Подземелье - Ваня Мордорский

— Давай отойдем обратно.

Вернувшись назад шагов на двести, Зур’дах уже не ждал — сразу закинул в рот ядро. Оно, в отличии от предыдущих, не обжигало, а холодило — будто замораживая все его внутренности. По горлу словно начали плясать сотни разрядов молний. Он закашлялся, рефлекторно пытаясь исторгнуть из себя чужеродную вещь, но теперь Зур’дах сам закрыл рот себе ладонью и привалился к стене, уже заранее ожидая боль. Которая появилась уже через мгновение. В этот раз внутренности будто кололи тысячами острейших иголок.

Он вскрикнул и закашлялся, выхаркнув кровь.

— Зур’дах! — воскликнула Кая.

— Все…х…хо…хорошо…

В этот раз все действительно прошло хорошо. Боль держалась всего минуту — на удивление недолго, а затем резко прекратилась. Кровь внутри вскипела, растворяя чужеродное ядро, а Зур’даху только и оставалось, что сидеть и ждать, пока дикий жар спадет. Даже Кая, которая сначала прижалась к нему, отстранилась — такое сильно тепло он источал.

Через полчаса все закончилось.

Зур’дах облегченно выдохнул и поднял ладонь. На ней начал формироваться третий круг — почти целая треть. Это удивило гоблиненка, ведь Поглощенное ядро было не больше тех, что он добыл раньше, но оно дало треть круга.

— Покажи? — схватила его за руку Кая.

Она вглядывалась в силуэт паука, еще четче проявившийся на ладони и на три круга.

— Интересно, а у тебя будет, как у Драмара, куча-куча кругов?

Зур’дах вздохнул. Тридцать кругов как у старика он на своей ладони и представить не мог — это казалось чем-то невозможным.

Единственное что ему не давало покоя — так это слова Драмара о том, что пауки редкость, а они идут и встречают их очень часто. Да, это не какие-нибудь огромные твари, но во многих из них есть ядра.

Это странно. Может старик просто ошибался?

— Пойдем? — спросила Кая, поднимаясь и отряхивая пыль с коленок.

— Да.

Впервые она сама рвалась вперед. Только через сто шагов, когда они вновь оказали у трупа паука Зур’дах понял почему — она ведь помогла ему убить паука, и поэтому была воодушевлена.

По дороге Кая набрала себе за пазуху несколько десятков камешков подходящих для бросков. И, как скоро оказалось, совсем не зря — им вновь начала попадаться различная живность. Не только пауки. В одном агрессивном существе неизвестного гоблиненку вида, они даже нашли небольшое, размером с семечко ядро. Зур’дах решил его прихватить с собой.

Наверное больше дня никаких пауков им не встречалось. Тоннель еще больше расширился и теперь достигал в ширину шагов двадцать.

Слишком большой. — подумал гоблиненок.

Однако вариантов свернуть куда-либо не было: не попадалось ни ответвлений, ни боковых пещер, лишь пару раз тоннель сужался.

Из еды у них по-прежнему были только грибы и мелкие личинки, которых особо успешно искала змейка Каи. Зур’дах их даже полюбил — на фоне одних грибов и парочки пойманных крыс, они казались вкусными.

Когда пошел третий день пути, Зур’дах окончательно понял, что надежда выйти на Драмара тает все больше и больше. Страх в глазах Каи, появлявшийся на остановках, говорил о том, что она тоже об этом думала. Зур’дах пытался ее как-то развлекать, отвлекать от грустных мыслей, рассказывать истории, даже начал делать более длинные остановки, вновь начал ее рисовать на полу — но это нисколько не помогало поднять ее настроение.

Чем дольше они шли — тем мрачнее она становилась. Несколько раз на нее накатывала такая волна апатии, что она просто отказывалась идти впереди ложилась на пол. Иногда поднять ее помогали напоминания о том, что ее сожрут, если она не будет двигаться, а иногда змейка притаскивала ей добычу и Кая немного приходила в себя. Но больше всего разгоняла ее апатию опасность, моменты когда на них нападали и она бросала в тварей камни, помогая Зур’даху.

На время гоблиненок просто перестал думать о Драмаре и остальных, потому что когда он о них думал — то погружался в такое же уныние как и Кая, просто ничем этого не выдавал. О старался думать о том, что успешно Поглощает ядра и его круги на ладони растут.

Начал он вновь нервничать, когда им в течении нескольких дней не попадалось ни одного паука.

Он понимал что такие небольшие Ядра — его способ стать сильнее, и они ему перестанут попадаться, то он застрянет там где остановился — на Третьем Круге, а это — ничто, особенно если сравнивать с тридцатью кругами Драмара.

С водой было то хорошо, то никак. Дважды встречались лужицы глубиной по колено вода в которых неприятно пахла, но после того как змейка отпила из них воды, дети тоже рискнули и напились впервые за долгое время. Остальное время они перебивались одной едой.

Надежда и воодушевление вспыхнули в нем когда им наконец вновь попались пауки-огневки, сразу целый два. Теперь, когда Кая ему помогала камнями, справиться с ними стало еще проще. Рука у нее даже на плохое настроение оставалась меткой. В схватке с этими двумя пауками Зур’дах явно ощутил, что его реакция и скорость стали чуть быстрее. Он успевал уклониться там, где раньше бы его задели и обожгли.

Два ядра из этих пауков приблизили его почти к Четвертому Кругу. О таком еще недавно он и мечтать не мог, а теперь понимал, насколько же этого мало для того, чтобы выжить в Подземельях.

Именно после их Поглощения у него и почернела левая ладонь, вернее, два пальца. Зур’дах не на шутку перепугался. Он подумал, что они просто-напросто отмерли. Однако пальцы послушно шевелились, да и чувствительность никуда не пропадала.

Это Измененный кусок тела?

Проверил это предположение он на небольшом камешке, который попытался сжать двумя этими пальцами. Тот от его усилия раскололся на несколько частей, заставив Зур’даха обомлеть от неожиданности.

Эти два пальца были чудовищно сильны. Однако он не помнил ни у Саркха, ни у Тарка ничего подобного.

У него аж дух захватило, когда он представил, что будет, если таким крепким станет все тело