Персональный ребрендинг. Как изменить свой имидж, сохранив репутацию - Дори Кларк

Став матерью, Сьюзен заинтересовалась вопросами экологии: «Я начала задумываться о происходящем вокруг, о том, в каком мире предстоит расти нашим детям». Просматривая сайт экологической правозащитной организации, она наткнулась на список вакансий: требовался специалист по банковским инвестициям. Вскоре Сьюзен вышла на работу и поступила в двухгодичную аспирантуру по специальности «Политика».

Происходящее сразу стало для нее культурным шоком. Она никогда не работала в некоммерческом секторе и не проводила политические исследования, а ее доходы резко уменьшились. «Я чувствовала себя там как рыба, вытащенная из воды, – вспоминает она. – В компании было четыреста сотрудников, и только двое со степенью МВА: один в бухгалтерии, вторым была я». Сьюзен не всегда принимали хорошо. «Ко мне относились с подозрением, как к любому перебежчику из мира бизнеса в мир экологических правозащитников. Многие экологи-активисты видят врагов в таких людях, как я. И словно я говорила на другом языке, меня не понимали, к моему мнению не прислушивались».

Намереваясь с успехом окончить аспирантуру, Сьюзен всерьез взялась за учебу. «Я изо всех сил старалась сосредоточиться на хорошем: новое место позволяло мне познакомиться и наладить контакты с огромным количеством людей, занимавших весьма высокие посты; едва ли я когда-нибудь познакомилась бы с ними. Радовала также значимость моей работы».

Вращаясь среди юристов, правозащитников и исследователей, Сьюзен открыла в себе особые умения. «Им нужен был человек, который мог говорить с представителями Уолл-стрит на их языке; а я это умела». Она также обнаружила важные связи со своей прежней работой. «Одной из наших разработок было повышение энергоэффективности зданий, – рассказывает она. – Этот процесс похож на инвестицию: сначала ты инвестируешь в здания, а потом обращаешься с ними как с финансовыми активами. Бóльшая часть работы по популяризации энергосберегающих технологий проводилась традиционалистами. Они же не рассматривали это как инвестиции, а просто пытались заставить людей поступать иначе, вместо того чтобы представить проблему с экономической точки зрения. Я же говорила им: “Вы можете сделать такую инвестицию, которая обеспечит хороший возврат [вложений]. Не смотрите на эти расходы как на вынужденные траты”».

У Сьюзен сложилась репутация новатора. Еще до окончания аспирантуры она выступала на крупных конференциях, и многие компании к ней прислушивались. Сегодня она руководит частно-государственной компанией, занимающейся инвестициями в энергосбережение. «Для меня это огромный опыт. Я многое знала о финансовых рынках, а сейчас приобретаю знания о государственном управлении, политике, энергетике, коммунальном секторе, технических нормах и даже о рынке недвижимости, – отмечает она. – Люди прислушиваются ко мне и считают лидером отрасли. На Уолл-стрит я бы не достигла такого успеха и за миллион лет».

Пользуйтесь статусом чужака

Финансовые навыки Сьюзен, пусть и блестящие, не были исключительными на Уолл-стрит. Но в мире правозащитников она стала ценным специалистом, поскольку мало кто из экологов обладал ее познаниями. Ее умения – тот самый ценный актив, который помог ей выделиться и быстро расти. Подобным образом позиционировал себя на всех новых рабочих местах Джейсон Шэйплин. Большинство людей судят о вас по длительности пребывания на каждом месте работы. Но Джейсон знал: по этому критерию он никогда не войдет в число победителей.

Главной задачей для него стало превратить свое пестрое резюме в преимущество – он успел поработать журналистом, консультантом, специалистом по переговорам, спичрайтером в президентской кампании, директором азиатской телекоммуникационной корпорации и руководителем некоммерческой организации. В планы Джейсона входило одновременно развеять сомнения окружающих насчет своей компетентности и заинтриговать их свежим взглядом на профессию.

«Я работал в таком количестве мест, что могу говорить на профессиональном языке почти любой отрасли, – рассказывает он. – Мне легко общаться со специалистом по хеджевым фондам, а потом в офисе губернатора рассуждать о перипетиях законодательной власти. При знакомстве с новыми людьми я зачастую сразу перехожу на их профессиональный жаргон. Это привлекает внимание: он рассуждает как переговорщик, но не стандартный. Вдруг он способен найти новые решения наших проблем? Видимо, мне удается убедить людей в том, что я достаточно знаю об их деятельности и при этом могу сообщить что-то новое и интересное».

