Пробуждение мёртвых богов (СИ) - Сороковик Алексей

– Батюшка, – попробовал я более привычное для себя обращение, однако и это не произвело нужного эффекта. Да как же к нему обращаться? Может он вообще какой-то обет молчания дал?

Монах, тем временем, поставил на стол кувшин с водой, зажёг лампадки, перекрестился непривычно – одним пальцем и собрался уже было выходить, но в этот момент я попытался подняться, зацепил стоящую рядом свечу и всё же привлёк его внимание.

– Ты не должен вставать, брат – твёрдо проговорил он, подходя ближе.

Вот оно что, «брат»! И верно, скорее всего, это простые монахи, не священники, они и сами братья, и все окружающие – тоже.

– Иисус…, – прошептал я, – Иисус же умер за наши грехи?

При этом поймал себя на том, что я не только понимаю чужой язык, но и свободно говорю на нём.

– Да, да, верно, – несколько оживился монах, очевидно не ожидавший от меня подобного.

– Как давно? – увидев недоумение на его лице, я переспросил. – Сколько лет прошло с тех пор?

Молодое лицо монаха окончательно расплылось от удивления. Парень явно не ожидал такого вопроса. На вид ему было не более тридцати, скорее всего даже меньше, возможно мой ровесник, возможно чуть старше, но лицо выдавало в нём взрослого ребёнка, никогда не покидавшего стен своей обители.

– Как давно умер Иисус?

– Иисус, наш Спаситель, он принял смерть за наши грехи, но он воскрес, а затем вознёсся на небеса! Как написано в…

– Постой, постой, – перебил я его, – сколько лет назад он умер?

Молодой монах на несколько секунд задумался, после чего посмотрел на меня.

– Давно, – полушёпотом ответил он.

– А точнее? – подался я вперёд.

– Очень давно, – кивнул монах.

Я вздохнул и поблагодарил его за помощь. Вряд ли парень способен был ответить, сколько лет ему самому. Он вышел, а я встал с койки и принялся расхаживать по келье. Нервное возбуждение разогнало кровь по телу, и слабость отступила.

Что же мне теперь делать? Вернуться назад, судя по всему, у меня уже не выйдет. Даже если я и смогу достучаться до кого-то из древних богов, про которых говорили мои погибшие друзья, это ни на что не повлияет. Их власть пала, силы их крайне ограничены, и я им здесь вообще никто, собственно. Осваиваться в этом новом старом мире? Но как? И тут я вспомнил о тайнике, про который говорил Максим. Как там? Небольшой храм, посвящённый Меркурию, на опушке леса возле какой-то там деревни…

Да, это ведь мысль! Возможно, я и не смогу вернуться назад, но не обязательно подыхать тут в какой-нибудь яме! Золота в тайнике должно хватить на то, чтобы окружить себя такой роскошью, о которой я и не мечтал в двадцать первом веке. Лучшие особняки, стайки молоденьких девиц, целый штат прислуги… это будет неплохая компенсация! С этой мыслью я принялся собираться, но через мгновение остановился.

Допустим, я доберусь до места, оглянусь вокруг, поковыряю землю и выясню, что ничего там нет. Учитывая то, что Старший, или кто там ещё, ошибся на пару веков, забросив нас в период расцвета христианства вместо его зарождения, кто даст гарантию, что он не ошибся и с тайником на несколько километров, или как у них здесь, стадий? Или что за эти годы кто-нибудь не нашёл тайник и не воспользовался им по своему усмотрению?

Что мне делать в этом случае? Сейчас, в этом храме у меня есть крыша над головой и, вероятно, возможность хотя бы какое-то время получать пищу. И сдаётся мне, что для многих бедняков и нищих, даже это – непозволительная роскошь. Кроме того, я могу пока что выяснить как можно больше информации, которой мне не хватает сейчас даже больше, чем еды и воды, а также разработать какой-то запасной план.

Следующие несколько дней я провёл в храме. Ходил на все молитвы, помогал в хозяйстве, убирал территорию и жадно впитывал любую информацию.

