Волшебная иголка - Николь Бернем

Кэти вежливо поблагодарила девочку и, не желая продолжать тему о магии своего магазина, положила перед Мэнди модные журналы. Потом достала свой блокнот, чтобы сделать записи.

— Ты сказала, что уже остановилась на некоторых фасонах?

Мэнди широко улыбнулась.

— Да-а. Кэвин и я ездили по магазинам, и я пыталась узнать его мнение — косвенно, конечно. Я хотела увидеть, что ему нравится, но не нужно было, чтобы он понял, чего я хочу. Я думаю, это плохая примета. Поэтому я комментировала все свадебные платья, которые видела на актрисах на страницах «Нэшнл инквайрер» и других журналов.

— И каково его мнение?

— Затрудняюсь ответить. Хотя я поняла, что он не любит все слишком пышное. Это самое основное.

— Без пышности, я поняла. Если ты просмотришь журналы и тебе понравится какое-нибудь платье, но на нем будет слишком много украшений, скажи мне. Я просто уберу кружева.

— Вообще-то, я знаю, чего хочу, — Мэнди открыла самый большой журнал и быстро просмотрела страницы. — Вот это, — сказала она, поворачивая книгу к Кэти. — Я видела его в прошлый раз, когда была здесь. Мне очень нравится, как сделан лиф. Очень грациозно, кроме того, скрывает, что у меня довольно маленькая грудь. А низ мне нравится у платья на следующей странице. Можно соединить одно с другим? Думаю, оно будет выглядеть старомодно — как классическое голливудское платье пятидесятых-шестидесятых.

Кэти рассмотрела оба платья.

— У меня есть идея. — Она обошла рабочий стол и взяла другой журнал, открыв там, где было изображено платье, которое смоделировала ее бабушка. Это было одно из ее любимых платьев — платье, которое она надела бы сама, если бы решилась выйти замуж. — Что ты думаешь об этом?

— О, ух ты. Да-а. — В глазах Мэнди стояли слезы. — Я думала точно о таком платье. Совершенно. Как вы считаете, Кэвину оно понравится?

— Я, в общем-то, не знаю вкуса Кэвина, — призналась Кэти. — Но, если смотреть по твоей реакции, думаю, что понравится.

— Тогда это то, что я хочу. Я — за это платье. — Мэнди перевела взгляд с книги на Кэти. — Мы хотим пожениться сразу после окончания школы — на первой неделе июня. Времени хватит? Я имею в виду, читала в свадебных журналах, что иногда пошив платья занимает девять месяцев или даже больше.

— Вполне достаточно. Не беспокойся. Думаю, будет лучше, если я начну шить платье через пару месяцев, скажем после Рождества. И ты сможешь изменить решение, если, конечно, захочешь.

Мэнди кивнула, и Кэти подумала, уловила ли девочка двойной смысл в ее фразе — что со временем она сможет не захотеть этого платья или что вообще не захочет выходить замуж.

Кэти отметила страницу, потом сделала пару записей в своем блокноте, пока Мэнди продолжала смотреть на картинку.

— Я понимаю, что вы никогда ее не знали…

Кэти приподняла голову, опасаясь, что последует за этим.

— Не знала кого?

— Как вы думаете, моей маме понравилось бы это платье? Я чувствую, мне нужно то, что понравилось бы ей.

— Я уверена, что понравилось бы. Это классический фасон, он очень украсит твою фигуру.

Мэнди помяла край странички в пальцах.

— Да-а. Просто я должна знать наверняка. Если она решит приехать, я должна выглядеть потрясающе.

Кэти положила ручку и попыталась представить себе, как Джаред отнесется к этой новости.

— Мэнди, насколько я знаю, ты никогда не встречалась со своей мамой.

Девочка покачала головой.

— Она уехала в Чикаго, когда мне было три недели. Она больше не видела меня, но каждый год она разговаривает с папой, чтобы узнать, как у меня дела.

Кэти видела, как больно Мэнди осознавать, что ее мать даже ни разу не поговорила с ней.

— Наверное, трудно, когда мамы нет рядом. Это просто убивает. — У Мэнди вырвался вздох, и она отпустила страницу. — Никто из моих друзей не понимает этого. Для них классно только то, что они могут уговорить родителей разрешить им сделать что-либо. Они даже говорят мне что-то вроде: «Это вовсе не то, как если бы ты знала ее, а она потом умерла или что-нибудь в этом роде». Это, конечно, тяжелее, но по крайней мере я видела бы ее.

— Мне знакомо это чувство, — ответила Кэти. — Моя мама умерла, когда я была очень маленькая — мне даже годика не было, — и мой отец больше не женился. Мои друзья изрекали подобные фразы. — Кэти объясняла, осторожно подбирая слова. — Я уверена, что твоя ситуация даже труднее. Ты знаешь, что твоя мама где-то есть, и это мучит тебя. Я никогда с этим не сталкивалась — когда кто-то существует, но не участвует в твоей жизни. Но я всегда думала, какой была бы моя жизнь, если бы у меня была мама. Например, была бы я более доверчивой или нет? И уехала бы я тогда в колледж или осталась бы в Бауэне? Так много этих «если».

— Я постоянно скучаю. Все время, — призналась Мэнди. — Наверное, не стоит этого делать, но я все равно думаю о ней.

— Наверное, это естественно. — Кэти облокотилась о спинку стула. Она старалась говорить убедительно, чтобы до Мэнди дошел смысл сказанного. — Не знаю, как тебе, но мне всегда не хватало мамы. Я поняла, что мои подруги воспринимали своих мам как нечто само собой разумеющееся. Они, бывало, спорили со своими мамами больше, чем с папами, и иногда жаловались на то, что их мамы очень строгие, но у них всегда было с кем поговорить на девичьи темы. С папой об этом не поговоришь.

Мэнди закатила глаза.

— Это точно. Я люблю папу, но, скажем, не могу поговорить с ним о Кэвине. Не могу поделиться чем-то сокровенным. Это было бы странно. Он просто не понимает, что это значит — быть девушкой. В прошлом году я посыпала волосы блестками, когда собиралась на школьный бал, и папа взорвался. Я хотела сказать, что в этом нет ничего необычного. Это всего лишь блестки. Если бы мама была рядом, она бы сама отвела меня в салон красоты. — Мэнди фыркнула. — Если он впадает в исступление из-за такой малости, как блестки, вообразите себе, как бы он отреагировал, если бы я попыталась поговорить с ним о подругах или о своих отношениях с Кэвином. А с мамой я бы поговорила об этих вещах. Я не буду вдаваться в подробности, если вы понимаете, о чем я.

— Может быть, так лучше. — Кэти улыбнулась и продолжила: — С другой стороны, тебе повезло, что у тебя такой папа. Когда тебе кажется, что твои друзья смотрят на своих матерей как на само собой разумеющееся, ты не задумываешься, что точно так же воспринимаешь своего отца? Что он много работает, чтобы у тебя был хороший дом, что он безумно любит тебя?

— Да-а. Мне, наверное, нужно быть более благодарной. Но это тяжело, знаете ли.

— Поверь мне, я знаю. — Кэти сделала глоток содовой, которую достала из холодильника до того, как пришла Мэнди. — Похоже, ты мало знаешь о своей маме. Что думает твой отец о том, что ты собираешься ей позвонить?