Джейсон усердно работал, чтобы изучить нюансы каждой из своих специальностей. «Это было полное погружение, – говорит он. – Я много времени проводил в библиотеке». Но он также не отказывался от роли «чужака», потому что она обеспечивала ему свободу выступления с новыми идеями и подходами. «Я стараюсь абстрагироваться от мелочей, чтобы видеть перспективу, – объясняет он. – Нужно знать, что и как работает, но при этом сохранять свежесть мышления. Получается так, будто вы стараетесь не стать экспертом в избранной области. Нужно задержаться где-то посредине, на полпути межу суперпрофи и новичком. Нужно знать достаточно много, чтобы приносить пользу и оказывать влияние, но все равно смотреть на вещи со стороны».

Джейсон использует свой метод и сегодня, работая главным директором агентства по работе с беспризорниками. Хотя он занят в этой области уже около десяти лет – достаточно долго для приобретения богатейшего опыта, – он все равно пытается сохранять свежесть восприятия, выискивая инновации в других сферах. «Мы разработали фантастическую новую модель помощи беспризорным детям, – рассказывает он, – потому что, наблюдая за тем, чем занимаются образовательные программы для малышей, центры помощи и кризисные центры для детей, я видел все их недостатки».

Сила индивидуальности

Помимо знаний, умений и уникального опыта вы отличаетесь от остальных неповторимостью своей личности. Иногда вы единственный, кто идеально подходит для какой-то конкретной профессии. Так случилось с Наифом Аль-Мутавой, кувейтцем по происхождению, который мечтал стать писателем. Когда Наифу было немногим больше двадцати, его сильно задел новостной сюжет о человеке, уволенном из химчистки за религиозные взгляды. Тогда он написал иллюстрированную книгу о важности разнообразия, которая получила премию ЮНЕСКО как лучшая детская книга о толерантности. Издательство заключило с ним контракт на две другие книги, но Наиф еще не считал писательство своим основным занятием. «Родители сказали, что для хобби – это просто великолепно, но для работы не годится», – вспоминает он.

К 2003 году, получив несколько степеней по психологии (предмету, наиболее близкому к литературе, потому что в ней тоже необходимо знание человеческой природы), Наиф считал, что его писательский опыт остался в прошлом. Но однажды, когда он ехал с сестрой в такси, она стала убеждать его написать еще одну детскую книжку. Поскольку Наиф успел получить МВА в Колумбийском университете, он автоматически просчитал в уме затраты и прибыль. «Я ответил, что для этого нужно придумать героев, которые могли бы сравниться по популярности с покемонами, иначе писать книгу нет смысла, – вспоминает он. – Таким образом я пытался сказать “отвяжись”». Но идея прочно засела у него в голове. Наиф выяснил, что покемоны – вирусный детский феномен – были запрещены в некоторых арабских странах. А что, если после трагедии 11 сентября 2001 года написать универсальную детскую историю с учетом принципов ислама?

Задумка превратилась в «99» – историю о группе супергероев с Ближнего Востока с характерными мусульманскими чертами, которые пропагандируют «мудрость, щедрость и основные человеческие ценности, важные для любого человека». С какой целью? «Мы сражаемся за сердца и умы будущего поколения, которое иногда учат использовать религию для разжигания ненависти». Книга «99» задумывалась как серия комиксов и действительно приобрела сравнимую с покемонами известность. Ее сюжет был положен в основу телешоу, которое показывают во всем мире, и тематического парка развлечений. Президент Обама даже назвал «99» символом толерантности. «Я с самого начала старался сделать книгу понятной для аудитории из разных стран, поскольку знал, что при благоприятном стечении обстоятельств она может стать международной», – рассказывает Наиф.

Не каждый психолог, даже со степенью МВА, сумеет написать всемирный хит об исламских супергероях. Но опыт жизни в Америке и арабское происхождение вдохновили Наифа. Используя налаженные в школе бизнеса связи, он собрал необходимые для реализации проекта суммы, а психологическое образование помогло сделать сюжетные линии убедительными. «Мои персонажи участвуют в конфликтах и решают личные проблемы. Все эти теории я усвоил из организационной психологии», – рассказывает он.