Волшебная иголка - Николь Бернем

— Так лучше, — пробормотала она и обвила его шею руками.

Он поцеловал ее более страстно, с наслаждением чувствуя запах ее волос, по-детски мягкую кожу лица, теплоту ее губ. Ему казалось чудом, что она страстно отвечает на его поцелуи и ласки.

Неужели ей так же не хватало этого, как и ему? Казалось, что это так. Это удивляло его и в то же время заинтриговывало. Они потеряли счет времени, пока стояли около занавески. Он нежно подтолкнул ее к рабочему столу, одним движением поднял и посадил на стол. Она притянула его к себе так, что их тела прижались друг к другу.

— Надеюсь, что стол крепкий, — полушутя сказал он.

— Я тоже на это надеюсь. — Она улыбнулась, снова поцеловала его и провела рукой по талии. Затем медленно подняла руки выше — ее пальцы скользили по его спине, и каждое ее прикосновение сводило его с ума.

Джаред закрыл глаза и позволил Кэти делать это бесконечно. Он не мог вспомнить, когда еще его тело ощущало такой прилив огня, не мог вспомнить.

Он выдохнул, когда ее пальцы погладили его по волосам, нагнул голову, чтобы поцеловать нежную шею, провел руками по ее волосам. Тихий вздох сорвался с ее губ, и она прижалась к нему. Он почувствовал округлость ее груди и при мысли, что они совершат через несколько минут, если будут продолжать в том же духе, оцепенел. Они даже не ходили еще на свое первое свидание в «Селестино».

Конечно, он хотел любить ее — все его тело жаждало этого. Он представил, как ее голова приподнимается в самый сокровенный момент, как она произносит его имя, лежа в его объятиях.

Но что он на самом деле хотел от Кэти? Был ли он готов к чему-то более серьезному? Если он полюбит ее, то не на одну ночь — он не был так настроен и чувствовал, что Кэти тоже. Но был ли он готов к следующему шагу — сидеть с этой женщиной дома, обедать вместе и обсуждать утреннюю газету за кофе? И если он был готов к тому, чтобы наконец-то завести отношения с женщиной, то является ли этой женщиной именно Кэти? Один раз она отказала ему. Должна быть причина, почему она приняла его сегодня.

— Итак, — прошептала она, прижимая губы к его уху, — если то, что сейчас происходит, результат работы с прилавком, то что же будет тогда после «Селестино»?

Он приподнялся на локтях, прижался к ее лбу. Если бы у него оставался здравый смысл, он бы просто поцеловал ее и ушел.

— Мне тоже это интересно, — признался он с усмешкой. — Я не думал об этом. Конечно, не думал… — Он покрутил ее локон.

— Я тоже не думала.

Он неохотно отодвинулся от стола и предложил Кэти руку. Они дошли до важного момента — им надо либо продолжать, либо отстраниться и вести себя разумно.

Рассудок победил.

— По крайней мере не пришел Фред.

— Я знаю, что еще час или два никто не придет, — сказала она.

— Итак, ты все-таки подумала заранее.

Ее смех разнесся по комнате.

— Ну, я могу представить многие вещи. — Она встала, все еще держа его руку. Она не могла сразу ее отпустить. Выражение ее лица сделалось серьезным, она встретилась с ним взглядом и сказала: — Что-то в этом есть, я думаю.

— Я тоже так думаю.

— Я не слишком часто этим занимаюсь. По крайней мере с тех пор, как вернулась в Бауэн, если хочешь знать правду. — Она прикусила губу, заранее зная, что эти слова вырвались слишком быстро, она даже не успела подумать.

Он взял ее за подбородок, чтобы она посмотрела в его глаза и поняла, что для него это тоже были не просто поцелуи.

— Я хочу знать о тебе все. Все. Я просто не знаю, готов ли я к этому. Потому что я тоже не делаю этого часто. По ряду причин.

Ну что ж, есть две причины. Мэнди, естественно, и Кори. Он не смог вынести осознания того, что Кори не поверила в него, и ему нужно было знать, что Кэти верит, пока он не влюбился в нее.

Она слегка кивнула, он нагнулся и снова нежно ее поцеловал.

— Я все еще хочу пойти в «Селестино» в пятницу, — сказал он, — но только если ты готова.

Она задумалась, и он отпустил ее подбородок. Потом взглянул через плечо в салон.

— Послушай, я уже почти закончил то, что наметил сделать сегодня с прилавком. Почему бы мне не закруглиться на этом? Возможно, нам будет легче, если мы не будем находиться в одном помещении. Сначала я, наверное, приберу…

— Нет, не беспокойся об этом. Сегодня никто не придет.

Может быть, так и лучше. Если он будет возиться слишком долго, он опять захочет зайти за занавеску и продолжить то, что они начали. А им обоим надо хорошенько обдумать, что между ними происходит.

— Ладно. Я вернусь завтра. Ты можешь послать меня куда подальше, если хочешь.

— Я не пошлю тебя.

— По крайней мере пока я не закончу собирать прилавок.

Они подарили друг другу улыбки.

— Ты очень забавный парень, Джаред Портер.

Он бы не хотел, чтобы она считала его забавным, вспоминая об этом дне.

— По крайней мере хорошо, что я ухожу от тебя с улыбкой на устах.

— Пока.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

— Дома он не разводит столько грязи.

Мэнди поморщила нос, смотря на пол в «Бауэнской невесте», где ее отец и дядя поставили утром секции прилавка. Она осторожно перешла с одного места на другое, потом широко развела руки, будто выступая на суде.

— Клянусь, он даже посуду моет вечером, а не оставляет ее на ночь, и пользуется хорошим порошком, чтобы его одежда была яркой и футболки белыми.

— Все в порядке, Мэнди. Ты можешь подойти сюда и посмотреть модные журналы, — Кэти не смогла скрыть недоумения, когда увидела на пороге подростка. Она не ожидала, что Мэнди к ней зайдет, но и не удивилась, когда та позвонила по мобильнику, сказав, что едет.

Кэти поняла, что Мэнди пришла, потому что ее отца не будет дома целый день.

— Не так уж грязно, — сказала она Мэнди. — Кроме того, работы осталось на пару дней. Скоро у меня будет новый прилавок с кассой.

Кто знает, что у нее будет еще. Мужчина — впервые с того времени, как она вернулась в Бауэн? Куча сомнений и страхов, которые опять всплывут на поверхность? Беспокойство о том, что ей придется оправдывать чьи-то ожидания?

Или серьезная проблема, потому что она останется одна с неутоленной жаждой страсти? Целуя Джареда, она не чувствовала, что поступает нехорошо. До сих пор, закрывая глаза, она ощущала теплоту его кожи.

Она проработала весь день, ощущая запах свежести, исходивший от него. Он преследовал ее в мыслях, и чувствовала она себя на все сто. Правда, чуть не испортила ткань, заводя ножницы чуть дальше, чем нужно.

— Эх, ты только посмотри на все это, — выдохнула Мэнди, когда вошла в рабочую комнату и увидела рулоны шелка, тафты и сатина, которые лежали вдоль стен. — Здесь действительно все волшебное. У волшебницы, крестной Золушки, и то, наверное, не было такого выбора ткани и кружев.