Ужасы: Последний пир Арлекина - Рэмси Кэмпбелл

Самое меньшее, что он мог сделать для нее, — стать ее последним другом и доставить домой. Может быть, так он хоть немного искупит свою вину перед ней.

РЭЙ ГАРТОН

Звонок на радио

(Пер. О. Ратниковой)

С середины восьмидесятых годов Рэй Гартон пишет рассказы ужасов с эротическим уклоном, однако не согласен с ярлыком «кровавый панк», приклеившимся к его творчеству. После ранних романов «Соблазны» («Seductions») и «Во тьме» («Darklings»), а также нескольких книг по мотивам новеллизаций он нашел свое призвание — тогда были написаны романы «Девушки из шоу» («Live Girls») и «Осень распятия» («Crucifax Autumn»).

С тех пор вышли «Производственные секреты» («Trade Secrets»), первый триллер Гартона, не относящийся к жанру хоррор, и «Ящерицы на стоянке» («Lot Lizards»), роман о вампирах, действие которого происходит на заправочной станции. Первый сборник рассказов писателя «Методы безумия» («Methods of Madness») номинирован на премию имени Брэма Стокера, а новелла из этого сборника «Метод доктора Крузадиана» («Dr. Krusadian's Method»), также номинант на премию Стокера, появилась в антологии «Кафе „Чистилище“» («Cafe Purgatorium»).

Роман ужасов в стиле нью-эйдж «Темный канал» («Dark Channel») вышел в 1991 году; за ним последовало «Злое место» («In a Dark Place»), в котором рассказывается о семье из Коннектикута, переехавшей в здание бывшего похоронного бюро, где их преследует дьявол и его прислужники.

Гартон живет в Северной Калифорнии со своей женой Дон; его хобби — собирать видеофильмы, которых у него около девятисот. «Кроме этого, — говорит писатель, — я совершенно ничем не интересен. Большую часть времени я провожу за работой, что очень скучно для тех, кто никогда не писал. Черт, иногда даже мне это скучно».

Но нам кажется, что, читая этот рассказ, вы не заскучаете…

В студии было темно, лишь над пультом горела тусклая лампа. По знаку звукооператора, сидевшего рядом с продюсером в соседнем помещении за длинным прямоугольным стеклом, ведущий наклонился к висевшему перед ним микрофону, коснулся пальцами наушников, в которых звучала музыкальная тема шоу, и произнес:

— Вы слушаете «Шоу Артура Колтона-младшего», и я снова с вами! Осталось еще несколько минут прямого эфира с Мелиссой Картрайт, которая говорит с нами по телефону из Сан-Франциско, Калифорния. Мисс Карт… извините, миз Картрайт — писательница и феминистка. По-моему, это очередная хнычущая дама, жаждущая кастрировать всех мужчин, которая нашла способ выплеснуть свою агрессию и одновременно быстро срубить бабок, написав книгу о том, сколько зла приносят мужчины. Не просто люди, а именно мужчины. Если верить миз Картрайт, они несут зло только потому, что родились мужчинами. — Ведущий глупо хмыкнул и подмигнул Гарри, звукооператору, который беззвучно смеялся за стеклом.

— Нет, нет, Артур, — возразила Мелисса Картрайт, — я ничего такого не писала, и вы это знаете. Я просто хочу…

— Вернемся к телефонным звонкам. — Артур Колтон-младший, которого на самом деле звали Энди Крейг, взглянул на экран компьютера, где желтым высветились слова: «Тампа, Флорида — друг». — Тампа, штат Флорида, вы в эфире.

— Але, правда, Артур?

— Да, сэр, вы в эфире!

— Ага, Артур, меня зовут Том, и я позвонил просто, э-э-э, чтобы сказать, что вы, ну, это самое, что вы правы. Вы правы.

— Я знаю, что я прав, сэр, и именно поэтому я — ведущий, а вы — слушатель. У вас есть вопрос к нашей гостье?

— Ага. Есть. Я бы хотел спросить у мисс Картер…

— Картрайт! — рявкнул Энди. — Карт-райт.

— Ага, точно, мисс Картрайт. Я бы хотел спросить у нее: где бы сейчас были женщины без мужчин, а? То есть я хочу сказать, вспомните историю. Где, как вы думаете? И, это самое, можете отвечать, когда я повешу трубку.

Мелисса Картрайт произнесла:

— Мне очень жаль, Том, это не ваша вина, но я боюсь, что у нас возникло недоразумение. Я не считаю, что мужчины по природе злы, бесчестны или невежественны. Я просто хотела сказать, что нам нужно найти путь к…

— Всем ясно, что вы хотите сказать, миз Картрайт, — перебил ее Энди. — Ваша книга «Кризис женщин, могущество мужчин» — для тех, кто интересуется подобной писклявой пропагандой. Она вышла в издательстве «Путнем» и однозначно является манифестом человека, уверенного, что все наши проблемы — из-за мужчин и их действий. А теперь прошу вас ответить на вопрос радиослушателя, который задан вполне ясно. Хорошо? Мы вас слушаем.