Первой моей целью было выяснить, в какие конкретно годы меня занесло. Проблема заключалась в том, что времяисчисление здесь велось на старый манер. Поэтому 1193-й год от основания Рима, мне абсолютно ничего не говорил. На мои попытки выяснить у монахов как давно, собственно, родился Иисус, ничего внятного мне ответить никто не смог, очевидно, несмотря на отсутствие языкового барьера, я не совсем корректно формулировал свой вопрос.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Тогда я решил пойти по другому пути. Из Нового завета я знал только два достаточно громких имени, которые можно было найти: Понтий Пилат и царь Ирод, а также помнил, что великий Цезарь правил то ли в 30-х, то ли в 40-х годах до н. э., а Октавиан Август, вроде бы, следом за ним. Я принялся искать все связанные с этими людьми даты, которые тоже назывались здесь по старому календарю, и наконец смог выявить какую-то закономерность. В итоге я пришёл к неутешительному выводу, что меня забросило в пятый век, примерно 430-450-е годы. Точнее пока установить не получалось, но уже этого было достаточно. Римской империи оставалось жить считанные годы.

План по обустройству райского уголка и жизни в своё удовольствие трещал по всем швам. Ну, накуплю я себе тут особняков, сгоню туда слуг и наложниц, стану местным олигархом, поживу сколько-то, но как долго? Сколько времени осталось у этой страны? Через сколько лет её разорвут на части? Через двадцать? Тридцать? Или может через пять? Или завтра? Может я и плохо знал историю, но фантазия хорошо рисовала картины того, как выглядит нашествие варваров на Рим в пятом веке.

Вот дьявол! Надо же было забросить меня именно сюда, в это время. Ладно бы я просто попал в прошлое по дурости, может жизнь античным богачом мне и понравилась даже! Так нет, меня забросило в самое неудачное время, как будто всё это – одна большая издёвка надо мной!

Может тогда эмигрировать в другую страну? Только куда? Я стал мучительно вспоминать какие знаю государства того времени. Проблема была в том, что практически вся территория современной Европы сейчас была либо заселена дикими племенами, либо входила в состав Римской империи.

Да, друг мой, ты находишься сейчас у самых истоков, нет ещё той Европы, которую ты знаешь. Почти вся она родилась из государства, в последние годы жизни которого ты попал. На востоке, очевидно, есть какие-то государства вроде Персии, но как-то страшно туда соваться. Совершенно чуждая культура, которая вряд ли сулила мне что-то хорошее. Надо будет, конечно, поспрашивать у людей что там и как, но отложим пока такой вариант на самый крайний случай.

Так, стоп, а что у нас вообще на востоке от Рима делается? Если мне память не изменяет, то там должна быть где-то Византия, которая, на минуточку… тад-а-а-ам, является Восточной Римской империей! И насколько я помню, её упадок случился гораздо позже, – лет через 400 после падения Западной Римской империи, а формально она ещё чуть ли не тысячу лет прожила. Даже когда Русь только зарождалась, Византия была всё ещё одним из сильнейших государств. Вроде бы даже православие славяне приняли именно поэтому.

Итак, этот вариант более чем годится, теперь самое главное, чтобы обещанный сундук оказался на месте. За четыре с половиной века с ним могло что угодно случиться. Хех, я как будто пират какой-то: сокровища, клад, невероятное путешествие…

Примерно в таких мыслях и прошли ещё несколько дней моего пребывания в храме. Дольше решил не задерживаться: основную информацию я собрал, какую-то оборванную одежду раздобыл вроде куртки или грубой рубахи поверх собственных лохмотьев, даже кусок хлеба в дорогу получил. Хорошие ребята оказались, монахи эти. Даже как-то неудобно стало, что я на всё это безумие решился, связавшись с язычниками, которые христиан презирали, и даже каким-то образом хотели уничтожить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ещё перед уходом я порыскал под стенами монастыря и нашёл обломок, который при должной сноровке можно было использовать для копания земли.

Путь к руинам старого храма занял несколько часов в общей сложности, солнце уже приближалось к зениту. Я надеялся успеть закончить всё до темноты. Обойдя старые развалины несколько раз, обратил внимание на останки статуи Меркурия – это я определил по шлему с крылышками. Значит, тут и находился центральный вход! После этого я отмерил направление и расстояние по вскользь упомянутым Максимом ориентирам.