Обслуживание избирателей - Джон Скальци

бегать, — сказала я. — Я собираюсь идти очень осторожно. У меня нет планов вдыхать неочищенные сточные воды.

— Вот это правильно, — сказала Лор со своего стола, подняв свою лягушачью лапу в знак солидарности.

Гида вздохнула. — Когда-нибудь у нас будет общественный связной-человек, который проработает дольше недели, — сказала она и потянулась за телефоном.

•••

— КАК Я втянулся в это? — спросил меня Дженсен, пока мы стояли над люком на Семнадцатой улице. На нас обоих были прочная одежда для хождения по канализации, а также фильтры и защитные очки для лиц.

— Забудь, как ты втянулся, как я оказался втянут? — спросил Тед Чемберс из Департамента водоснабжения и канализации.

— Ты оказался втянут, потому что это касается наших предыдущих обсуждений, — сказала я Дженсену. — А ты оказался втянут, потому что ты друг Дженсена, и твои начальники не позволят ему и мне бродить по канализации одним.

Тед повернулся к Дженсену. — Мы больше не друзья.

— Справедливо, — сказал Дженсен.

Люк, над которым мы стояли, был перекрыт и освещен аварийными огнями, и для дополнительной предосторожности было 1:00 ночи в пятницу, когда вряд ли было много движения. Второй работник водоснабжения и канализации по имени Дждан Ревк оставался на поверхности. Он выглядел, насколько это возможно для представителя его довольно деревяннолицего вида, довольно скучающим.

— Еще раз, — сказал Тед мне. — Мы внизу час, не больше. Если ты найдешь то, что ищешь, там за это время, фантастика. Если нет, не повезло. Через час мы поднимаемся и больше никогда об этом не говорим.

— Поняла.

— Ничего не трогайте, не поскользнитесь ни на чем и, ради бога, не поджигайте ничего, кроме своих фонариков. Кстати о них, проверьте их сейчас.

Дженсен и я щелкнули фонариками.

— Далее рации, — сказал Тед. Мы все переключились на один канал и проверили, что слышим друг друга. Тед проверил свою с Джданом, который подтвердил, что его работает, и затем вернулся к своему телефону.

— Час, — сказал Тед, затем надел маску на лицо, с помощью инструмента сдвинул крышку люка и осторожно полез вниз по лестнице. За ним последовал Дженсен, а затем я.

Канализация была именно такой, как и рекламировалось — канализацией, — которая поглощала лучи наших фонариков при первой же возможности.

— Ищите курицу, — сказала я Дженсену и Теду.

— Ты шутишь, — сказал мне Тед.

— Я обещала, что поищу.

Тед вздохнул. — Ты здесь главная. Скажи, куда идти.

Я встала посреди канализации и прислушалась, пока наконец не услышала самый слабый гул. Я указала. — Туда.

Мы шли в тишине десять минут среди сточных вод и изредка проплывавших клецек жира, обернутых тряпками и бумагой, пока Дженсен не поднял руку, поднял палец, требуя тишины, и не прислушался.

— Ты тоже это слышишь, — сказала я. Он кивнул.

— Слышать что? — сказал Тед. Дженсен отмахнулся от него и снова указал в направлении, в котором мы двигались изначально. Тед снова вздохнул и пошел дальше.

Через несколько минут даже Тед мог это слышать: низкое, постоянное жужжание летающих существ там, где их быть не должно. Канализационная линия соединилась с другой линией и стала шире и выше, затем та линия соединилась с другой и стала еще шире и выше, и вдруг мы оказались в, казалось бы, безпотолочной пещере, где ни один из наших фонариков не мог дотянуть луч до самого верха. Посреди этой пещеры была самая отвратительная вещь, которую я когда-либо видела в жизни.

— Жироберг на горизонте, — прошептал Тед.

— Не просто жироберг, — сказал Дженсен и провел фонариком по нему. Жироберг двигался и извивался, был пятнистым и исчерчен темными и зловонными полосами, а в них и вокруг них в темноте дремали крупные осоподобные существа. Немногие активные летали вокруг, выполняли свою насекомую работу и снова улетали.

— Мы думаем об одном и том же, да? — сказала я Дженсену.

Дженсен кивнул в знак согласия. — Это колония.

— Что, черт возьми, это значит? — спросил Тед.

Прежде чем Дженсен смог ответить, мне в голову пришла мысль. — Где мы? — спросила я.

— Примерно в квартале от Парка Основателей, — сказал Тед. — А что?

Я открыла рот, чтобы заговорить, и затем, невероятно, услышала кудахтанье.

Я направила фонарь, и там, у основания жироберга, была Кларкуорд.

Мы все несколько секунд смотрели на Кларкуорд. Кларкуорд ответила тем же.

— Ты, блядь, должно быть, шутишь, — сказал Тед, нарушая тишину.

— Тсссс, — сказал Дженсен своему другу.

— Как, черт возьми, она вообще сюда попала? — прошептал Тед.