Библиотека литературы США - Уильям Брэдфорд

давно научились уважать их так же, как и я. Королек уже прежде выказывал признаки недовольства ящиком, который я ему отвел, но я не мог понять, по какой причине. Наконец он, несмотря на свой малый размер, решился выгнать ласточку из ее обиталища, и, к моему удивлению, это ему удалось. Дерзость часто берет верх над скромностью, и не успел королек изгнать свою соседку, как тотчас с поразительным проворством перетащил в свой ящик все, что было в ее гнезде. Не скрывая своего торжества, он с необычайной скоростью хлопал крыльями, и во всех его движениях был заметен безграничный восторг. Откуда эта птичка заимствовала дух несправедливости? Ведь она не одарена тем, что мы называем разумом! И вот доказательство, что разум и инстинкт очень близко соседствуют друг с другом, ибо мы видим, как совершенство одного мешается с ошибками другого! Миролюбивая ласточка, подобно незлобивому квакеру{222}, робко сидела невдалеке, не оказывая ни малейшего сопротивления, но как только разбойник унес свою добычу, обиженная птица с неослабным рвением принялась за дело, и несколько дней спустя все разрушения были восстановлены. Желая, однако, воспрепятствовать повторению грабежа, я перенес ящик королька в другую часть дома.

Если вы помните, посреди нашей новой залы расположилась занятная республика трудолюбивых шершней; их гнездо свисает с потолка на той самой ветке, на которой они так ловко смастерили его в лесу. Когда я унес его оттуда, шершни ничуть не рассердились, оттого что у меня для них достаточно пищи, а в одном из оконных стекол я проделал дырку, отвечающую всем их надобностям. Благодаря хорошему обращению шершни стали совершенно безобидными; они питаются мухами, которые все лето изрядно нам досаждают; и настигают их везде и всюду, даже на веках моих детей. Просто удивительно, как быстро они обмазывают мух чем-то наподобие клея, чтобы те не могли улететь, и, обработав их таким способом, уносят себе в гнездо на корм своим детенышам. Шаровидные гнезда шершней весьма искусно разделены на множество ярусов с ячейками и ходами сообщения. Материал для постройки гнезд они добывают из мохнатого утесника, оплетающего нашу дубовую изгородь; из этого волокна, перемешанного с клеем, получается род картона, который весьма прочен и не боится капризов погоды. Благодаря шершням мухи меня почти не беспокоят. Все мои домашние так привыкли к их громкому жужжанью, что никто не обращает на них внимания, и, хотя шершни свирепы и мстительны, доброта и гостеприимство сделали их полезными и безобидными.

Водятся у нас и всевозможные осы; большая их часть строит себе гнезда из глины на деревянной кровле, как можно ближе к коньку крыши. На первый взгляд эти сооружения кажутся просто грубыми бесформенными комьями грязи, но, разломав их, Вы увидите, что внутри они состоят из большого числа продолговатых ячеек, куда осы откладывают свои яйца, а осенью прячутся сами. Замуровавшись таким образом, они спокойно переживают зимнюю стужу, а с наступлением весны проделывают отверстия в ячейках и открывают себе выход к солнцу. Желтых ос, которые строят гнезда под землею у нас на лугах, следует опасаться больше: если нечаянно задеть косою их гнездо, они тотчас вылетают оттуда с яростью и быстротой, на какие не способен даже человек. Они смело бросаются на косаря, и единственное его спасение — лечь на землю и накрыть голову сеном, потому что жалят осы только в голову, и закончить работу па этом месте невозможно до тех пор, пока не утихомиришь их всех огнем и серой. Но хотя я вынужден был прибегнуть к этой ужасной каре в целях самозащиты, я часто думаю, как жаль ради малой толики сена опустошать такой хитроумный подземный город, снабженный всеми удобствами и построенный столь удивительным способом.

Я никогда не закончил бы сие письмо, если бы взялся рассказывать о многочисленных предметах, которые невольно привлекают мое воображение в разгаре моих трудов и доставляют мне приятный отдых. Они могут показаться ничтожными человеку, который путешествовал по Европе и Америке и знаком с книгами и различными науками, однако, не имея времени заниматься более обширными наблюдениями, я довольствуюсь этими немудреными пустяками. К счастью, они не требуют изучения, они понятны, они скрашивают те короткие мгновенья, которые я им посвящаю, и оживляют мои тяжелые труды. Дома счастие мое проистекает из совершенно иных источников; постепенное развитие умственных способностей моих детей, изучение их пробуждающихся характеров занимают все внимание отца. Я должен придумывать маленькие наказания за их маленькие проступки, маленькие поощрения за их добрые дела и многое другое, необходимое по разным оказиям. Однако сии темы не достойны Вашего внимания, и их не следует выносить за стены моего дома, ибо они составляют домашние секреты, свойственные лишь маленькому святилищу, в коем обитает мое семейство. Иногда я с удовольствием изобретаю и мастерю утварь, облегчающую труд моей жены. В этом деле я изрядно преуспел, и все сие, милостивый государь, составляет узкий круг, в коем я постоянно вращаюсь, так чего еще остается мне желать? Я благословляю бога за все дары, которые он мне ниспослал, я не завидую ничьему благополучию и не ищу иного счастья, кроме возможности прожить подольше, дабы преподать ту же философию моим детям, дать каждому из них по ферме, научить их ее возделывать, чтобы они, подобно их отцу, стали добрыми, зажиточными и независимыми американскими фермерами — самое почетное звание, какое только может носить человек моего сословия, до тех пор, пока наше правительство будет милостиво споспешествовать нашему земледелию. Adieu[96].

ПИСЬМО III

ЧТО ТАКОЕ АМЕРИКАНЕЦ?

Ах, как желал бы я проникнуть в мысли и чувства просвещенного англичанина, которые волнуют сердце его и оживляют ум, когда он впервые ступает на Американский континент. Он должен испытывать величайшую радость от того, что ему посчастливилось на своем веку застать сию прекрасную землю уже открытою и заселенною; он должен непременно ощутить прилив национальной гордости, глядя на ряд поселений, украшающих пространные берега оного, и воскликнуть в душе: «Сие чудо сотворили мои соотчичи, когда, сотрясаемые междоусобицей, они в волнении и тревоге бежали сюда, чтобы спастись от бед и лишений. Они привезли с собою дух нашего народа, коему особливо обязаны своею свободою и своим состоянием». Здесь он наблюдает, как природное усердие англичан находит себе новые приложения; здесь видит в зародыше все искусства, науки и изобретения, которые процветают в Европе. Его взору предстают прекрасные города, изрядные селения, тучные нивы: огромная страна с порядочными домами, хорошими дорогами, садами, лугами и мостами выросла там, где