Требуется мужчина - Мирна Маккензи

— Я не трушу, Калеб. Я готова.

— Я никогда не назову тебя трусихой, Виктория. И я уверен, что ты готова. — Ему хотелось, чтобы она отдала ему свою душу, а не только тело. Он хотел, чтобы рядом с ним Виктория чувствовала себя уверенно и спокойно. — Но сегодня давай просто полежим вместе. Не будем торопиться. Я женился на тебе, потому что не хотел, чтобы ты отдалась незнакомцу, и поэтому я не хочу быть чужим в твоей постели.

— Это твоя постель, — напомнила она ему.

— Это наша постель.

— Ну, хорошо.

— Итак... я обниму тебя, — сказал он и придвинулся к ней. Виктория дрожала. Калеб едва дышал.

— С тобой все в порядке? — спросил Калеб.

— Я... да. — Ее голос был таким тихим и в то же время напряженным, что Калеб с трудом различил слова.

— Хорошо. Спокойной ночи, Виктория. — Ему стоило немалых усилий отказаться от ее предложения.

— Спокойной ночи, Калеб. И... спасибо. — Он понял, что она еще не была готова отдаться мужчине, даже мужчине, которого знала.

Калеб закрыл глаза и стал ждать зари. Он не надеялся заснуть, но думал, что если он будет спокойно лежать, она расслабится и заснет.

Итак, ночь началась.

Виктория лежала и ощущала, как горит все ее тело. Руки Калеба обнимали ее, он лежал, прижавшись к ней. Она чувствовала его теплое дыхание.

Он был обнажен. Его тело было прекрасно. Виктория чувствовала это, хотя боялась даже пальцем пошевелить. Если она разбудит его... Она даже может попросить его заняться любовью, и он не будет против.

Почему-то эта мысль оскорбила ее.

Калеб пошевелился. Черт, чуть не разбудила.

Но как трудно лежать, не двигаясь. Почему он женился на ней? Виктория не могла ответить на этот вопрос. По-видимому, она заставила его пойти на это своим легкомысленным поведением. Нельзя было позволять Калебу вмешиваться в ее личные дела, она бы и сама справилась.

Кого она обманывает? Сама-то и не справилась. Вот почему он вмешался — потому что она была готова прыгнуть в омут с головой.

Калеб пытается спасти ее. Он пожертвовал своей холостяцкой жизнью ради того, чтобы она могла родить ребенка. Как он чувствует себя при этом? Ведь раньше он мог переспать с любой женщиной, которая ему нравилась.

Виктория сжалась. Она не знала, как долго это вытерпит.

Было темно. Может, ей притвориться кем-нибудь другим?.. Может сейчас, когда ему хочется спать, она создает ему настроение?..

Виктория была напугана, как никогда. Она вспомнила, как ходила за Эриком Арнессом в школе, и чем это все обернулось.

Но Калеб спал. Если она будет лежать тихо, он не проснется. Может, все произойдет как во сне, и он будет думать, что любит другую женщину. Может, ей притвориться другой женщиной?

Виктория прижалась к Калебу. Ее ладонь коснулась его груди. Его тело было теплым, крепким и мускулистым. Прикасаться к нему было наслаждением.

Она медленно провела рукой по его груди и прижалась еще плотнее. Одна бретелька ее комбинации соскочила, почти обнажая грудь.

Виктория кончиком пальца дотронулась до его соска.

Вдруг сильные руки схватили ее за талию и подняли вверх.

Виктория вскрикнула.

— Черт возьми, Виктория, я изо всех сил пытался не трогать тебя сегодня.

— Извини.

— Неужели ты так сильно хочешь ребенка? Ладно, я дам тебе твоего ребенка.

Он опустил ее вниз и поцеловал ее всей страстью, на которую был способен. Голова Виктории закружилась. Она не могла думать. Калеб был взвинчен.

— Это не из-за ребенка, — сказала она, когда поцелуй закончился. — Я просто... просто... извини.

— Нет, это ты меня извини. Я сделал тебе больно? Я испугал тебя?

— Нет, нет, — сказала она, качая головой. — Я хотела... Так трудно ждать, Калеб. Я не могла спать. Я подумала, что если дотронусь до тебя, пока ты спишь, тебе будет легче привыкнуть к мысли, что тебе надо заняться со мной любовью. Тогда не будет так страшно.

Калеб вдруг засмеялся так громко, что под ним затряслась кровать.

— Ты думаешь, я ждал, потому что меня к тебе не тянет?

— Я знаю, что еще на прошлой неделе ты не хотел жениться на женщине ради ребенка.

Калеб дотронулся до ее щеки.

— Да, верно, но если вы думаете, что я не хочу вас, — сказал он резко, — вы ошибаетесь, миссис Фремонт. — Калеб прижался к ней, и Виктория почувствовала его желание. — Я едва могу терпеть.

— Но разве я женщина твоей мечты?

— Я и глаз не сомкнул. Как я мог спать, когда рядом лежишь ты, и нас разделяет лишь тонкий шелк? — прошептал он. Он прикоснулся к ее груди.

Виктория вздрогнула.

Он поцеловал ее, тронул губами ее шею, грудь.

Все ее тело ответило ему. Оно горело желанием. Он целовал ее шею и грудь, его дыхание обжигало.

— Ты думаешь, я не хочу тебя? Подумай лучше, моя жена. Я хочу тебя, и, похоже, ты тоже хочешь меня.

Он обнял ее. Он любил ее страстно и нежно. Виктория узнала, что может быть распутницей и хищницей. Она узнала страсть.

Утром она проснулась и сказала.

— Люби меня снова.

— С радостью, — прошептал он. Виктория узнала то, что женщины Дэлловея знали годами. Калеб Фремонт умел доставить женщине удовольствие.

Она будет с ним, пока не забеременеет. Виктория подумала: а вдруг у нее уже получилось?

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Однажды, сидя за завтраком и потягивая утренний кофе, Калеб вспомнил, что они с Викторией женаты уже три недели. Прошло три недели, а паника Виктории еще не улеглась.

Калеб удивлялся, что его жена не предъявляла на него никаких прав, кроме тех, что были связаны с ребенком. Что бы сказали жители Ринваля, если бы узнали, какая страсть скрыта за видимым спокойствием продавщицы книг.

— Чему ты улыбаешься? — спросила Виктория, откладывая в сторону газету.

— Интересно, как называлась вчерашняя книга дня?

Виктория пожала плечами.

— «Гарри Поттер». Теперь, когда я сделала реорганизацию в своих делах, у нас продается и художественная литература.

— Позор, — сказал Калеб. — И дело не в Гарри Поттере. Я рад, что у тебя хорошо идет дело. Просто мне стало не хватать тех томиков, которые ты продавала.

Виктория улыбнулась.

— Я до сих пор торгую ими. Если бы не «Гарри Поттер», то вчера книгой дня стала бы «Половая жизнь амфибий».

— Неужели кто-то пишет про это книги?

Виктория засмеялась.

— Не знаю, я просто выдумала.

— Миссис Фремонт врет?

Виктория сморщила носик.

— Наполовину. В книге действительно рассказывается про амфибий, но ничего личного.

— Надеюсь. Даже амфибии заслуживают уединенности. Кто же захочет, чтобы вокруг твоего пруда толпились исследователи, когда ты влюблен и хочешь развлечься со своей женушкой?