Сказочная фантастика - Роджер Желязны

— К черту! — заорал он, выбивая дыню из рук Волшебника. — Отвечай мне! — Дыня отлетела футов на шесть, упала на песок и покатилась.

Трент поднял голову. В лице его не было гнева, лишь некоторое удивление.

— Привет, Бинк, — произнес он. — Что тебе нужно?

— Что нужно?! — поразился Бинк. — Я повторил тебе три раза.

Трент озадаченно смотрел на него.

— Я не слышал тебя. — Волшебник задумчиво помолчал. — Я даже не видел, как ты подошел. Должно быть, задремал. Хотя и не собирался этого делать.

— Ты сидел здесь, глядя на дыню! — не успокаивался Бинк.

— Теперь я припоминаю. Я увидел, что она лежит на песке. Она выглядела очень необычно… — Он замолчал и поглядел на солнце, затем — на свою тень. — Судя по всему, это было с час назад! Куда пропало время?

Бинк наконец понял, что дело неладно. Он пошел, чтобы поднять дыню.

— Погоди! — предупредил Трент. — Она гипнотизирует.

Бинк замер на месте.

— Что?!

— Она гипнотизирует. Это — манденийский термин, он означает — вынуждает тебя впасть в транс, в сон на ходу. Обычно на это требуется какое-то время, но, конечно, магический гипноз может быть мгновенным. Не гляди слишком пристально на нее. Скорее всего, ее приятные цвета для того и существуют, чтобы привлекать взор, и затем она… Да, я вспомнил: у нее есть глазок. Достаточно бросить взгляд в эту дырочку на ее завораживающие внутренности, и ты уже прикован навсегда. Очень миленькое устройство!

— Но цель? Какая цель? — Бинк недоумевал. — Ведь дыня не может съесть человека…

— Но ее лоза может. — Трент указал на куст. — Или, может быть, неподвижное тело является желанной пищей для ее семян. В Мандении есть, например, осы, которые жалят других насекомых, парализуя их в откладывая в их тела свои яйца. Можешь быть уверен: какой-нибудь смысл в этой дыне есть.

Все же Бинк продолжал удивляться.

— Как же получилось, что ты, Волшебник, попался, а?

— Волшебники тоже люди. Мы едим, спим, любим, ненавидим, ошибаемся. Я настолько же уязвим для магии, как и ты, как и любой другой. Просто я обладаю более мощным оружием, чтобы защитить себя. Если бы я стремился оказаться в полнейшей безопасности, я заперся бы в каменном замке, как мой друг Хамфри. Мои шансы на выживание были бы гораздо выше в присутствии одного — двух бдительных и лояльных компаньонов. Вот почему я предлагал вам продлить перемирие — я по-прежнему полагаю, что это — стоящая идея. Я давно нуждаюсь в помощи. Даже если в ней не нуждаетесь вы. — Он внимательно посмотрел на Бинка. — Зачем ты помог мне только что?

— Я… — Бинку было стыдно признаться, что на самом деле он помог чисто случайно. — Я думаю, что мы действительно должны продлить наше перемирие.

— Великолепно. Фанчен согласна?

— Фанчен нужна немедленная помощь! Она… Она во власти летаргического дерева.

— Ого! Тогда я отплачу за твою услугу тем, что спасу даму. Затем мы поговорим о продлении перемирия. — И Трент вскочил на ноги.

По дороге Бинк указал на лиановое дерево, и Трент, вынув меч, аккуратно отсек кусок лианы. И снова Бинк отметил про себя мастерство, с каким этот человек владел мечом. Если Трента лишить магии, он все равно останется грозным и сильным. В конце концов, ведь поднялся же он до генерала в Мандении!

Лиана изогнулась в судороге, подобно умирающей змее, роняя на песок оранжевый сок. Но сейчас она уже была безвредна. Дерево затрепетало, устрашенное людьми Бинк ощутил чуть ли не жалость к нему.

Они принесли лиану под дерево, где находилась Фанчен, накинули петлю на ее ногу и, не церемонясь, выволокли из опасной зоны. Как просто, когда есть под рукой нужная вещь!

— Теперь, — энергично произнес Трент, пока Фанчен медленно приходила в себя, — я предлагаю все же продлить перемирие до тех пор, пока мы, все трое, не преодолеем Дикую Местность. Кажется, когда мы идем поодиночке, у каждого из нас возникают проблемы.

На этот раз и у Фанчен не нашлось возражений.

12

Хамелеон

Первое, что сделала Фанчен, когда окончательно оправилась, — принесла дыню, о которой не преминул рассказать Бинк.

— Эта штука может оказаться полезной, — сказала она, заворачивая дыню в большой лист одеяльного дерева.

— Надо подумать, какой дорогой нам лучше выбраться отсюда. — Трент сосредоточенно оглядывал окрестности. — Кажется, мы находимся к югу от Провала. Так что если мы пойдем на север, он преградит нам путь. Не оставаться же нам здесь навсегда…

Бинк вспомнил, как он пересекал Провал.

— Я здесь оставаться не намерен. — В прошлый раз Волшебница Ирис усложнила дело, когда он искал нужную ему дорогу; могли и здесь появиться похожие осложнения.

— По-моему, надо подаваться вглубь материка, — предложил Трент. — Я не знаю местную географию, но мне кажется, Волшебник Хамфри строил свой замок к востоку отсюда.

— Он его давно построил, — заметила Фанчен.

— Вот идея, — сказал Бинк. — Ты трансформируешь нас в каких-нибудь больших птиц, — в птиц-рух, может быть, — и мы понесем тебя на себе.

Трент отрицательно покачал головой.

— Не пойдет.

— Но ведь ты нас уже изменял, и мы помогали тебе. Мы ведь заключили перемирие и не бросим тебя.

Трент улыбнулся.

— Вопрос не о доверии, Бинк. Я вам доверяю. У меня нет никаких сомнений в твоей или Фанчен честности. Но мы находимся в особом положении…

— Забавно. Злой Волшебник в гостях у Доброго. — Фанчен усмехнулась. — Ну и сценка получится!.

— Разочарована не будешь. — ответил Трент. — Хамфри и я всегда неплохо ладили. Профессионально мы друг другу — не конкуренты. Я буду счастлив встретиться с ним опять. Но в таком случае он обязан передать сообщение о моем возвращении Королю Ксанфа. И тот, как только узнает о моем появлении, использует всю свою магию, чтобы следить за мной.

— Да, проблема налицо, — согласилась она. — Не стоит помогать врагу. Но мы можем полететь еще куда-нибудь.

— Полететь мы не можем никуда, — наставительно проговорил Трент. — Мне нельзя рекламировать свое присутствие в Ксанфе. Так же, между прочим, как и вам.

— Это верно, — согласился Бинк. — Мы изгнанники. А за нарушение закона…

— Смерть, — закончила за него Фанчен. — Да, я никогда всерьез не думала, что… что нам грозит такая опасность.

— Если бы вы думали о таких “мелочах” пару дней назад, — сухо произнес Трент, — сегодня вас здесь не было бы.

Фанчен выглядела необычно насупленной, словно в том, что сказал Волшебник, таился некий скрытый смысл. Странно, но это выражение лица делало ее менее уродливой. Вероятно, подумал Бинк, он начинает привыкать к ее внешности.