Замок Dead-Мороза - Кащеев Кирилл

Глава IX. Полуночные гости, или Братва на «Хаммерах»

– Ну… – задумчиво протянула Инга, – третьим может быть тот, кто должен их отсюда увезти – Амалию, ее брата… и клад? Не на себе же они его потащат – как минимум нужна машина!

– Машина! – напряженным голосом сказал Пауль. – И не одна!

– Одной должно хватить, – помотала головой Инга.

– А я говорю – много! – напряженным шепотом выдавил Пауль. – Сюда едут! Слышишь?

Инга прислушалась, раздраженно морщась от усилившегося шума ветра в деревьях, мешающего расслышать хоть что-то… Вдалеке на ведущей к замку дороге мелькнули и пропали два желтых огонька. Мелькнули еще раз… Еще… И тут она поняла! Это шумел не ветер, это гудели моторы машин, пробивавшихся к замку сквозь снежные завалы.

Вот теперь Инга знала, что такое – камень с души свалился. Это когда тебя сперва действительно будто неподъемной тяжестью придавили. А потом вдруг становится легко-легко, и ты сразу вспоминаешь, что сейчас новогодняя ночь, и видишь, как красив при луне твой замок. И ты срываешься с места, бежишь через подъемный мост, а потом по дороге. Торопишься, проваливаясь в снег, навстречу помощи, спасению, решению всех проблем… А потом на тебя в очередной раз набегают, сшибают с ног и, ухватив под мышки, волокут под прикрытие вздымающихся вдоль дороги скал, яростно шипя в ухо:

– Ну и куда ты бежишь, ненормальная?!

– Пусти! – Инга брыкнула ногой, взбивая волны снега. – Это за нами! Папа сказал, что нас обязательно вытащат, несмотря на снег! Вот они и едут – вытаскивать!

Пауль впихнул ее под нависающую над дорогой скалу и только тогда презрительно процедил:

– В новогоднюю ночь? Сейчас и президента выручать никто бы не поехал, не то что простого миллионера! И кто, вообще, в курсе, что вас надо выручать?

– Папина секретарша! Она очень исполнительная, она сразу забеспокоится, что папа не вернулся… – яростно сплевывая снег и порываясь снова выскочить из-под скалы, чтобы бежать навстречу машинам, выпалила Инга… И вдруг замолчала. Новогодняя ночь… Папина секретарша сейчас пьет шампанское с семейством и друзьями, а искать их начнет не раньше четвертого, как папа и сказал. Но тогда кто же там едет? Инга перестала вырываться.

– Соображаешь, – одобрил Пауль. – Если бы еще не так медленно…

– А если бы ты на меня не накидывался и не ронял в снег… – гневно начала Инга.

– То тебя бы еще китаец подстрелил, – вместо нее закончил Пауль.

Инга надулась. Почему-то когда мама спорила с папой, последнее слово всегда оставалось за ней! Может, напрасно Инга считала свою маму… ну, не очень умной? Может, это она сама чего-то… недопонимает?

– Пошли, посмотрим, кто там приехал! – скомандовал Пауль и осторожно двинулся вниз, вдоль ведущей к замку горной дороги, навстречу мелькающим впереди огням. Инга торопливо догнала Пауля и вцепилась ему в рукав.

– В ухо не сопи, – потребовал он, осторожно выглядывая из-за скалы там, где дорога делала поворот. Инга тоже взглянула на довольно большую площадку, с которой и начинался подъем к самому замку. Два длинных желтых конуса света упали на дорогу, словно на ней скрестились лучи военных прожекторов. А потом, подвывая и тяжело перемалывая снежные завалы гигантскими колесами, выбралась огромная, казавшаяся совершенно квадратной машина. Затем вторая… Третья… Четвертая… Да сколько же их! И как они сумели сюда пробиться? Видно, последний вопрос она задала вслух, потому что Пауль взглянул на нее через плечо – слегка презрительно – девчонка, что возьмешь! – и обронил:

– Это же «Хаммеры»! Дитя американской военной промышленности. Они где угодно пройдут!

– И до замка поднимутся? – дрожащим голосом спросила Инга. Не нравились ей эти «Хаммеры»!

