Стальная Вера 2 - Лина Шуринова

Некоторые исследователи считают её проводником из мира живых в мир мёртвых. Собственно, именно этим она тут и занимается.

С Перуном у Ежи отношения сложные. Скорее уж она верна кое-кому другому. Надеюсь, получится немного раскрыть её историю в дальнейшем.

И традиционное спасибо за прочтения, лайки и комментарии, народ! Я тут по личным обстоятельствам словила небольшую демотивацию. Но вижу ваш интерес — и снова в строю

Благодарю сердечно!

Глава 10. Люблю тебя

Не везёт мне что-то с этим божественным планом, ой, не везёт. Остаётся надеяться, что Ярославу повезло чуть больше.

И кстати, эта бабка-Ёжка обещала из леса вывести, а не запихнуть в него поглубже. Ну, и где обещанное? И не надо мне заливать, что его три года ждут!

За это время вернусь к обманщице и устрою ей весёлую жизнь…

Под ногами что-то вспыхивает, отвлекая моё внимание от измышления всяческих кар на Ежину голову. Ух ты, и правда клубочек! Нитки толстые и слегка светятся, будто внутрь встроены светодиоды.

И ведёт себя Ежин подарок будто живой. Прямо как в сказке: несколько раз подпрыгивает на месте и укатывается вперёд, отмечая путь сверкающей нитью.

Подхватываю кончик — и начинаю сматывать. Жаль оставлять на земле такое чудо.

Да и в хозяйстве пригодится, чего уж.

Теперь окружающий лес кажется мне гораздо приветливее. До тех пор, пока не схожу с отмеченной клубком дорожки и чуть не проваливаюсь в скрытое под травой болото.

Как же хорошо, что в курсантскую форму входят сапоги!

Зато больше подобной ошибки не совершаю: ставлю ноги туда, где пробегал волшебный помощник. Идти легко, дорога будто стелется. В голове сами собой появляются мысли о простых путях, которые ведут в ад, но я запихиваю их куда подальше.

Ведь здесь, насколько я могу судить по воспоминаниям прошлой владелицы тела, даже понятия такого нет.

А судя по тому, что я тут успела увидеть, в местных богах и так достаточно жути, чтобы не слишком спешить к ним навстречу.

Но приходится, блин!

Постойте-ка.

Ведь если мы действительно явимся пред светлые Перуновы очи, он точно поднимет вопрос о моём иномирном происхождении! И брат наверняка это услышит!

Поймёт наконец, что всё это время чужая тётка притворялась его сестрой. Врала в глаза, называя братом. Командовала ещё почём зря…

Как он это воспримет? Всё ли с ним будет в порядке?

Эх, нечего было играть в молчанку. Рассказала бы сразу — теперь не пришлось бы мучиться…

Под эти страдания я благополучно добираюсь до опушки, представляющей собой удивительное зрелище. Позади — тёмный, страшный лес под ночным небом. Впереди — холмистая равнина, поросшая вереском и заваленная какими-то непонятными конструкциями.

И небо серое, будто затянутое низкими дождевыми облаками.

Ну и чудно́е же место, этот божественный план!

На опушке меня поджидает волшебный клубочек. При моём приближении он радостно подскакивает — и растворяется в воздухе. Моток, который я держала в руках, тоже исчезает. Зря только старалась…

Зато вопросов, куда двигаться дальше, у меня не возникает. Далеко впереди на фоне стального неба светятся очертания строения, напоминающего дворец. Если я хоть что-нибудь понимаю в правителях, Перун обретается сейчас именно там.

Подбираюсь поближе к одной из конструкций и с удивлением понимаю, что это остов какой-то гигантской твари! Я не спец, но на динозавра это существо не слишком похоже.

Хотя бы потому, что у него явно было целых три хвоста.

Обхожу диковину по периметру, надеясь углядеть ещё что-нибудь. И на кого-то натыкаюсь!

— Сестрица… — Ярослав прячет за спину ладони, в которых замечаю ледяной магический блеск.

— Молодец, — ерошу светлые волосы брата. — Подготовился. В отличие от меня, кстати.

— Я чуть… — он покаянно опускает голову. — Чуть не атаковал тебя… Прости.

Усмехаюсь:

— Вообще-то ты правильно делаешь. А вот я расслабилась. Шатаюсь по божественному плану как у себя дома. Будто ни одного злыдня тут на день пути не сыщешь…

— Ну и что! — брат вскидывает на меня сверкающие глаза. — Пусть нападают. Ты всех победишь!

— Тогда тебе тем более не стоит переживать, — пожимаю плечами. — Если «всех», то и тебя тоже.

Брови Ярослава сходятся к переносице:

— Ну нет. Я точно сильнее.

— А ещё скромнее, ага, — треплю его за мягкую щёчку.

Ярослав сердито высвобождается из моей хватки.

— Истинному воину скромность не к лицу! — заявляет.

— Ишь ты, как заговорил, — изумлённо цокаю языком. — Давно ли я тебе слёзы рукавом вытирала?

— Никому не рассказывай, — бурчит брат. И крепко обнимает.

— Ни за что в жизни, — обещаю торжественно.

А кошки, и так скребущие на моей душе, утраивают усилия. Совсем скоро память об этом довольно трогательном моменте обернётся для Ярослава обидой и горечью.

Ещё бы!

Не понаслышке знаю, каково это, когда предаёт близкий человек…

Как будет правильнее? Рассказать всё сейчас, раз уж посчастливилось с ним заранее встретиться? Или понадеяться на великий русский авось?

— Я не знаю, как сказать, — продолжает тем временем брат. — Но спасибо тебе, сестрица… Я тебя люблю!

Ответные слова сухой царапающей коркой застревают в горле.

Надо же, оказывается, я тоже умею чего-то бояться. Я уж и забыла, каково это — по-настоящему заботиться о чувствах другого человека. И, честно говоря, жилось без этого как-то проще.

Но если б у меня была возможность что-то изменить в своей жизни, я бы не стала этого делать. Хочу, чтобы мы с Ярославом продолжали оставаться родственниками.

И плевать, что я в этом мире чужачка. Наоборот. Именно сейчас мне кажется, что я наконец-то нашла своё место. Теперь я пойду на всё, чтобы защитить то, что мне дорого.

— Послушай, Ярослав, — отстраняюсь от брата и заглядываю ему в глаза. — Хочу рассказать тебе кое-что важное. Дело в том… что я не твоя сестра.

Мальчик не выглядит удивлённым. Скорее, опечаленным. Будто он давно обо всём догадывался и лишь ждал подтверждения.

— Я… — начинает он.

И сразу замолкает — совсем рядом раздаëтся душераздирающий треск!

Костяной остов, рядом с которым мы находимся, вздрагивает. И осыпается вниз мелким крошевом.

— …ничего не делал! — заканчивает Ярослав совсем не тем, что собирался сказать.

Но это и так понятно. Потому что среди обломков то здесь, то там закручиваются небольшие смерчи. Поднимают костяной мусор — и складывают его по-новому, в более мелких тварей.