Венец Бога Справедливости - Елена Шихматова

Если бы он мог ответить! Но ей не нужны были его непосредственно произнесенные слова — она прочла его мысли.

— Балскове! Зору!

С невероятной силой оттолкнув от себя Яромира, она встала — эльф рухнул на пол, с жадностью хватал он воздух, теряя трезвость в оценке действительности. Она взяла от него все, что могла взять, но беда в том, что Яромир знал очень мало: о системе активации кристаллов он не имел представления, точный анализ их сущности он дать не мог, и тем более не предполагал о контроружии.

"Амедео говорил о разрушающем начале, магией его победить нельзя, значит, такой войной на него не пойдешь. Но магия — не наша суть, но одна из опор"

— Итак, что может предложить Син, я поняла, но если вы хотите запугать меня, то это безумие, по меньшей мере, заблуждение. Думали, если не станет Амедео, то вы сможете управлять миром? Ошибаетесь! Это очень ненадолго!

— Мы… — прохрипел Яромир, но голос тут же сорвался — остальное она прочитала на мысленном уровне.

— Сотрудничество! Даже так! Ты глуп, Яромир, очень глуп. Подумай, что предлагает тебе Балскове? Помогать ему в разрушении мира. Но этого ли ты хочешь? Простого рабского подчинения? Тот, кто сам хотел повелевать судьбами тысяч! Опомнись, пока не поздно! Это я предлагаю тебе сотрудничество, реальную помощь в завоевании земель, которые принадлежат тебе по праву. Ты — законный принц западных эльфов, которого отвергли дважды! Вспомни перстень королевы — он выбрал именно тебя, а не кого бы то ни было еще!

Она вновь подошла к нему, и чуть, наклоняясь, посмотрела ему в глаза.

— Так, что ты выбираешь, Яромир? Рабское подчинение или собственную власть?

Огромным усилием воли, эльф заставлял себя смотреть на нее, но все равно чувствовал, что трезвость сознания покидает его. Но он слышал ее, слышал, и успел дать ответ,

— Власть.

Амнэрис холодно посмотрела на распростертое у ее ног тело, впервые за столько лет, все внутри нее разрывалось на части, но думать о поражении в объявленной войне, не собиралась.

— Значит, война все-таки началась, но не та, о которой я думала изначально. Война двух начал!..

Часть третья. Война двух начал

1 глава. Согласие с Амнэрис

Мрачные темные стены безжалостно поглощали лучи света, проникающие сюда сквозь узкие небольшие окна. В своей исключительности они являлись украшением храма Богини Амнэрис, но сейчас скорее подчеркивали трагичность той ситуации, в которой оказался мир. Что она несла всем? Не являлась ли предвестницей всеобщей гибели?

День прошел с того момента, как Яромир, придя в себя, в ужасе перенесся подальше отсюда. Амнэрис хотела последовать за ним, но ее спасло благоразумие. Она повелела одному из своих слуг переместиться в пространстве привычным способом: с помощью магии. Собственно такой привилегией, перемещаться в пространстве, как Боги, обладало только трое ее слуг, так что ей было, кем жертвовать в личных интересах, и, как оказалось, не зря. Эльф пронзительно вскрикнул, упал, и, сжимая раскалывающуюся от боли голову, промучился так буквально несколько минут, то, что последовало за этим, шокировало даже Амнэрис: эльфа разнесло на отдельные мельчайшие частицы, и подобно пыли он слился с воздухом.

— Наш господин… он, — это сказал тот самый маленький дракон, который не так давно встречал здесь верховного Бога.

— Замолчи! Я не желаю ничего слышать!

— Но ведь вы отомстите за него?!

Амнэрис смерила дракона гневным взглядом, давая понять, что сейчас говорить об этом неуместно, каковы бы ни были её намерения. Слуга покорно опустил голову и замолчал.

Амнэрис знала: Яромир придет, даже не смотря на то жалкое проявление трусости. Сам он, может, того и не захочет, но вот его господин, да. Собственно, так и случилось, а заминку в час создало молчание Сина. Вместе с ним молчал и Яромир, который, лежа на куче листьев в небольшом лесу перед бывшим храмом Зору, с надеждой начинал думать о том, что Балскове забыл о нем. Но он глубоко ошибался.

— И долго ты так собираешься валяться? — раздался над Яромиром его голос, который подобно разряду молнии пробил все тело юноши. От страха Яромир не мог пошевелиться, не мог открыть глаза, не мог сказать ни слова. Син, в свою очередь, подумал, что Амнэрис нашла на него иной применению магии способ воздействия. Он прищурился — нет, юноша дышал, тяжело, отрывисто, но дышал.

— Яромир?

Вновь молчание, но на это раз оно возмутило Балскове: он видел, как дрогнули ресницы юноша, значит, он слышит его, и очень отчетливо.

— И долго ты собираешься тут разлеживаться?! А ну, вставай!

Для большей убедительности, Син пнул эльфа ногой — подействовало сразу и безотказно. Яромир вскочил и испуганно посмотрел на Балскове. Тот рассмеялся.

— Ох, и трус же ты! — и, резко сменив тон, Син перешел на холодные, окрашенные недовольством оттенки. — Сейчас некогда разлеживаться! Что тебе сказала Амнэрис?

— Она согласна сотрудничать с нами.

— Она признает нашу силу?

— Наверно, да.

— Наверно?! — взревел Син. — Что она сказал тебе?

— Она… — Яромир замялся, не зная, что и как солгать, но сейчас и малейшая заминка могла взбесить Балскове.

— Я спрашиваю: что она сказала?! — взревел он.

— Что согласна, согласна с нами сотрудничать!

— Я это уже слышал! Конкретней, говори конкретней! Или скажешь: что забыл ее слова?!

Яромир, не найдя ничего лучше, кивнул, чем окончательно довел Сина.

— Глупец! И зачем я только доверил тебе такое дело? Если ты даже нескольких предложений запомнить не можешь! Лучше бы я сам все сделал! Нет, что ты, что Зору — оба ненормальных, у одного проблемы с задетой гордостью отца и мужа, а у другого, понимаешь ли, с памятью!

Так он кричал еще минут пять, основательно разогнав всех живых тварей в радиусе, по меньшей мере, километра. Потом он несколько успокоился и даже сел на пень, Яромир опустился на корточки рядом.

— Она сказала, что…

— Готова сотрудничать с нами, — передразнил его Син, но Яромир, сглотнув эту усмешку, продолжал.

— Что она признает нашу силу. Но, господин, она приказала слугам напасть на меня! Их накинулось, по меньшей мере, десятеро, и я…

— Испугался, — презрительным тоном закончил Син. Как ни было это унизительно для Яромира, но он вынужден был согласиться с этим, печально опустил он голову и потупил взгляд. — Как она отреагировала на это?

Яромир пожал плечами, давая понять, что в этом не было ничего особенного, или, по крайней мере, он этого не заметил. И если бы не чувство уязвленного самолюбия, то ответил бы просто и спокойно, однако голос его выдавал своей едва заметной хрипотцой и более низкими нотами, чем обычно.