роберт слыл в Европе знатоком военной политики России. Два года назад была опубликована его книга на эту тему. Книгу внимательно изучали все военные специалисты, включая и самого Бонапарта.

Лорд Кеткарт сообщил герцогу, что британское правительство перевело сэра Роберта на русский фронт из Турции. Он прибыл в Россию как раз вовремя, чтобы стать свидетелем падения Смоленска.

— Он сейчас с русской армией, — сказал лорд Кет-карт. — Жду от него отчета о развитии событий. — И добавил с улыбкой:

— Вы, конечно, понимаете, ваша светлость, что его докладам я верю больше, чем сообщениям русских, которые часто вводят царя в заблуждение.

Герцог поудобнее расположился в кресле во внушительной гостиной посольства.

— Вы меня успокоили, милорд, — сказал он. — Если вы в самом деле ожидаете депешу, я хотел бы подождать ее здесь.

— Буду только рад, — любезно ответил лорд Кеткарт.

Однако курьер от сэра Роберта Уилсона прибыл лишь поздно вечером.

Герцог остался в посольстве на обед, и только после того, как они с послом насладились прекрасным обедом, слуга сообщил о прибытии курьера. Естественно, что и посол и герцог с нетерпением ждали, пока слуга вскроет письмо. Посол прочитал сообщение и со вздохом облегчения передал его герцогу.

Роберт Уилсон живо и убедительно писал, что он понимает намерение генерала Кутузова остановить отступающую перед французами армию и заставить захватчиков вступить в бой, прежде чем они подойдут к Москве.

» Москва — вот цель, которую поставил перед собой Бонапарт, — писал сэр Уилсон. — Нужно сделать все возможное, чтобы он этой цели не достиг «.

На этом короткое послание заканчивалось. Улыбнувшись, герцог сказал послу:

— Я был уверен, что паника, охватившая Санкт-Петербург, беспочвенна.

— Я был того же мнения, — согласился с ним лорд Кеткарт. Он встал. — Я должен немедленно сообщить обо всем царю, — сказал он. — А вас, ваша светлость, я попросил бы сообщить эти сведения всем членам правительства, с которыми вы сможете встретиться.

— Непременно сделаю это, — согласился герцог. Это оказалось не таким уж легким делом. Но через три часа благодаря герцогу и послу были отменены продиктованные паникой приказы, и многие важные люди не покинули город.

К этому времени герцог очень устал. Направляясь наконец в свою спальню, он надеялся, что Екатерина оставит его сегодня в покое.

В течение дня у него не было времени думать о ней. Но сейчас он вспомнил, как прошлой ночью Екатерина опять появилась в его спальне.

Когда она, в новом и еще более соблазнительном, чем в прошлый раз, неглиже приблизилась к нему, он понял, что его интерес к ней угас и, как ни странно, она уже не казалась ему такой привлекательной, как прежде.

С самого начала этой связи герцог был уверен, что они испытывают друг к другу только физическое влечение. Оба страстные натуры, оба ценят умение вести любовную игру.

То, что Екатерина может вызывать физическое желание, не подлежало ни малейшему сомнению. И со стороны герцога не было излишним самомнением верить, что княгиня не преувеличивает, говоря о нем как о необыкновенном любовнике.

Княгиня Екатерина развлекала и возбуждала герцога.

Более того, тот факт, что ей было поручено шпионить за ним, придавал их связи особую пикантность. И это признавали и герцог и Екатерина.

И вдруг, совершенно неожиданно для себя — это было как взрыв бомбы, — он понял, что его чувства к ней изменились, что даже если бы он и захотел, то не смог бы играть роль любовника.

Догадываясь, чего будет ожидать от него княгиня, герцог не стал раздеваться.

Слуга унес его фрак с орденами, герцог ослабил туго затянутый узел галстука, но когда появилась Екатерина, он все еще был в рубашке из тонкого полотна и в темных атласных панталонах до колена, а на черных шелковых чулках сверкали бриллиантовые подвязки.

Прежде чем Екатерина успела заговорить и задать очевидный вопрос, почему он не в постели, герцог быстро произнес:

— Екатерина, мне нужно срочно составить несколько донесений. Это займет много времени, я буду занят до самого утра.

Княгиня улыбнулась.

— Ну, тогда я буду писать эти донесения вместе с вами. Вы же знаете, как мне хочется их прочитать.

— К сожалению, они будут закодированы. Насколько я знаю, ваши соотечественники попытались расшифровать код, но им это не удалось.

— Это правда, — сказала Екатерина, — именно поэтому, мой дорогой Блейк, вы и должны расшифровать мне ваши депеши.

— Неужели вы могли подумать, что я способен на такое предательство? — возмутился герцог. — Я ведь не просил вас показывать мне ваши секретные отчеты.

— Можете их посмотреть, если хотите, — заявила Екатерина. — Но я и сама могу вам сказать, что я о вас думаю и каков вы как мужчина.

Последние слова прозвучали в ее устах как ласка, и герцог поспешил ответить: