Настоящая фантастика – 2014 (сборник) - Марина Ясинская

Чтобы заглушить тошнотворное послевкусие «Антисумерек», пришлось – в качестве противоядия – на колене за десять минут накатать синопсис подобной книжки (сдернув с полки учебник сына по истории за шестой класс) – как он, синопсис, должен выглядеть, если уж мы пытаемся плыть на волне успеха мирового бестселлера с гордо поднятыми парусами. (И здесь пользоваться учебниками за седьмой класс уже опасно, за пятый – можно.)

В итоге после этой книги моя нелюбовь к вампирам вернулась в удвоенном объеме. И когда муж принес еще одну новинку из этой же серии, книгу Екатерины Неволиной «Три цвета ночи», мне ее и брать-то в руки не хотелось. Но «если уж я чего решил, то…».

И первое приятное удивление состояло в том, что автор книги умел строить из слов предложения. Понимал, как предложения складываются в абзацы. В том, как автор работал, чувствовался профессиональный – уже без всякой язвительности – вуз и соответствующая подготовка.

Было видно, что Екатерина Неволина прочла «Сумерки», проанализировала, определила для себя его сильные стороны, привлекающие читателей, и выстраивает книгу, опираясь на это знание. И самое приятное – умудряется без всяких истерик сочетать любовь к творчеству Бориса Пастернака и работу над книгой для подростковой аудитории в заданных рамках. И получается хорошо. Ведь столько времени прошло – а зайца Морковкина я помню до сих пор, это уже о чем-то говорит.

Но беда книги «Три цвета ночи», на мой взгляд, была в том, что вампиры вязали автора по рукам и ногам. Они там были лишними!

Только Майер может с такой безоглядной страстью писать о любви к вампиру, что водоворот чужой страсти затягивает с головой, и ты тоже вместе с жительницей знойной Аризоны (переполненной потными, липкими, дочерна загорелыми людьми) твердишь: «Какое неземное блаженство целовать этого мраморного красавца, такого холодного, такого гладкого, белого и прекрасного», хотя сибирский голос разума вопит на заднем плане: «Юля, ты что, с ума сошла? Это же все равно, что сосульку на морозе лизать, забыла, как прилипший язык потом теплой водой отливают?! Ты в другом климате живешь! Люби обогреватель, а не кондиционер!!!» Да кто же когда слушал голос разума, когда речь идет о Больших Чувствах.

Но большинство-то людей вампиров не любит! И это нормально. Но именно поэтому достигнуть нужной температуры накала, повышенного напряжения – с моей точки зрения – книге «Три цвета ночи» не совсем удалось. И стартовать ей пришлось в заведомо невыгодных условиях, потому что предыдущие книги серии весьма ощутимо притушили интерес целевой аудитории, достаточно было взглянуть на выходные данные.

Я совершенно искренне пожелала, чтобы у автора и у книги все сложилось хорошо, чтобы книга дошла до своих читателей и порадовала их. Но читать продолжение я не стала – я ведь тоже не люблю вампиров и книжки про них. Я «Сумерки» люблю.

Потом я добралась и до «Дракулы».

А потом спросила себя: Юль, а ты-то чего завелась с полоборота? Твоя-то какая печаль?

Бестселлер – всегда больше наших представлений о нем. Книги, которые делают на волне успеха бестселлера, никогда не становятся вровень с самим бестселлером, как бы технически грамотно они ни были сделаны. А чаще всего они еще и сделаны-то халтурно.

Почему ты потратила столько времени, чтобы выяснить и так, собственно говоря, давно известное? На чудо надеялась? На то, что правы товарищи, уверенные, что сделать подобную книгу любой ремесленник сможет, потому что это суррогат и фастфуд? Ну-ну.

А потом поняла: да я же хочу написать «Сумерки»! Только и всего. Я страстно хочу, чтобы мой персональный принц тоже стоял у кабинета испанского и был как никогда похож на мраморную греческую статую! Мне тоже, тоже есть что сказать по этому поводу. Потому что там, в «Сумерках», есть персонаж, которого никто не замечает, которого принимают за место действия. Это Форкс, штат Вашингтон, крохотный городок, в котором почти нет солнца. И Форкс – полноправный участник действия. Без него не было бы такой истории. История Беллы и Эдварда – очень провинциальная история, она гармонична именно для отдаленных мест, крохотных поселений.

И формула «Сумерек» отнюдь не в том, что школьница влюбляется в столетнего вампира, о нет! Формула «Сумерек» – это «Одна Девочка приезжает в Одно Место, а там – Принц! Красивый…». И Принц может быть кем угодно: пришельцем, шахтером, путешественником. А мы (я и читатели) его сделаем – спасибо тебе, Джейкоб, за твои великолепно накачанные дельты – оборотнем.

А поскольку история с девочкой и Прекрасным Принцем – это история Золушки, то у нас будет и Мачеха, и Сестры (сестра), и Добрая Фея. И тыква будет, оранжевая, как полагается! И неприступный замок у Принца, и Король с Королевой.

А истоки событий, приведших к судьбоносной встрече Золушки и Принца в маленьком городке, будут скрываться в прошлом, в семейной истории – здравствуй, незабвенное индийское кино!

И раз Эдвард Каллен был столетним вампиром, то нашего Принца мы зашвырнем еще дальше по временной шкале, гулять так гулять. И родословную ему сделаем – о-го-го! такую благородную, что в наше время встать рядом практически некому. Потому что зачем нам любить непонятно кого? Это наша сказка, самое лучшее мы в нее возьмем и любить будем настоящего принца!

Да и вообще – а почему только он будет оборотнем?

А давайте все они будут оборотнями! Все его родственники, ближние и дальние. И вот тут – привет тебе, Дэн Браун, – воспользуемся реальными историческими источниками и подтвердим эту только что пришедшую в голову захватывающую мысль документами, памятниками архитектуры и артефактами. Это же так просто – надергать в источниках цитат под ЛЮБОЕ идиотское утверждение. Вот мы и проиллюстрируем это самым наглядным способом. Только в нашей истории про Золушку и Принца-оборотня, в отличие от «Кода да Винчи», чтобы понять, где автор карты передергивает, нужно немного знать родную историю. А еще у нас будет Древний Текст! Да-да-да! С оборотнями! (И знающий человек уже давно понял, какой, уж конечно, не «Вопрошание Кириково», да-да-да, «это тамплиеры!», мы же идем натоптанной тропой Брауна и берем все самое известное!)

Ведь структура «Сумерек» тем и уникальна, что когда на одном полюсе у нас девушка, на другом – юноша, а между ними вот-вот заполыхают зарницы, то эта конструкция, как ледокол льды, продавит равнодушие и привлечет внимание читателя, текст можно чем угодно дополнять, хоть проблемами канализации, хоть изучением древнерусского языка. И точно, там и проблемы канализации мы вставим, и древнерусский язык практически в оригинале, нам себя сдерживать не нужно, это же книжка для домохозяек, а не высокая литература.