Воронцов. Перезагрузка. Книга 9 - Ник Тарасов

стоял, глядя на кремнёвый замок, и в голове уже складывался новый механизм. Простой. Надёжный. Не зависящий от погоды.

— Григорий! Савелий Кузьмич! — позвал я.

Они подошли, глядя на меня с любопытством.

— Пошли, — сказал я коротко. — Нужно подумать.

Мы прошли в небольшую мастерскую рядом с токарным цехом — там стоял верстак, были инструменты, чертёжные принадлежности. Я закрыл за нами дверь, чтобы нас не отвлекали.

— Смотрите, — начал я, кладя кремнёвый замок на верстак. — Вот наша проблема. Кремень, огниво, искра. Всё это ненадёжно, капризно, зависит от погоды и износа деталей.

Григорий кивнул:

— Да, это правда. Мы и сами знаем. Но что делать? Все так делают, другого способа нет.

— Есть, — твёрдо сказал я. — Другой способ есть. И мы его сейчас придумаем.

Савелий Кузьмич скептически хмыкнул:

— Ну-ну, посмотрим.

Я взял лист бумаги, разложил на верстаке, достал кусочек угля. Начал рисовать.

— Представьте себе вот что, — говорил я, набрасывая схему. — Вместо всего этого сложного механизма с курком, кремнем и огнивом, мы сделаем совершенно новую систему.

Я нарисовал небольшой прямоугольник.

— Это будет кристалл кварца. Небольшой, размером с ноготь большого пальца. Его мы поместим в специальную камеру внутри замка.

— Кварц? — переспросил Григорий. — Самый обыкновенный кварц?

— Именно, — подтвердил я. — Но только не любой, а особый — прозрачный, без трещин. Такие кристаллы обладают удивительным свойством.

Я нарисовал рядом молоточек.

— Когда вы нажимаете на спусковой крючок, он приводит в действие вот этот маленький молоточек. Молоточек с силой ударяет по кристаллу кварца.

— И что? — не понял Савелий. — Кристалл разобьётся же.

— Нет, не разобьётся, если правильно всё устроить, — возразил я. — Кристалл сжимается от удара. И вот тут начинается самое интересное. Когда кварц сжимается, внутри него возникает… как бы это объяснить проще…

Я задумался, подбирая слова. Электричество они не знают. Нужно объяснить на понятном языке.

— В кристалле возникает особая сила, — продолжил я. — Её не видно, но она есть. Эта сила может создать искру. Яркую, мощную, надёжную.

Григорий и Савелий переглянулись. В их глазах читалось недоверие, смешанное с любопытством.

— Искра из кварца? — медленно проговорил Григорий. — Без кремня и огнива?

— Без кремня и огнива, — подтвердил я. — Чистая искра, которая возникает каждый раз, когда вы ударяете по кристаллу.

Я продолжил рисовать. Добавил тонкую линию от кристалла.

— Эта искра будет проскакивать по тонкому проводу, — объяснял я. — Провод мы сделаем из меди — она хорошо проводит эту силу. Провод пойдёт от кристалла прямо к пороху.

— К пороху? — насторожился Савелий. — А как порох хранить? Сыпучий же он, рассыпется.

— Не будет сыпучим, — возразил я. — Мы поместим небольшую порцию пороха в специальную капсулу. Вот так.

Я нарисовал маленький цилиндрик.

— Это будет металлический колпачок, — объяснял я, показывая на рисунке. — Внутри — щепотка пороха. Сверху — тонкая мембрана, которую прокалывает провод с искрой. Искра попадает на порох, порох вспыхивает, огонь через специальное отверстие идёт в ствол и поджигает основной заряд.

Я выпрямился, глядя на них.

— Понимаете? Никакого кремня, никакого огнива. Только механика и кварц. Система простая, надёжная и — самое главное — работает в любую погоду. Хоть в дождь, хоть в снег.

Григорий молчал, пытаясь переварить информацию. Савелий Кузьмич почесал бороду, хмурясь.

— Егор Андреевич, — наконец сказал Григорий, — а вы уверены, что это сработает? Что кварц даст искру?

— Абсолютно уверен, — твёрдо ответил я. — Это проверенный способ. Я сам видел, как это работает.

Это была полуправда. Я не видел именно пьезоэлемент в ружейном замке — в моё время такого не было, давно уже использовали капсюли с гремучей ртутью. Но я отлично знал физику, знал, что пьезоэффект работает. И знал, что можно создать простейший механизм на его основе.

— А где взять такой кварц? — спросил Савелий.

— В Уваровке, — ответил я. — У нас там месторождение песка кварцевого. И я видел небольшие кварцевые кристаллы. Просто цель не ставил их собирать. Нужно только отобрать правильные кристаллы — прозрачные, без трещин, одного размера. А сейчас, я думаю, можно у ювелиров взять или у купцов заказать.

— И как их обрабатывать? — продолжал допытываться Савелий.

— Шлифовать, — объяснил я. — Придать им правильную форму. Это ювелирная работа, но не сложная. Главное — точность.

Григорий наклонился над чертежом, изучая детали.

— А молоточек? Как он будет работать?

Я дорисовал механизм спуска.

— Вот смотри. Когда солдат нажимает на спусковой крючок, освобождается пружина. Пружина толкает молоточек, молоточек ударяет по кварцу с определённой силой. Не слишком слабо — иначе искры не будет. Но и не слишком сильно — чтобы кристалл не раскололся.

— А силу удара как рассчитать? — спросил Савелий.

— Опытным путём, — честно ответил я. — Сделаем несколько вариантов, испытаем. Найдём оптимальный.

Григорий задумчиво кивал:

— А провод этот медный… Он же должен быть очень тонким?

Я одобрительно посмотрел на него — соображает быстро.

— Да, тонким. Толщиной с волос, может, чуть толще. Изолировать его можно воском или смолой, чтобы искра шла туда, куда нужно, а не рассеивалась.

— А капсула с порохом? — подключился Савелий. — Как её делать?

Я нарисовал капсулу подробнее.

— Латунь или медь. Цилиндрическая форма, высотой примерно с половину мизинца. Внутри — щепотка пороха, очень мелкого помола. Сверху — тонкая мембрана из фольги или пергамента. Провод проходит через эту мембрану, конец провода касается пороха. Искра проскакивает, порох вспыхивает.

Савелий взял чертёж, поднёс ближе к свету, разглядывая.

— Хитро придумано, — пробормотал он. — Очень хитро. Только вот работать будет?

— Будет, — уверенно сказал я. — Гарантирую.

Григорий посмотрел на меня:

— А сколько времени займёт сделать первый образец?

Я прикинул в уме. Кварц можно спросить у ювелира, сказать ему как обработать. Механизм молоточка — несколько дней работы для хорошего мастера. Провод — можно вытянуть из меди. Капсула — простая штамповка.

— Неделя, — ответил я. — Максимум две, если не все материалы будут.