Горящие холмы - Луис Ламур

— Я убью тебя! — прохрипел он. — Ты…

— Джек! — Это был голос Бака.

Саттон остановился и опустил кулак. Снаружи слышался стук копыт. В ярости он размахнулся для нового удара, но Мария Кристина следила за каждым его движением и отскочила назад, упав на пол.

Лантц наблюдал, как Бен Хиндеман спешился. Саттон быстро вышел из дома. Хиндеман и Саттон оказались лицом к лицу и долгую минуту молча смотрели друг на друга. Затем Хиндеман прошел мимо и вошел в дом.

В этот момент Мария Кристина как раз поднималась с пола, но силы оставили ее, и она вновь упала. Хиндеман тихо выругался, когда увидел ее покрытое синяками, окровавленное лицо. Он взял ее за руку, чтобы помочь, но она вырвалась и встала самостоятельно.

— Ты зверь! Вы все звери! Трусы! Вы способны драться только с женщинами!

На лице Хиндемана отразился стыд, он быстро развернулся и вышел. Джек Саттон бесцельно ходил туда-сюда, ожидая его. Хиндеман видел, что Саттон готов на все. Он собирался открыть карты, и эта мысль вывела Хиндемана из себя.

— Ты что, с ума сошел? — требовательно спросил он. — Нам нужна эта девчонка. Ты убьешь ее, и что мы будем делать?

Саттон повернулся к Лантцу, когда Хиндеман ушел.

— Это ты притащил его обратно, черт бы тебя побрал! Придет день, и я…

Лантц жевал травинку. В его маленьких глазах застыл лед.

— Когда попытаешься еще раз, ты должен быть абсолютно уверен в успехе. Может, я не так лихо обращаюсь с револьвером, но я убью тебя, Джек! Я буду охотиться за тобой, так же как охочусь за лисой, и я убью тебя!

Джек Саттон быстро прошел мимо него к своей лошади. Идиоты! Проклятые идиоты! Он вскочил в седло и, сломя голову, выехал из каньона.

Вернулся Хиндеман.

— Если он побеспокоит тебя, Якоб, скажи мне.

Черные глаза старика посмотрели на Хиндемана. Он сплюнул.

— Ты лучше позаботишься о нем, Бен. Не я.

Хиндеман посмотрел на свои большие руки. Зачем им вообще сдалась эта погоня? Их отряд трещит по швам, вот к чему все это привело. И именно Джек с Мортом и их люди это затеяли и свалили все на них, украв лошадей. Среди них были люди с жаждой убийства, которых могла остановить лишь смерть.

Эти горы, которые виднеются вдали — Сьерра-де-Сан-Луис. Именно там мог залечь Джордан. А если через перевал он уйдет в Сьерра-Мадре, они могут забыть о нем. Туда они пойти не посмеют. Никто из них не знает больше чем он сколько вокруг них врагов. Старый Боб плохо обходился с людьми, а его племянники были еще хуже. Более того, немало людей хотело бы до них добраться. Если с их стороны будет хотя бы малейшее проявление слабости, то от отряда Саттона — Бэйлесса останется лишь воспоминание.

Повернувшись на каблуках, он пошел назад к дому. Лицо Марии Кристины распухло от побоев. Ее с трудом можно было узнать.

— Ты будешь готовить? — спросил Хиндеман.

Она посмотрела на его словно вытесанное из гранита лицо.

— Приготовлю, — ответила она и отвернулась.

Позже он видел, как она с корзинкой шла от дома к грядке индейской капусты. Он проследил за ней взглядом, а потом решил, пусть идет. Она была в пределах видимости и уйти бы не смогла.

Мария Кристина остановилась, чтобы собрать немного растений, нагнулась и сорвала что-то. Затем пошла дальше и остановилась у растения с темными листьями и белыми цветами. Вернувшись в дом, она принялась готовить еду. К двери неоднократно подходили люди, прося кофе, но она их выпроваживала, говоря, что кофе еще не готов.

Веса Паркера отослали в город. Джек Саттон так и не вернулся. Остались лишь Лантц, Бак Бэйлесс и Хиндеман.

Наконец Мария Кристина накрыла на стол, и мужчины принялись за еду. Какое-то время мексиканка наблюдала за ними, затем подлила еще кофе. После поспешно, чтобы никто не видел, уложила бутерброды и остальную снедь в мешок из-под муки. Она все время была в движении, делая вид, что занята.

Теперь девушка озабоченно прислушивалась, надеясь, что Саттон не вернется. Несколько раз она выглядывала наружу, глядя на светящиеся в темноте огоньки сигарет. Она слышала взрывы хриплого хохота, который переходил в хихиканье. Бэйлесс позвал Хиндемана, но тот не ответил. Мексиканка ждала до тех пор, пока потухнет последняя сигарета и наступит полная тишина.

Мария Кристина подошла к сараю и увидела: мужчины, растянувшись на земле, спали. У одного из них она взяла винчестер, у двоих патронташи, а коробку с патронами 44-го калибра взяла в сарае. На углу сарая она отвязала лошадь и, тихо ступая, подвела ее к дому; погрузила еду и одеяла. Затем вскочила в седло, тронула лошадь шагом и, отойдя на приличное расстояние от дома, перешла на рысь.

Стояла полная тишина. Из темноты выехал Джек Саттон, посмотрел на храпящих людей, усмехнулся, посмотрел на след, оставленный Марией Кристиной, и пошел за ней. За спиной все было тихо. Лившийся из дома свет падал на спящих тяжелым наркотическим сном людей.

Джек Саттон был жив только из-за того, что принадлежал своей семье. Множество людей, которые не осмеливались открыто угрожать ему, могли просто пристрелить его из засады, если бы его не прикрывали люди Саттона-Бэйлесса. Семья давала неплохую защиту.

С другой стороны, Бен Хиндеман был душой и телом предан старому Бобу, на дочери которого был женат, а также изо всех сил поддерживал свою репутацию. Он был достаточно мудр, чтобы понимать, малейшее проявление слабости, и волки объединятся, чтобы убить его.

Джек Саттон не думал об этом. Он уже давно перешагнул тот рубеж, когда человек становится профессиональным преступником. Сначала, когда человек совершает первое убийство, он страдает, следующее происходит уже легче, с каждым новым убийством постепенно появляется презрение к своим жертвам, и он начинает убивать от случая к случаю или просто для у довольствия. Хотя, при этом опасность тоже возрастает, уже теперь немало людей хотят прикончить его, он уже превратился в законченного убийцу, в любую секунду готовый выхватить оружие.

Мария Кристина была для него человеком, которого можно было не опасаться, а кроме того, он не верил, что ее визиты в ту пещеру были столь уж невинными. Сейчас он больше всего жаждал найти Джордана и убить его прямо у нее на глазах. Он хотел сломить ее дух и в то же время показать свое собственное превосходство. Поэтому теперь он не спешил схватить ее, а лишь хотел, чтобы она привела его к Джордану.

Когда солнце взошло, стало очень жарко, а местность, через которую ехала Мария Кристина, была невероятно сухой. Уже через час. после рассвета ей стало казаться, что она вот-вот упадет.

Девушка заметила за собой шлейф пыли, как будто где-то позади нее скакал всадник. Это могло означать только одно — у нее за спиной Джек Саттон.