Она какое-то время молчала — слишком долго, — и Энди уже собрался заговорить, чтобы заполнить паузу, но она успела первой. Она говорила медленно и холодно:

— Мне кажется, что… рассуждать о положении женщин… без мужчин… в историческом аспекте… это неразумно.

— Что ж, удобный ответ. — На экране появились слова: «Уинстон-Сейлем, Северная Каролина, — противник». — Уинстон-Сейлем, вы в эфире.

— Э, Артур, я постоянно слушаю ваше шоу и хочу сказать, что, по-моему, вы слишком суровы с вашей гостьей, понимаете?

— Почему это вы так думаете, сэр?

— Потому что я прочитал ее книгу и, как мужчина, могу сказать, что она…

— Секундочку, погодите-погодите-погодите. Вы читали ее книгу? Вам что, нравится, когда вас кастрируют? Вам что, нравится, когда женщина жует ваши яйца? И вы называете себя мужчиной?

— Я как раз об этом и хотел сказать, мистер Колтон: вы берете интервью у автора, но мне кажется, что вы даже не читали ее книгу.

— Разумеется, я ее не читал! Я люблю свои яйца!

— Но вы спорите с ней и наклеиваете ярлыки, вместо того чтобы вести дискуссию, а на самом деле вы даже понятия не имеете…

Энди нажал кнопку на пульте, отключив слушателя, и ухмыльнулся:

— Приятного времяпрепровождения, сэр.

Мелисса Картрайт испустила по телефону угрожающий вздох, и Энди представил себе, как она вращает глазами; он ухмыльнулся Гарри — это была его фирменная улыбка, означавшая: «Все супер!»

— Редлендс, Калифорния, вы в эфире.

— Да, Артур? — раздался голос пожилой женщины.

— Вы в эфире, мэм, пожалуйста, ваш вопрос.

— Ну, я просто хотела сказать, что мне семьдесят девять лет и я не понимаю, как ваша гостья — как же ее имя? Картрайт? — может даже предполагать, что все мужчины — сплошное зло. Я по своему опыту могу сказать, что…

Мисс Картрайт твердо перебила ее:

— Мне очень жаль, мэм, но вас, как и остальных радиослушателей, ввел в заблуждение мистер Колтон. Я не говорю, что все мужчины — зло. Я всего лишь написала, что наша культура — как и многие другие — отвела женщине второе место во всем и нам пора…

— Простите, — вмешался Энди; заиграла музыка, — но наше время подошло к концу. Я хочу поблагодарить мою гостью, Мелиссу Картрайт, книга которой «Кризис женщин, могущество мужчин» по какой-то причине заняла второе место в списке бестселлеров популярной литературы «Нью-Йорк таймс». Благодарю вас за участие, миз Картрайт, это было даже познавательно. Далее в программе новости, затем я продолжу отвечать на звонки радиослушателей. Оставайтесь с нами!

Энди, откинувшись на спинку стула и снимая наушники, услышал доносившийся из них тонкий голос Мелиссы Картрайт:

— Мистер Колтон? Мистер Колтон?

Он взглянул на Таню, продюсера, махнул в сторону телефона и поднял трубку:

— Да?

Она с трудом сохраняла спокойствие:

— Я сильно разочарована, мистер Колтон. Мне сказали, что вы собираетесь взять у меня интервью относительно моей книги. Я не предполагала, что это будет, так сказать, позорный столб и публичное унижение в прямом эфире. И что окажусь на допросе!

— О, прошу вас, мисс Картрайт, не берите это на свой счет. Просто я так веду шоу.

Она ответила не сразу:

— Простите? Я не поняла.

Энди покачал головой и хмыкнул. Они всегда поражали его. Как они не понимают, что это шоу? Просто шоу-бизнес?

— Вы когда-нибудь раньше слушали мои передачи, мисс Картрайт?

— Нет, никогда. И после сегодняшнего дня не имею ни малейшего желания.

— Если бы вы слушали меня раньше, — мягко ответил он, — вы бы поняли, что у меня просто такое шоу. Подумайте об этом. Моя аудитория состоит из очень консервативных, агрессивно настроенных людей, которым нужно нечто большее, чем просто интервью, понимаете? Иначе они смотрели бы Ларри Кинга.[13] Им нужно что-то взрывоопасное, понимаете? Поэтому прошу вас, мисс Картрайт, не воспринимайте это всерьез. Я ничего не имею против вашей книги и ваших взглядов. Возможно, вы и правы, я не знаю. В любом случае я ценю спортивное поведение. Это шоу-бизнес, поймите!

Очередная пауза, на сей раз более длительная.

— Что вы цените?

— Ваше спортивное поведение.

Она рассмеялась, но это был злой смех.

— Вы серьезно?

— Конечно! Послушайте, это шоу, ясно? Если вам, например, нужно сочувствие, позвоните на «Ночные разговоры».[14] Хотите поверхностных вопросов — выступайте в «Ночной линии»[15]3. А в моем шоу вы получите возражения и много воплей.