Венец Бога Справедливости - Елена Шихматова

— Я? А какое вам дело?

— Как ты попал сюда?

— Это имеет значение? Самое главное, что я здесь.

Двое слуг-эльфов от возмущения побелели, лица их вытянулись, а дар речи заявил о качестве временности и преходящего.

— Мы так и будем стоять? — небрежно бросил Яромир. — Сколько это, в самом деле, будет продолжаться? Я требую, чтобы вы проводили меня к вашей госпоже.

— Кто ты такой, чтобы требовать здесь?!

— На это имеет право только Великий Бог Справедливости, а ты, знаешь, ли, не очень похож на него!

— Я им и не являюсь, — Яромир пожал плечами, сохраняя все тот же пренебрежительный тон, выражаемый и в его голосе, и в выражении его лица.

Однако в душе юноша если не паниковал, то, по крайней мере, был близок к тому: вопреки ожиданиям Сина, он не смог предстать непосредственно перед Амнэрис, в ее храме, что-то мешало ему проникнуть туда, и он не знал: что именно. Сам этот факт уже настораживал. Ведь это могло означать то, что Амнэрис могла дать ему, а в его лице и Зору, и Сину, достойный ответ. Но, как и почему она могла противостоять, казалось бы, всесильному оружию? Однако отступать Яромир не желал, собственно иного выхода у него не было — вернись он к Сину ни с чем, ему бы не оздоровилось, да и Амнэрис потом, случись, его догадки верны, может отыскать его и отомстить за бесцеремонное проникновение в ее владения.

— Сколько раз мне нужно повторять вам: я пришел к вашей госпоже?!

— А сколько раз повторять нам: назови свое имя?!

— Имя? Что ж, пусть знает: у ее порога стоит тот, кто может предложить ей объективно значимые предложения. Вас устроит такой ответ?

— Нет, такой ответ нас не устраивает!

— Мне очень жаль, но я не желаю говорить большее, вам — другое дело вашей госпоже.

— Нет!

Оба эльфа решительно преградили дорогу Яромиру, который еще не успел пройти всю галерею колонн. Более того, они приготовились для обороны, встав в воинственные позы.

— Убирайся отсюда, так же, как и появился!

— Я не для того пришел.

Чрезмерная заносчивость редко располагает к себе, но утверждает заявленное положение, если оправдывает себя действиями. Эльфы не помнили такого возмущения со времен их нормальной земной жизни, притом, что они служили у Амнэрис уже более пятисот лет, потому без промедления использовали магию, когда того потребовала необходимость. Яромир довольно улыбнулся: они сами подписали себе приговор, ему же ничего не пришлось для этого делать. С криками повались стражи храма Амнэрис на мраморное крыльцо, неизъяснимая для них боль пронзила их насквозь.

— Сами не захотели по-хорошему, — Яромир пожал плечами и неспешно прошел мимо охранников, сам открыл двери, вошел внутрь огромного каменного дворца.

Здесь не было особого великолепия; золото, серебро, драгоценные камни изредка проскальзывали в рамках общего интерьера, но и они не могли оттенить темноты внутренних помещений. Первые мгновения Яромиру стало не по себе, даже его смутила такая обстановка. В мыслях промелькнуло: "Что это? Странные вкусы Амнэрис, или подчеркивание ее предназначения?" Вскоре он мог получить ответы из первых уст.

— Кто ты? И что тебе нужно?

Она смотрела на него гневно и надменно — поколебленная самоуверенность Яромира готова было вконец расстаться с действительностью — непомерным усилием воли он заставил себя ответить ей.

— Я пришел с предложением, — голос все-таки подвел.

Это усилилось и тем, что Амнэрис внезапно рассмеялась.

— Ты опоздал, я не вправе уже отдавать кому бы то ни было руку и сердце! Тем более эльфу, тем более юнцу, и тем более заносчивому нахалу!

— Вы, вы не понимаете…

— С кем говорю? Неужели? Да, ты в зеркало себя видел?

— Вы напрасно смеетесь…

— У тебя все так серьезно?

Она открыто смеялась над ним — он негодовал, и она, опять-таки, знала это, и потому находилась в куда более выигрышном положении, чем Яромир, душа которого на шестьдесят процентов ушла в пятки. Еще немного и оставшиеся сорок могут догнать предыдущие.

— Я пришел говорить на равных!

— На равных! Да ты герой, но это не в твою пользу — все герои заносчивы, а заносчивых я жутко не люблю!

— Я, — несчастный эльф побелел как полотно и едва подбирал слова, а ведь их еще надо было произносить!

— Послушай, мальчик, шел бы ты отсюда подальше, пока я не отправила тебя сама!

И вот это смогло дать Яромиру опору.

— Давайте! Но только учтите: любой ход магией против меня — это замаскированный шаг против себя. Не верите? Скоро убедитесь!

— Да, ты определенно заносчив, и, я так понимаю, смеешь также утверждать о некой основе, питающей тебя. Но не думаешь ли ты, что она шатка?

— Нет, она тверда, и вы в этом скоро убедитесь!

— Ну, это я уже слышала. Еще что-нибудь есть?

— А… — Яромир вновь растерялся.

Тем временем и через уличный вход, и из двух коридоров внутренней части дворца, вышло восемь слуг Амнэрис — теперь они могли удалить его с глаз своей госпожи, не прибегая к магии, тем более что он уже раскрыл ей эту тайну. Надо было что-то делать, и как можно быстрее — Яромир решил перейти к самому главному.

— Госпожа, мы заявляем о новой силе в мире. Мы — те, кто будет управлять всем светом, мы, а не твой сын!

Теперь он воочию понял, что видел Амнэрис до того сущим ангелом — она только что не метала в него живые искры из глаз, и не испепеляла одним гневом, который охватил ее всю.

— Взять его! Живым, и без магии!

— Вы делаете большую ошибку.

— Взять его, и пусть заткнется!

К тому времени в зал подоспело еще несколько слуг, теперь Яромира зажало в кольцо четырнадцать представителей всех народов, готовых стереть его в порошок; эльф тяжело дышал, но более у него ходов в запасе не было. Трое сразу накинулось на него, потом еще двое, они повалили его на пол.

— Нет! Госпожа!

Вряд ли она слышала его слова: Яромира основательно прижали к полу, в итоге он не мог даже пошевелить пальцем — охранники Амнэрис, не забыли обо всех частях его тела. Но вдруг с ужасом в душе Богиня остановилась: она поняла, что свершилось.

— Нет! Амедео!

Незримой волной пронесся по всей планете тот взрыв, исчезла часть пространства, унося с собой Великого Бога Справедливости, унося с собой созданный мир.

— Стойте! Отпустить!

Слуги покорно исполнили волю своей госпожи, отойдя от эльфа на несколько шагов, тот же, с трудом ощущая свое тело, приподнял голову. Она подошла к нему сама, опустилась и схватила рукой так, что Яромир понял: теперь точно, конец.

— Говори: кто послал тебя. Кто твои хозяева?

Если бы он мог ответить! Но ей не нужны были его непосредственно произнесенные слова — она прочла его мысли.