Внутренности и внешности Бразилии. Или - Попутчик - Георгий Стенкин

Ревун же, развернувшись, на секунду задержавшись, будто бы глянув на своих попутчиков, которых там может и не было, а может – они просто стояли за его спиной, шагнул в темноту. И сама темнота – стала медленно разряжаться, свет стал пробиваться сквозь деревья, всё ярче и ярче…

Но вместе с увеличением яркости изображения окружавшей нас природы, начал ускоряться ритм, звучащий повсюду. Некоторые деревья – так и остались в темноте, словно «выступив» из строя, а другие – наоборот засияли, в ярком свете солнца. С всё ускоряющимся ритмом – зрительная картинка начала как бы подёргиваться, сначала. Появились и первые смазанные куски.

Вот тот дальний…

Я начал вертеть головой, так как что-то неуловимо раскручивалось, как маховик. Миллиметр за миллиметром.

И «лёд тронулся, господа присяжные заседатели»!

Я, оставаясь сидеть на полу (на земле – не могу сказать, так как до земли тут…). Я – не двигался, это точно. Я как держал свою ногу – двумя руками, так и продолжал держать. А вот «перрон»?

«Перрон», «вокзал» - куда-то поехали…

Медленно-медленно, и всё быстрее…

И вскоре – я уже не в силах был различить отдельные растения, деревья. Всё – смазалось в движении.

И куда это интересно мы?

«Это город Ленинград?»

И ЕЩЁ ТРОЕ… ТРИ…

*Стройка века – не удалась, объявились ещё три, странных обстоятельства…

*Самба. Цвета бразильской сборной по футболу…

Три других реальности:

Первая.

Оказалось, что мы прожили вместе с «Проходящим» и моим папой, в районе Курарауку – больше месяца. Где я и выучил все названия местной флоры и фауны.

Но почему я не выучил их язык?

Там было смешение разных племён, что-то вроде перевалочного пункта. Разговаривали в основном жестами. И пели песни.

Перед этим – я поранил ногу. И именно там я её и вылечил. Вот почему – не осталось и шрама. А боль – осталась. За месяц (или около того), когда мне постоянно делали какие-то примочки – шрам исчез. Народная медицина?

А вот след от укуса молодого аллигатора – остался. Правда – только как незагорелая полоска кожи. Тоже – совсем нет шрамов.

И что же это получается?

Как я мог провести там целый месяц? Или я ошибаюсь? Так нет же! Начался сезон дождей! Я помню! Конец октября!

А сегодня? Какое число сегодня?

16 сентября?

Как это?

…

Вторая.

Посещение города.

Нам нужно было в супермаркет.

Только вот в каком городе это было? Я совсем не ориентируюсь в этих наших перемещениях.

Но у меня же был чек от кассового аппарата! Я смогу определить город! Ура!

Увы. Чека я не нашёл. И что же делать?

Можно попробовать посмотреть на выписку из банка, ведь там должно быть зафиксировано – на каком терминале был произведён платёж.

Полезу я, наверное, в интернет, и посмотрю прямо в банке, историю платежей банковской картой.

Так. Где у меня параметры авторизации для папиного счёта в банке?

Вот так номер!

Бразилия. Сан-Пауло. Jose Bonifacio.

Это же несколько тысяч километров! Нам же было ближе – в Манаус, или – хотя бы в Бразилиа.

Ничего не понимаю!

…

Третья.

Так кто же был анакондой? «Проходящий» - или мой папа? Или – это была «настоящая» анаконда, которая сожрала и «Проходящего» и моего отца?!

Но это – невозможно!!!

Я не справлюсь с такой потерей! Мой папа – не мог погибнуть!

Я – его «Попутчик»!

А если нет его, то и весь смысл «попутствия» теряется, утрачивает саму основу своей возможности, реальности.

Реальности?

Опять – эта дурацкая «реальность»!

А что если, это всего лишь козни Леса? Специально созданная для меня реальность? Чтобы я что-то очередное, необходимое и поступательное в своей значимости, что-то новое – понял?

Но, так же нельзя!

Нельзя – по крови! Нельзя, так грубо вторгаться в привязанности, любовь, преданность…

И – в жизнь, в конце концов!

А может…

Может быть, именно так и познаются какие-то наиболее важные понятия, основополагающие постулаты, законы мироощущения, самоопределения и самоидентификации?

А?

Но, это же – мой папа! Он сам говорил, что не готов стать частью чьей-то реальности, выполнять, пусть даже такую великую миссию…

Уже подготовился?

Бред. Бред! Бред!!!

Не верю!

Нет!

…

Папа сказал: «Главное, чтобы было четыре вещи - шляпа на голове, ботинки – на ногах, плащ – на плечах и вещевой мешок в руках, тогда – не страшны и четыре времени года» Будешь – на равных.

Я это понимаю так:

- думай прикрытой головой, не подставляйся ветру, дождю и течению, которые обязательно встречаются на жизненном пути, и не всегда – являются только порождениями стихии;

- держи ноги в рабочем состоянии, чтобы была возможность идти своими ногами; Опять – иносказательность. Собственными решениями и собственной ответственностью за эти решения.

- имей прикрытыми плечи – не рискуй излишне, не выставляйся на рожон;

- и неси с собой груз ответственности, держи его в руках. Не сбрасывай на обстоятельства и «не зависящие от тебя» ситуации;

Получишь шанс быть на равных со своей жизнью – используй его. Гармония со «своей» реальность, своей душой – дают безграничные возможности.

Значит – должна быть ещё и четвёртая реальность. Иначе – я так и не пойму, что же всё-таки со мной приключилось.

Вот теперь и ломай голову – было это всё на самом деле или мой папа меня пожалел и не потащил с собой в эти идиотские джунгли. Вообще!

ЗАКЛЮЧЕНИЕ.

*Сумбур, сумятица, суматоха и смятение – в заключении…

*Моцарт. Образы созерцания, размышлений, домашний тёплый халат и уютные тапочки, игра бриллиантов в пузатом коньячном фужере, дым от сигар, блики от камина…

Поздний вечер. Немного прохладно. Зима…

Ко мне приехал в гости – мой папа. Мой родной папа. Мой загорелый и бодрый в свои 72, папа…

Он опять где-то путешествовал, пропадал на целые месяца и не отвечал на мои звонки по спутниковой связи. Я страшно за него волновался.

И вот он наконец-то добрался и до меня. Его очередное путешествие предусматривает посещение сына, внука и моей дачи. Знакомство с достопримечательностями Люксембурга. Поездку в Эльзас, на родину наших предков. В Нюрнберг – к памятникам наших великих родственничков.

И т.д. и т.п. Турне по Европе!

Мы сидим с ним у камина, курим ароматные сигары, пьём старинный коньяк и настоящий бразильский кофе с молоком, и разговариваем. А папа – перелистывает книжку Генри Уолтера Бейтса «Натуралист на Амазонке».

И вдруг он говорит:

- Тебе привет от «Проходящего»…