Пробуждение мёртвых богов (СИ) - Сороковик Алексей

Я заглянул под подушку и на всякий случай убедился, что сумка с моими средствами по-прежнему там. На самом деле я очень рисковал, взяв с собой эту незнакомку. Она вполне могла прирезать меня во сне моим же ножом, взять сумку и сбежать. Но об этом я подумал лишь сейчас, вчера, от навалившейся усталости, мозг соображал крайне плохо.

Кроме всего, во мне действовали стереотипы гуманизма и доверчивости, не изжитые даже в бурном XXI веке: я не мог на уровне инстинкта опасаться спасённой мною девушки, ждать от неё удара в спину. А вот в весёлом V веке, куда меня занесло, такое вполне себе в порядке вещей. И мне нужно привыкать жить именно по этим стандартам.

Я встал, оделся, нацепил на пояс оружие, сел на стул и задумался. Теперь надо было что-то делать с этой красоткой. Раздобыть ей одежду для начала, потом официально освободить, выдать какие-то средства на жизнь, наверное. Не знаю, как это здесь происходит. Дальше разбираться предстоит уже ей самой, а мне надо придумать, как вывезти из леса свои сокровища, а потом перебраться с ними в Византию.

С этими мыслями я вышел из комнаты и спустился вниз. Хозяин, завидев меня, заулыбался и стал предлагать мне завтрак, возможность сходить в баню и другие услуги, которые мог предоставить его постоялый двор. Немного подумав, я ответил, что от завтрака не откажусь и попросил организовать две порции через час, а сам направился на городскую площадь.

Там я прошёлся по одёжным лавкам и поискал что-нибудь для своей новой знакомой. Проблема состояла в том, что я не знал, как подобрать одежду ей по размеру, поэтому обращал внимание на те вещи, которые могли, на мой взгляд, носить разные женщины примерно похожих размеров. Лёгкое походное платье, с возможностью перешнуровать его, свободная накидка с капюшоном, которая сможет защитить в непогоду, сандалии, которые снова же, можно перешнуровать и небольшая походная сумка. Вот такой гардероб, на мой взгляд, должен был помочь ей начать новую жизнь. Оставлю ей с собой немного монет и буду надеяться, что всё у неё, в итоге, сложится хорошо.

Вернувшись в трактир, я прихватил приготовленный завтрак и поднялся в комнату. Девушка уже проснулась, но продолжала сидеть в том же углу, поджав колени и глядя в одну точку рассеянным взглядом. Я постоял некоторое время при входе и, покачав головой, прошёл к столу. Да, вероятно психика у неё попросту не выдержала подобных испытаний. И как её в таком состоянии выпускать в мир?

– Здесь одежда и еда, – я поставил миску рядом с ней, положив свёрток с одеждой рядом, – бери, не стесняйся.

Девушка вздрогнула, словно только сейчас заметила меня и огляделась. Не обращая внимания на одежду, она сразу накинулась на еду. Ела жадно, почти не жевала, как будто ожидая, что кто-то в любой момент может войти и отобрать у неё пищу.

Я не стал стоять над душой, отойдя к окну, где сел за стол и спокойно принялся за свою порцию.

Надо было решать, что делать дальше. В теории, конечно, можно было ещё несколько дней пожить здесь, но в этом не было смысла. Мне навязчиво лезли в голову мысли о том, что пока я буду тут прохлаждаться, кто-то найдёт мой уже вскрытый тайник. Глобально нужно было обзавестись двумя вещами: жильем и транспортом. Что касается второго пункта, тут у меня особо вопросов не было: автомобилей в этом времени нет, так что выбор очевидно падал на телегу с лошадью. Думаю, что с покупкой этого добра проблем не возникнет. А вот с жильём всё сложнее. Я пока не знал, как выглядит здесь правовая система, но насколько помнил – во времена античности система прав и законов была гораздо более развита, чем в более поздние времена Средних веков.

Так что элементарно мне может понадобиться какая-то бумага вроде паспорта. И сложность заключалась даже не в том, что у меня её тут отродясь не было, а в том, что я вообще не особо понимаю, что это и кто этим занимается. Так что для начала нужно было разобраться, как это тут работает, потом придумать, как раздобыть такой документ, а после – осуществить всё на деле. Да проще простого! Каждое утро перед завтраком подобным ведь занимаюсь!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я перевёл взгляд на создание, сидевшее в углу комнаты. Она уже доела и слегка более спокойным, но всё ещё затравленным взглядом смотрела на меня исподлобья. Надо было что-то решать с ней, сама она вряд ли проживёт в таком состоянии на улице дольше дня.

