Наследники Шамаша. Тени и пыль - Alexandra Catherine

на охоту, — улыбнулась она, внимательно поглядев на него, не отпуская рук. — Акил мне всё рассказал сегодня утром. Когда выезжаем?

Марк замялся, опустил глаза и сказал:

— Это охота не на лисов и зайцев, Ишмерай. Мы будем выслеживать вепря. Это опасно. Не хочу, чтобы с тобой приключилась беда.

— Мне хватает нравоучений матушки! — огрызнулась девушка, махнув рукой. — К тому же, — она хитро улыбнулась и приблизилась к нему, — ты не дашь меня в обиду.

Щеки Марка покрылись румянцем, глаза засияли, он широко улыбнулся и выдохнул:

— Никогда!

— Что же это за старые друзья? — спросила Ишмерай. — Я о них не знаю.

— Граф из Полнхольда, виконт из Сильвана и их слуги.

— Принц, вы удивляете меня. Где вы познакомились с этими господами? Я полагала, вы дружите только со своими ровесниками.

— Виконт когда-то учился в том же университете, что и мы с тобой. Граф из Полнхольда был в свите короля Полнхольдского, когда король приезжал в Карнеолас.

— Графы… — задумчиво проговорила Ишмерай. — Они гораздо старше тебя?

— Александру двадцать семь, виконт Аим немногим старше.

— Александр… — пробормотала Ишмерай. — Какое странное имя! И чем ты, мальчишка, заинтересовал их? Своими сопливыми глупостями?

Девушка озорно усмехнулась, как только на лицо Марка легла недовольная тень. Но он был достаточно увлечён этой разбойницей, чтобы покраснеть, поддавшись чарам её смеха и проказливо улыбавшегося лица. Кресло, в котором они сидели, было широко, чтобы в нём уместились девушка и юнец их комплекции, но широко недостаточно, чтобы рассесться. Лица их были близки друг к другу, и принца всё сильнее тянуло к Ишмерай, которая, казалось бы, ничего не подозревала и продолжала шутить. От нежного аромата её волос и кожи у него кружилась голова, и кровь бежала быстрее.

— Зачем тебе Сильван? — хрипло осведомился Марк и прочистил горло. — В Тире университет не хуже, я столько раз говорил тебе. Сильван так далёк от Карнеоласа… Нас будут отделять горы, поля, луга, три реки…

— Какой ты эгоист! — возмущённо проворчала Ишмерай и попыталась встать, но принц со смехом обнял её и притянул к себе. — Отпусти меня! Как тебе не стыдно?!

— Нет, сударыня, я больше не собираюсь расставаться с вами даже на месяц, не говоря уже о нескольких годах, которые предстоит вам провести в Сильване.

Наконец, перестав выбиваться, Ишмерай обернулась к Марку и с упрёком произнесла:

— Ты думаешь только о своих желаниях. Будь ты хоть королём Карнеоласа или непременно всех государств Архея, никакая женщина не пожелает стать твоей супругой.

Марк изумился так, что перестал удерживать её, и Ишмерай, почувствовав свободу, поднялась и собралась покинуть библиотеку, как принц тихо произнёс:

— Ты бы пожелала?

— Стать твоей супругой? — удивлённо переспросила она, обернувшись, похлопала глазами и вдруг рассмеялась, скорее нервно, чем весело.

Молодой человек разозлился. Улыбка сползла с его лица, а глаза, тёмные, гневно сверкающие, напряженно посмотрели на подругу. Принц молча поднялся и решительно направился к двери.

— Марк, куда ты? — окликнула его девушка сквозь смех, но принц не обернулся. — Я обидела тебя?.. Отвечай, когда с тобой говорит барышня! — для убедительности она топнула ногой, но ничего этим не добилась. — Ты разучился понимать мои шутки!

Но впервые в жизни Марк Вальдеборг не отозвался даже на это. Сбитая с толку, Ишмерай побежала за ним и с улыбкой встала у него на пути, воскликнув:

— Неужто принц научился обижаться на меня?

Марк, не улыбнувшись, лишь удостоил её холодным взглядом, мягко отодвинул её в сторону и продолжил путь к двери.

— Вот болван! — она опередила его и спиной прижалась к двери, не позволяя ему выйти.

— Согласен, я болван, — спокойно, почти безразлично бросил он. — А ты просто дурёха.

Он взялся за ручку двери за её спиной.

— А ну объяснись! — гневно воскликнула она, отбросив его руку.

— Да не буду я объясняться, — устало вздохнул он. — Утром я уеду.

Что-то во взгляде его, выражении лица и поведении подсказало Ишмерай, что принц не шутит. Он уедет. И когда ей удастся увидеть его снова?..

— Я перестала понимать тебя, Марк Вальдеборг! — воскликнула девушка, отпихнув его от двери и впившись в него свирепым взглядом. — Ты ведёшь себя, как вздорная девица! Такое поведение не пристало принцу!

— А если принц устал потакать твоим капризам, какое поведение ему пристало?

— Да что с тобой?!

— Ты прикидываешься или действительно ничего не понимаешь?! — вдруг воскликнул он, прижал её к закрытой двери и неожиданно поцеловал.

Душа её, вот уже несколько дней тепло колыхавшаяся, нынче жарко загудела, колени задрожали. Он целовал её губы, лаская их, сначала нежно, затем всё напористей. Голова закружилась, сердце дрогнуло, дыхание прервалось. Ей не хотелось останавливаться. Более того, ей захотелось ему ответить. Она, словно во сне, приоткрыла губы и неумело захватила губы Марка. Затем захватила снова. И снова. И ещё раз. Медленно и истомно. Принц направлял её поцелуями. Так приятно было повторять за ним!.. И как это было восхитительно и жарко — целоваться с Марком Вальдеборгом. Целоваться с Марком… Да они знают друг друга с раннего детства!

Принц помедлил и отстранился, глядя на неё затуманенными глазами.

— Ты пугаешь меня, — прошептала Ишмерай, пытаясь унять неистовый бег сердца, мягко высвободившись из его объятий. — Пожалуйста, не надо…

Принц захлопал глазами и побледнел. Он растерялся.

Ишмерай покинула библиотеку едва шевеля ногами, прижимая дрожащие пальцы к пылающим губам. Это был самый изумительный поцелуй в её жизни. Самый первый и сладкий. Настоящее Рождественское чудо!

Глава 4. Каково живётся в Заземелье?

Ночь накрыла снежные просторы шёлковым покрывалом, расшитым алмазной россыпью звёзд. Далеко внизу расстилалась долина елей, завёрнутых в сизый наряд. Вокруг грозными белыми стражами выстроились заснеженные вершины, а узкая горная тропа змеилась черной лентой и уводила в даль ветров и сияния одинокой всевидящей луны.

Мулы везли по тропе женщин, детей, стариков и их пожитки. Дети спали, укрытые толстыми одеялами и овечьими шубами. Суров был ветер, он жёг и пробирал до костей