Требуется мужчина - Мирна Маккензи

— Калеб, отпусти меня.

— Это традиция, Виктория, — сказал он со смешком.

— Но мы женаты не по-настоящему.

— Мне кажется, по-настоящему.

— Но не надолго.

— Ничто не длится вечно. Если мы будем притворяться, то притворимся ради ребенка. Мы одурачили всех в городе.

— Я знаю. Линдси Дафрей — моя постоянная покупательница, выглядела явно озадаченной, когда увидела, что мы выходим из церкви. Думаю, она сразу же побежит под холодный душ.

— Это та, которая...

Виктория не смотрела ему в глаза.

— Да, она любит посплетничать и зло пошутить.

— Ты готова пройти через это?

— Теперь уже поздно думать об этом, — сказала Виктория.

После этих слов он перенес ее через порог. Начиналась новая жизнь.

Калеб опустил Викторию и закрыл дверь.

Несколько секунд они стояли и смотрели друг на друга. Калеб знал, что этот брак был заключен только ради деторождения. Они будут заниматься любовью до тех пор, пока Виктория не забеременеет. Таково было условие.

Виктория явно нервничала.

— Я не собираюсь заниматься этим, — сказал он.

— Нет?

— По крайней мере, не сейчас.

— Когда?

— Когда придет время. Когда будет настроение.

— А если его никогда не будет?

Калеб представил Викторию в красном платье. Он вспомнил, как она прижалась к нему в церкви.

— Все будет хорошо. Все произойдет само собой, нам только нужно получше узнать друг друга. Нужно притвориться, что наш брак настоящий и попытаться помочь друг другу.

— Хорошо. — Послышались знакомые звуки. Виктория встрепенулась. Боб сидел в большой клетке в углу.

— Это ты его принес? — спросила она мужа.

— Я знаю, ты просила Мисти и ее маму присмотреть за ним до понедельника, когда ты будешь перевозить вещи, но я подумал, что тебе будет не хватать его. Он ведь член семьи, правда?

— Он — все, что у меня есть, — сказала Виктория, взглянув на мужа.

— Ну, я бы так не сказал. У тебя есть муж, на время, — заметил Калеб.

— А у тебя жена, — тихо добавила Виктория.

Виктория сильно нервничала. Она практически не могла ничего делать — ни ходить, ни говорить, ни думать. Она сама захотела этого. Нужно освободить Калеба от принятой им обязанности чем быстрее, тем лучше. Может, предложить ему лечь в постель? Поймет ли он, или подумает, что она, как и большинство женщин, хочет заняться с ним любовью?

Ей очень нравился Калеб. Но она не хочет, чтобы он думал, что у нее есть скрытые мотивы. Она бы никогда не предложила ему брак. Как привлечь мужчину, как соблазнить его? Она знала это только по книгам. Наверное, Калебу будет скучно с ней.

Виктория боялась грядущей ночи.

Мысли кружились у нее в голове. Калеб дотронулся до ее плеча.

Виктория вздрогнула.

— Извини, — сказала она. — Я просто... просто...

— Не волнуйся, — сказал он. Калеб взял ее за руку и повел в соседнюю комнату. Это была большая комната с темными кожаными диванами и журнальными столиками. Калеб поставил какую-то музыку.

— Создаешь настроение? — спросила она.

Калеб засмеялся.

— Да, для игры в шахматы. — Он подвел ее к изящному столику, на котором стояли шахматные фигурки.

— Эти фигурки изображают отцов журналистики, — сказал он. — Это — Херст, а это — Маккормик и так далее. Мне подарил их друг.

— Женщина?

Калеб засмеялся.

— У меня есть и друзья мужчины.

— Да, но именно женщины способны сделать такой подарок. Я убеждаюсь в этом в магазине. Женщины часто приходят, чтобы заказать редкую книгу для своего мужа. Мужчины редко покупают книги в подарок, по крайней мере у меня.

— Ты положительно настроена, Виктория?

— Положительно настроена? — пролепетала Виктория.

— Я имею в виду не любовь, а партию в шахматы, милая. Ты умеешь играть в шахматы?

Виктория приняла независимое выражение лица.

— Конечно, я умею играть в шахматы. У меня степень по литературе и математике. Ходи, Калеб.

Слава богу. Он не знал, что ей предложить, так как практически ничего не знал о своей жене. Калеб хотел, чтобы она чувствовала себя спокойно, чтобы сконцентрировалась на чем-нибудь другом, а не на предстоящей ночи.

— Ты хорошо играешь, — сказал Калеб немного погодя.

— Ты тоже. — В ее голосе послышалось удивление.

— Я занимаюсь шахматами с детства — это мое хобби. Мне нравятся интеллектуальные игры.

— Да, только процесс мысли, никаких эмоций.

— Заткнись и играй, Виктория.

Она засмеялась.

— О, какой ты вспыльчивый игрок.

— Я играю безжалостно. — Он съел ладью.

— Я тоже не беру пленных, — сказала Виктория и съела его офицера.

— Шахматы схожи с математикой, — добавил он.

— Теперь твой партнер может находиться на расстоянии, ты можешь играть по Интернету, — сказала Виктория.

— И все же, эта игра захватывает. — Он съел королеву Виктории.

Виктория с изумлением посмотрела на него.

— Ты отвлек меня, — возмутилась она. — Поделом мне. — Виктория провела рукой по волосам, потом наклонилась над столом, и Калеб засмотрелся на вырез ее платья. Интересно, как она отреагирует, если он наклонится и поцелует ее.

Виктория съела еще одного офицера.

— Это конечно не королева, но тоже неплохо.

Калеб посмотрел на доску.

— Ты специально это сделала? — спросил он. — Чтобы отвлечь меня?

— Что? — переспросила она. Погруженная в игру, она не замечала, что он не отрываясь смотрит на ее вырез.

Наконец она заметила. Ее дыхание участилось. Виктория явно нервничала. Больше того, она была напугана. Черт! А чего он ждал? Она явно не была до этого с мужчиной, а он был отнюдь не мальчиком. Она, наверное, была в панике, думая о приближении неизбежного момента.

— Игра закончена, — сказал он.

— Но мы еще не доиграли, — возразила она. — Ты еще не поставил мне мат.

— Вряд ли я смогу поставить. Уже поздно.

Виктория поняла.

— Да, думаю... думаю, нам пора ложиться.

— Да.

Калеб проводил ее в спальню и поставил сумку рядом с кроватью.

— Располагайся. Я подожду.

Виктория нервно кивнула, и Калеб ушел. Когда он вернулся, Виктория уже лежала в постели, простыня закрывала ее до шеи.

Калеб выключил свет, снял халат и лег рядом. На ней было надето что-то мягкое и шелковистое. Шелковистая комбинация и ее шелковистая кожа.

— Виктория, — позвал он.

— Да-а. — Она прокашлялась. — Да?

— Я обниму тебя, — сказал Калеб. — И мы будем спать.

Виктория села на кровати. Было темно, но лунный свет проникал сквозь окно. Он видел ее силуэт. При мысли о том, что на Виктории была надета только тоненькая комбинация, его дыхание сбивалось.