Ответ она получила немедленно. Первый «Хаммер» остановился, заглушая мотор. Остальные пристроились ему в хвост – тяжелые, угловатые, грозные военные машины встали полукругом, заняв почти всю площадку. Захлопали дверцы… и наружу высыпали крепкие молодые мужики, похожие друг на друга, как братья, – может быть, из-за практически одинаковых черных курток. А может, из-за рож – квадратных, как их автомобили, и таких же агрессивных. Лихо гогоча над чем-то своим, они, закурив, разглядывали замок сквозь дым сигарет.

– Непохожи они на американских военных, – прошептала Инга на ухо Паулю.

– Тихо! – шикнул на нее мальчишка.

– Ты гля, и впрямь – натуральный замок, как в кино! – громко, с явным восхищением произнес один из приезжих, разглядывая возвышающиеся над верхушкой горы башенные зубцы.

– Тебе-то что с того! – мрачно пробурчал другой. – Пацаны все гуляют, а мы тут торчим, и даже выпить за Новый год нельзя! – он искоса поглядел на третьего, который, видно, был у них главным.

– Нельзя! – жестко отрезал тот. – А за то, чтоб ты здесь торчал, тебе платят. По новогоднему тарифу! – жестко усмехнулся он, а потом примирительно добавил, оглядывая своих недовольных подчиненных: – Ничего, скоро внутрь пойдем, там теплее будет. – И он вдруг заржал совершенно жеребячьим хохотом. – Там, блин, будет даже жарко!

Остальные ответили тем же – шутка оказалась понятной. А прячущиеся за скалой Инга с Паулем переглянулись, и девочка крепче вцепилась в рукав его куртки. Эти… пойдут в замок? Тогда там действительно может стать жарко!

– Когда пойдем-то? – вытирая выступившие от смеха слезы, охнул один из прибывших.

– Вот когда сигнал подадут, тогда и пойдем, – снова становясь строгим, сообщил его начальник. Он сунул руку во внутренний карман куртки и вытащил… точно такую же рацию, как та, что Инга подобрала на башне! – Проверить надо, – пробормотал главный и принялся неуверенными движениями человека, легко пасующего перед любой новой техникой, вертеть колесико.

В первое мгновение Инге показалось, что спрятанная у нее во внутреннем кармане шубы рация словно шевельнулась… а потом из нее понесся хриплый, довольно громкий шорох.

Пауль схватил Ингу, оттащил, вжал ее спиной в скалу и сам навалился сверху, глуша исходящие из-под шубы хрипы.

– Выключи ее! – отчаянно выдохнул мальчишка Инге в ухо.

– Сейчас, сейчас… Пусти ты, дай руку просунуть, – она отпихнула его, запустила руку под шубу и, не доставая рации из внутреннего кармана – еще услышат! – попыталась отключить ее. Маленькое колесико скользнуло под ее дрожащими пальцами – рвущиеся из рации шуршание и шорох стали просто оглушительными, изо всех сил ударили в уши.

– Слышь, бригадир? Чего это шуршит? – спросил за скалой настороженный голос.

– Бежим! – Пауль толкнул девочку в спину, и они рванули обратно по своим следам ровно за мгновение до того, как бригадир ответил:

– Не знаю! А ну, Колян, глянь, чего там…

Снег захрустел под быстрыми шагами. Инга оглянулась и увидела шарящий луч фонарика, уже выглядывающий из-за прикрывающей поворот к поляне скалы. Сейчас этот Колян вывернет на тропу и, если даже сразу не увидит их в тени скалы, по шороху рации найдет моментально. Инга на бегу снова сунула руку под шубу и наугад крутанула колесико…

Рация щелкнула и смолкла, будто ее заткнули кляпом. Пауль в очередной раз рванул Ингу – интересно, у него такая манера общаться со всеми девушками? – прижал ее к скале там, где сгущался самый глубокий мрак, и сам распластался рядом.

Желтый конус света рывками надвигался на них. Наконец темная фигура прошла мимо… и остановилась точно напротив их ненадежного укрытия. Пауль и Инга затаили дыхание… Колян повел фонарем вправо… влево… Пятно света рыскало среди придорожного подлеска, медленно подбираясь к ногам распластавшихся по скале ребят… Сейчас он приподнимет фонарик чуть выше – и луч упрется в них!

Колян приподнял фонарик… и повернул его в сторону замка. Зловещая каменная громада башен нависала над пропастью. Инга не поверила глазам! Легкий голубоватый огонек снова скакал по зубцам, словно приветствуя новых легкомысленных путников!

Слышно было, как Колян шумно сглотнул. Луч его фонарика испуганно заметался, он быстро повернулся и трусцой побежал к своим.