Третий шанс - Евгений Максимович Ажакин

ранить не смог. Обе капли она просто растворила каким-то заклинанием, а веры в то, что бомбы для неё хватило, у меня не было. Теперь – бежать, как никогда раньше. Или всё-таки лететь? Так я привлеку внимание и раскрою себя, но сейчас это даже в плюс. Мне сейчас не до жиру, быть бы живу…

В момент, когда я уже вылетал на улицу, перебирая ногами и помогая себе крыльями, барьер лаборатории схлопнулся, выпустив на свободу эту разъяренную фурию, за какие-то доли секунды преодолевшую половину разделявшего нас расстояния. Защита лаборатории задержала её всего на две секунды, хоть и была рассчитана на детонацию взрывчатки, которой и для крепостной стены бы хватило с лихвой. Ситуация – полная, беспросветная задница, из которой, кажется, и выходов-то нет. Что ещё предпринять? Задержать магией и попытаться улететь? Собьют, как пить дать собьют… Но если держаться ближе к крышам, то что-то может выгореть.

– Стена! Стена! Стена! Стена!

Разогнавшись единожды, я не расслаблялся до сего момента, с головой бросившись в омут и начав выращивать каменные стены как вербальным, так и невербальным методом. Когда число наслоившихся друг на друга стен превысило все разумные и неразумные пределы, я оттолкнулся от земли и отчаянно замахал крыльями, взлетев в воздух. В качестве финального штриха я создал центнер воды и тут же обратил его в пар, моментально распространившийся по округе. А ведь мог и в доме так же сделать, а не ориентироваться по ощущениям.

Все мы сильны задним умом…

Десять метров, двадцать, тридцать – всё, на таком расстоянии меня достать будет непросто, ибо ни демоны, ни люди обычно летать неспособны. Есть какие-то проблемы с магией воздуха, из-за которых самолевитация фактически невозможна, так что мои крылья в своём роде уникальны.

Курс же я взял на район Иллити. Выбора у меня более не оставалось.

Часть II

Падая перед тем самым складом для церемоний и видя тянущийся по небу след серого, непроглядного марева, я был доволен собой. Если кто-то что-то и увидел с земли, то только неясный, исходящий паром силуэт, который вряд ли свяжут со мной. Идея пришла ко мне в момент, когда я, едва вылетев из первого облака пара, пролетел над дымящей трубой. Довольно тёмным осенним вечером меня и так было трудно заметить, а в пару задача переходила в разряд невозможных, чем я и воспользовался, к этому моменту практически иссушив свой резерв маны.

Как оказалось, заклинания, формируемые невербально и через крылья, пожирают раз так в десять больше маны, чем обычно. «Бонусом» шло ещё и поддержание полёта, умения, которое я приобрел вместе с благословением Генерала.

Летал-то я на голых инстинктах, но мана утекала как вода из сита. Полторы минуты в небе и под два десятка паровых облаков превратили меня в разумный овощ, который сейчас отпаивал один из подоспевших ко мне Иллити-стражей. Если подумать, то выглядеть я должен паршиво. Физическое истощение, порезы на руке, ожоги от пара, который я в первый раз создал прямо рядом с собой, особо не подумав о том, что у меня вышла паровая бомба. Паниковал, чего уж тут. А под конец полёта ещё и навернулся с нескольких метров, невольно развеяв крылья и чуть-чуть не дотянув до поверхности.

И это после того, как я отверг все предложения рода, посчитав себя самостоятельным. Хоть книгу пиши – «Как растоптать своё достоинство. Руководство от идиота для чайников».

– Держись в сознании. Что произошло?

Вычленив взглядом размытое, шевелящееся пятно, я пришёл к выводу о том, что это таки голова моего спасителя, напоившего меня укрепляющим зельем. По вкусу точь-в-точь как те, что выходят из-под рук отца.

– Родители пропали. Потом… в дом ворвалась женщина, маг. Убить не смог, сбежал. Полностью истощён.

Говорить получалось лишь односложными, простыми предложениями, но я был рад и тому, что я всё ещё нахожусь в сознании. Теперь Иллити хотя бы знают о том, что именно произошло, а значит – шансы на то, что родителям помогут, стали чуточку выше. Не могут же мои родичи быть такими сволочами, верно? Не бросят же они сына главы рода и его жену в беде?..

– Ты молодец, Генерал. Спи, мы со всем разберёмся.

Я хотел было вякнуть хоть что-то, но сделать мне этого не дало накатившее чувство вселенской усталости, моментально погрузившей меня в сон. Как тумблером щёлкнули, ей-богу…

В то же время Иллити, первым заметивший приближающееся облако и поймавший выпавшего оттуда родича-Генерала, подхватил ребёнка на руки и практически бегом направился к посту, на котором остались его напарники. Ничего, похожего на лазарет, во владениях рода не было, но на посту охраны хотя бы имелась полноценная аптечка. Одного лишь общеукрепляющего зелья, пусть и концентрата, было явно недостаточно.

– Кто бы ни сделал это с тобой, малец, живым он от нас не уйдёт…

* * *

Я плыл посреди бесконечного океана жидкой тьмы, будучи не в силах даже пошевелиться. Вдалеке где тускло, а где и ярко сияли звёзды, пролетали кометы, вращались планеты и бесшумно летел космический мусор. Я мог обратить свой взор на что угодно, и что угодно же раскрывалось передо мной во всей своей красе. Одного взгляда хватало, чтобы узнать об интересующем меня объекте всё, что только мог осознать человек…

Это состояние не продлилось долго, ибо в какой-то момент я почувствовал, как бескрайняя бездна меня выталкивает, а после я не проснулся, но вынырнул на поверхность, сразу наткнувшись на берег.

С трудом, но мне удалось выкарабкаться из «воды» на чёрно-белый песок, устлавший землю от горизонта до горизонта. Позади меня плескался океан космической тьмы, а впереди простиралась безжизненная, мёртвая пустыня, наполненная никаким песком, песком-ничто. Эта неестественная пустота и безжизненность пугали меня, и спустя несколько минут ожидания неведомо чего я сделал шаг вперёд, невольно чего-то пожелав.

Я и сам не понял, чего захотел, но в одно мгновение песок почернел и обратился почвой, а после покрылся густой зелёной травой. Выросли деревья, появились камни и цветы, запели птицы, а чёрное небо обрело привычный голубой оттенок. Даже облака, словно повинуясь воле какого-то сбрендившего мага, в спешке разбрелись по своим местам, приняв самые разные формы.

Находиться здесь стало приятнее, но чувство неестественной пустоты никуда не ушло. Я словно развесил гирлянды на пепелище, посыпал обгоревшие трупы блёстками и лицемерно делал вид, что всё в порядке.

Странное чувство, которого я никогда прежде не испытывал.

– Всевышний, твоих рук дело? – Тишина. Нет ответа, нет знаков. Ничего. Это правда не он? –