Маленький скандал - Патриция Кэбот

И все же через весь этот, шум Берку удалось разобрать голос мисс Мейхью, прозвучавший с лестницы — ближе она к нему подобраться просто не имела возможности, поскольку все столпились в передней:

— Лорд Уингейт, я с радостью пойду к вам работать, если вы еще приглашаете меня.

Берка Трэхерна вполне справедливо обвиняли во многих недостатках, но в глупости его никто заподозрить не мог. Он не имел ни малейшего представления, что могло заставить мисс Мейхью передумать, хотя у него появилось подозрение, что рыженькая девчонка в одежде служанки имеет к этому какое-то отношение, судя по тому, как энергично она подталкивала мисс Мейхью в спину.

Но он не собирался ставить под сомнение ее решение.

Его вовсе не порадовало то, как она отразила его заигрывания. Он был оскорблен и даже огорчен. Но в конце-то концов, она всего лишь прислуга, и ничего другого от нее ждать не приходится. Отец всегда запрещал ему флиртовать с прислугой, и только теперь Берк понял, что отец был мудрым человеком.

Она явно ненавидит мужчин. Это единственное объяснение ее поведению. Берк никогда в жизни не встречал сопротивления со стороны женщин, и то, что произошло, совершенно сбило его с толку…

Однако мужененавистница, как это ни прискорбно, будет прекрасной компаньонкой для Изабель. Поэтому он склонил голову в поклоне, и его голос перекрыл окружавший их гам:

— Мисс Мейхью, почту за честь. Могу я сегодня вечером прислать лакея?

Она молча кивнула. Хотя, нужно сказать, если бы она и заговорила, то в гвалте, который достиг небывалого накала, никто, даже Берк, не смог бы ее расслышать. Он бросил на нее последний оценивающий взгляд — она и впрямь необычайно мила. Жаль только, что она ненавидит мужчин. Затем он сам взял плащ и шляпу — дворецкий казался занятым, а лакеев поблизости не было видно — и вышел из дома довольный тем, что ему удалось приобрести не только успокоение для себя, но и светлое будущее для своей дочери. И всего за какие-то триста фунтов.

Конечно, была еще хорошая шишка на лбу. Но он решил не обращать на это внимания. Он вел себя постыдно, и мисс Мейхью своевременно дала ему это понять. Такого больше не случится.

Или если и случится, то он постарается, чтобы поблизости не было тяжелых книг.

Глава 7

Кейт стремительно взбежала по каменным ступеням. В ушах громко стучало, горло так сильно пересохло от страха, что она едва могла дышать. «Пожалуйста, — молила она. — Пусть дверь не будет заперта! Пожалуйста, пусть она будет открыта. Пожалуйста…»

Парадная дверь, однако, распахнулась еще до того, как она успела к ней прикоснуться. Винсенс, дворецкий лорда Уингейта, вопросительно посмотрел на нее.

— Мисс Мейхью, — приветливо улыбнулся он. — Как поживаете? Вы…

Но у Кейт не было времени на любезности. Она проскользнула мимо него, схватилась за ручку двери и захлопнула ее за собой.

К чести Винсенса, он повел себя так, словно подобное странное поведение было абсолютно нормальным, и сказал только:

— Надеюсь, вам удалось добраться до почты, прежде чем она закрылась, мисс.

Кейт едва ли слышала его. Бросившись в гостиную, где еще не разожгли к вечеру камин, она подбежала к одному из окон и раздвинула шторы.

— Мистер Винсенс! — задыхаясь, позвала она, не отрывая взгляда от окна. — Вы видите вон того человека? Который стоит на углу рядом с газовым фонарем?

Дворецкий послушно посмотрел на улицу через ее плечо.

— Конечно, вижу, мисс, — проговорил он.

Вот! Это не игра ее воображения. Во всяком случае, на этот раз.

— Прошу прощения, мисс, — подал голос дворецкий. Они стояли в сумраке комнаты и смотрели на залитую дождем улицу. — Но по какой причине вам не нравится мистер Дженкинс?

Стекло, через которое Кейт продолжала вглядываться в вечерний мрак за окном, слегка запотело от ее дыхания. Она протерла его ладонью.

— Мистер Дженкинс? Кто такой мистер Дженкинс?

— Это тот джентльмен, на которого мы смотрим.

Кейт ошарашенно взглянула на дворецкого:

— Вы знаете его?

— Конечно, мисс. Он врач. Он частенько приходит по вызову в соседние дома…

Кейт, почувствовав, как загорелись ее щеки, отпустила штору.

— Какая же я дурочка, — смущенно призналась она. — Я подумала… Я приняла его за кого-то другого.

— Вполне простительно, мисс, — добродушно усмехнулся Винсенс, — в такой туман.

Но Кейт не могла так легко отмахнуться от своей ошибки. Фредди, уныло думала она, поднимаясь по широкой, украшенной резьбой лестнице к своей комнате, был совершенно прав. У нее и правда слишком богатое воображение. Какого черта Дэниелу Крэйвену делать на углу улицы — да еще под дождем — в Лондоне, где его никто не видел вот уже семь лет? Она ведет себя смешно. И не просто смешно — истерично.

Но когда она подошла к двери в свою спальню и увидела приоткрытую дверь — она совершенно точно помнила, что закрывала ее, когда уходила, — в душу опять закралось подозрение. Конечно же, Винсенс сказал бы, если бы к ней кто-нибудь приходил. И уж он, разумеется, не позволил бы посетителю заходить в ее комнату! Нет, это, должно быть, кто-нибудь из служанок или…

Кейт распахнула дверь и немало удивилась, увидев леди Изабель Трэхерн — она лежала на животе, задрав ноги, — растянувшуюся у нее на кровати и тискавшую Леди Бэбби.

— Я и не знала, что у вас есть кошка, мисс Мейхью! — закричала Изабель, когда Кейт появилась на пороге.

«Все! Пребывание Леди Бэбби в доме перестало быть секретом», — подумала Кейт. Треволнения, которые она пережила, тайком пронося в дом в корзине возмущенное животное, оказались напрасными.

А в будущем, если она не ожидает посетителей, следует запирать дверь.

Вслух же Кейт проговорила:

— Будьте осторожны. Она кусается, когда у нее плохое настроение.

Леди Бэбби, видимо, из чувства противоречия позволила Изабель чесать свои ушки и при этом еще довольно мурлыкала.

— Послушайте только, как она поет! — восхитилась Изабель. — Я всегда хотела иметь кошку, а папа мне говорил, что я слишком безответственна для того, чтобы ухаживать за растениями, не говоря уже о животных, поэтому он так и не разрешил мне завести кошку. Как ее зовут, мисс Мейхью?

Кейт смущенно покашляла, развязывая ленты капора.

— Леди Бэбби, — сказала она.

— Как-как? Я не расслышала.

— Леди Бэбби, — чуть громче повторила Кейт.

Изабель удивленно посмотрела на нее.

— Какое странное имя. Вы назвали ее так в честь кого-то знакомого?

— Не совсем так, — пробормотала Кейт, снимая капор.

И направилась к зеркалу, чтобы поправить прическу. Затем, заметив недовольное выражение на лице Изабель, нехотя объяснила: — Мне было десять лет, когда она появилась в моем доме. Тогда кличка Леди Бэбби казалась мне необыкновенно изысканной. Это все, что я могу сказать в свою защиту.