Наследники Шамаша. Тени и пыль - Alexandra Catherine

— Это неплохая идея, но я так люблю Селенар, что…

Марк слегка прищурил тёмные глаза и тихо шепнул ей:

— Ты передумаешь.

— Вот как! — удивилась та. — С чего мне передумывать?

Марк загадочно заулыбался, пожал плечами и вдруг сменил тему:

— До чего унылый мотив. Не находишь? Прошу меня простить, вернусь через несколько секунд.

Марк подогрел её сердце очередной своей широкой улыбкой, отправился к музыкантам, что-то с ними быстро обсудил, вернулся к партнёрше, и зал наполнил совсем иной мотив: весёлый, подвижный и такой зажигательный.

— Хватит лениться, — воскликнул принц. — Давай покажем, как мы умеем танцевать.

Ишмерай засмеялась, и в рождественский зал заглянуло летнее солнце её радости. Пара быстро зажглась, влилась в ритм и закружилась по залу в ярком танце, притягивая к себе внимание. Их радостные и лукавые улыбки, обращённые друг к другу, их красивый танец, такие умелые движения, полные грации и страсти, никого не оставили равнодушным. Марк склонялся к Ишмерай куда ближе, чем допускали правила приличия, и сжимал куда крепче. Их лица горели радостью и счастьем ярче огней, они не замечали никого вокруг и были поглощены лишь своим танцем.

Слишком красноречивы были и взгляд, и улыбка принца, и герцог Гаральд Алистер недовольно поглядел на короля, словно тот был виноват в чувствах сына. Когда Марк приподнял Ишмерай, зал зашелестел аплодисментами, и девушка беззаботно рассмеялась. Он медленно поставил её на ноги, заворожённо глядя в её лицо, и выдохнул:

— Ты самая красивая, Ишмерай!

Лицо девушки вспыхнуло, и она оставила его комплимент без ответа.

Вечер был изумительный, и гости с восхищением говорили об этом герцогине, любезной и внимательной ко всем. Протанцевав с мужем, королём, несколькими гостями, она принялась прохаживаться по залу вместе с подругой Рецией и принцессой Плио, следить, чтобы никому не было скучно. Но никто и не мог скучать. Были организованы столы, за которыми гости играли в карты и другие настольные игры. Акме приказала оформить отдельную комнату для маленьких детей своих гостей, где они могли поиграть друг с другом под присмотром нянек и служанок, пока их родители танцевали, заводили новые полезные знакомства и просто хорошо проводили время.

Радостные заботы Акме вскоре прервал слуга, торопливо подошедший к герцогу и что-то ему прошептавший. Герцог извинился перед королём, Лореном Рином и другими гостями, участвующими в их беседе, взял с собой верного помощника Гайре Иэроса, изрядно выпившего, и они направились к выходу из зала. Акме, чувствуя неладное, последовала за мужем.

В холле стоял молодой атиец, раскрасневшийся с мороза. Плащ его и сапоги были запорошены снегом. Он заметно волновался и нетерпеливо мерил холл шагами. Атиец поклонился герцогу и протянул ему небольшую записку. Гаральд Алистер пробежал её глазами и нахмурился. Глаза его долго вглядывались в одну точку. Затем, увидев приближавшуюся супругу, он поторопился смять послание и спрятал его во внутреннем кармане.

— Что случилось? — севшим голосом спросила Акме, которой очень не понравилось выражение лица супруга.

— Ничего серьёзного, дорогая, — ответил он деланным спокойным голосом. — Я должен срочно ехать в город.

— Сейчас?! — выдохнула герцогиня. — Но у нас дом, полный гостей!

— Они не будут сильно переживать из-за моего отсутствия. К тому же, я уезжаю всего на пару часов. Не беспокойся, — он поцеловал руку жены. — Гайре, поехали… — он нахмурился. — Можешь сидеть верхом?

— Могу, Ваша Светлость! — резво, слишком резво ответил помощник, слова его были слегка невнятны, но, в целом, держался он достойно.

Гаральд Алистер кивнул, кинул на Акме тёплый взгляд, и они ушли в эту рождественскую бурю, оставив герцогиню тревожиться и переживать в одиночестве.

Пока Акме провожала герцога в холле, а гости продолжали отдыхать и веселиться, Марк Вальдеборг утянул Ишмерай из зала в другое крыло дома.

— Куда ты меня ведёшь? — воскликнула девушка.

— Подальше от этой толпы. Сегодня ты будешь танцевать только со мной.

— Но это невежливо с моей стороны! Я должна помогать матушке.

— Её Светлости поможет Атанаис.

Марк распахнул двери и втянул подругу в тихую библиотеку, просторное помещение с несколькими высокими окнами, множеством доверху заставленных книгами стеллажей, длинными столами и мягкими креслами. Библиотека была не так богата, как библиотека короля, но герцогиня без устали пополняла её всё новыми и новыми книгами, главным образом, по целительству и истории. Атанаис вся семья была обязана философией и любовными романами, Ишмерай — древней поэзией, романами приключенческими и историей Архея.

Смеющиеся Ишмерай и Марк оказались в сонме мирно дремавших книг, сверкавших армией узорчатых корешков. Снег, окутавший окна, накрыл комнату кружевом зимних теней и убаюкивал своей тьмою.

— Я устал от этого шумного народа, — заявил Марк и закружил партнёршу в медленном танце под приглушенное звучание музыки, которая доносилась из зала. — Давай побудем вдвоём.

Он ещё никогда не вёл себя настолько странно и загадочно. Девушке нравилось его новое поведение. Ей нравилось находиться с ним в этой тёмной библиотеке, неторопливо танцевать под звуки чарующей музыки и смотреть ему в глаза. Необъяснимая нега теплом накрывала сердце, и ей захотелось танцевать так всегда.

— Поехали со мной в Тиру, — вдруг нежно прошептал он. — Мы будем петь и танцевать каждый вечер! Как с тобой приятно танцевать! — он прижал её к себе.

— Батюшка не пустит меня в Тиру! — слабо возразила Ишмерай, и пугаясь, и наслаждаясь ярким сиянием огня в глазах принца.

— Если ты захочешь, я буду умолять твоего отца. Принц будет умолять герцога. Если и тогда герцог не сжалится над ним, принц украдёт его дочь! — Марк поднял её на руки, и девушка громко засмеялась, и радуясь его неожиданному восторгу, и боясь его.

— Отпустите меня! — взмолилась Ишмерай. — У меня кружится голова.

Марк поставил её на ноги, но на мгновение перед глазами девушки потемнело, она покачнулась, прильнула к нему. Ей до того стало тепло и уютно, что захотелось вечно чувствовать его руки и слушать это шумное горячее сердцебиение.

— Тебе лучше присесть.

Марк вновь взял её на руки, пронёс через всю библиотеку и усадил в широкое кресло, непременно сев рядом. Ишмерай обняла его за шею.

— Я слышала, ты собираешься