– Как тебя зовут хоть?

Девушка напряглась и нервно заёрзала, подтягивая к себе простыню. К одежде она так и не притронулась.

– Слушай, ну хватит, если бы я собирался сделать тебе какую-то гадость, то у меня была масса возможностей. Пойми, я раньше никого не спасал, так что теперь совершенно без понятия, что с тобой делать. Не выбрасывать же на улицу. А ты даже имя назвать не хочешь, не то, чтобы помочь как-то.

Она снова коротко глянула в мою сторону, а затем, еле слышно проговорила.

– Марина.

– Ну вот, уже что-то, – улыбнулся я, – а меня Алекс… э-э, – в секунду я сообразил, что русское имя Алексей здесь не звучит. Имя изначально греческое, значит «защитник», так на греческий манер его и будем произносить, – Але́ксиос зовут, вот и познакомились. Скажи, Марина, что же мне с тобой делать? (про себя отметил, что имя у неё универсальное, на латыни значит – морская).

Девушка вновь потупила взгляд и как будто внутренне сжалась. Да, толку мало сейчас, придётся пока что приглядеть за ней.

– Ладно, оставайся пока, потом решим, как быть. Только ради бога, оденься, а то я чувствую себя непонятно кем. И прими-ка ванну, впереди нас ждёт долгая дорога.

Через пару часов, вымытые и одетые, мы шли по городу. Трактирщик за бутылкой хорошего вина поделился информацией о том, что в Эмерита Августа, соседнем городке, местный чиновник за небольшое вознаграждение поможет «моему другу» сделать нужные документы, а также подробно объяснил, где здесь поблизости конюшня. Я направился в первую очередь туда – предстояло купить много вещей в дорогу и таскать их на себе не хотелось.

Конюший жил за чертой города, так что пришлось немного прогуляться. На место добрались к полудню. Владелец поздоровался со мной, бросил равнодушный взгляд на мою спутницу, молча державшуюся позади, и повёл смотреть лошадей.

Я некоторое время старательно делал вид, что разбираюсь в вопросе, кивал на его пояснения, задавал какие-то общие вопросы, но потом махнул на это рукой. И так было ясно, что я ни черта не понимаю в этом, так что я решил прибегнуть к той же тактике, что и в оружейной.

– Нам нужна неприхотливая, выносливая лошадь, для того чтобы запрячь её в телегу и иметь возможность путешествовать таким образом. Какую вы бы посоветовали?

– Так сразу бы и сказали, – проворчал конюший и повел нас вглубь, – упряжь для верховой езды нужна?

Подумав, я согласился. Верхом я ездил так себе, в своём времени несколько раз была возможность прокатиться, но здесь всё могло быть сложнее. Однако я решил перестраховаться. Мир по-прежнему казался враждебным. Пока шли приготовления, я уточнил, где можно обзавестись телегой и купил, на всякий случай, пару седельных сумок. У меня определённо появилась здесь тяга к наличию сумок.

В город мы возвращались уже с полностью экипированной лошадью. Марина была всё так же молчалива, однако после покупки немного воодушевилась и несколько раз даже погладила кобылу.

– «Возможно и не всё потеряно», – подумалось мне, – «может быть со временем она сможет социализироваться».

Внимание в пути привлекло большое одноэтажное здание, стоящее чуть поодаль от дороги. Очевидно некогда жилое, принадлежавшее явно не бедному человеку, теперь оно было полностью заброшено. В оконных проёмах зияла чёрная пустота, краска на фасаде частично облупилась, а придомовая территория заросла густой травой. Чей это был дом, почему сейчас в таком состоянии и что случилось с его прежними хозяевами, всё это оставалось загадкой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«И не всё ли равно?» – подумалось мне. – «История этого дома закончилась уже здесь, на этом этапе. В отличие от многих других римских построек, он не увидит ни окончательного падения империи, ни тёмных веков, ни средневековья, ни эпохи исследований, ни мировых войн… ни-че-го! А вот мне предстоит застать, по крайней мере, первые два пункта. Так что прочь тоску, нужно сосредоточиться на подготовке, а о вечном думать уже позже».