Песенка про любовь (СИ) - Гойдт Юлия

Кошачий народ суетился и беспокоился. Я подхватила мерный стакан и принялась заполнять лотки. Да простит меня мадам Люси, стаканчики насыпались с горкой и придерживались ещё ладонью. Царица Савская отказывалась есть, пока её не возьмут на руки и не выгладят со всевозможной тщательностью. Нагладился с неё, к слову, внушительный комок голубого пуха. У меня на шее болтался мобильник с поставленной на повтор минусовкой пресняковского «Странника». Царица Савская нюхнула аппарат и неодобрительно фыркнула, за что была немедленно отправлена назад в клетку.

Я налила воду в пустые поилки и занялась вычёсыванием персов. Почти все они перенесли процедуру со стоическим достоинством. Вот только миниатюрная мерзость по имени Карина Шах Севан Тобиас жалобно стенала и втыкала в меня свои совсем неминиатюрные крючки. Потом все обитатели отдельных клеток принялись дружно и остервенело копать и не успокоились, пока я не перемыла поддоны. Завершила я своё первое рабочее утро с метёлкой.

- Это лишнее, - сообщила мне мадам Люси, не удержавшаяся и явившаяся проверить меня. – Доброе утро, Полиночка.

Мы с ней обсудили скверный характер Карины и я рванула домой, чтобы перекусить перед тем, как идти в университет. По какому-то наитию я позвонила Артёму. Ответили только на двенадцатый вызов.

- Ну чего? – простонал лицедей.

- Ёлки! – напомнила я. – А у Лариски зачёт. Пусть идёт ко мне.

По дыханию было слышно, что Артём вскочил и мечется по квартире. Голос, тем не менее, у него не изменился.

- Пусть ещё поспит…

- Суворин! – яростно выдохнула я. – Убью! Лариска – староста!

- Да хоть председатель правительства, - буркнул Артём и отключился.

Лариса прибежала минут через пятнадцать.

- Спасибо, что разбудила, - сказала она.

Я кивнула и налила вторую чашку кофе. Лариска была сонная и невероятно красивая. Она осунулась, в глазницах залегли восхитительные сиреневые тени. Скулы заметно подтянуло. Да и вся она теперь была хищно гибкая и томная, как Царица Савская. Я улыбнулась в чашку. Так вот как выглядит это со стороны…

- Дать тебе что-нибудь переодеться? – спросила я.

Лариска умоляюще взглянула на меня. Я отправила её в душ и устроила налёт на свой гардероб. Блузки отпадали сразу. У Лариски грудь была не в пример пышнее моей. Я перебрала трикотаж и остановилась на ещё не ношеной вещи. Я опасалась только, что подаренный мне бабкой Лидией пуловер утопит Лариску в своих недрах. Она была на полголовы ниже меня. Но как ни странно, пуловер отлично подошёл. Рукава только пришлось подвернуть. Лариска сделалась похожей на задиристого подростка. Я не удержалась и щёлкнула её мобильником.

- Все меня фотографируют в последнее время, - удивилась Лариса. – Вчера замучили просто.

Я кивнула. Накануне в общаге очень много фотографировались. Девчонки просто сдурели от счастья, заполучив в своё общество Артёма, и буквально висли на нём, позируя для портретов. А парни под предлогом фотосессии старались потискать Ларису. Утомительный был вечер.

Я показала Лариске снимок. Реакция оказалась неожиданной.

- А это кто? – спросила меня Лариса.

Я засмеялась и повернула её к зеркалу.

- О-ой, - сказала Лариса. – Что это со мной? О, я похудела, а?

Я с ухмылкой согласилась, и мы отправились в универ. Перед дверью аудитории уже толпилась первая пятёрка самых смелых. Не наблюдалось только постоянного лидера всех без исключения мероприятий такого рода. Я позвонила Манере.

- Где Марков? – спросила я без всяких предисловий.

- Он… одевается, - с едва заметной запинкой ответила Манера.

- Жив! – успокоилась я. – Давайте скорее!

Лариска прискакала из деканата с зачётной ведомостью и исчезла за дверью аудитории. Минут через пять нас пригласили. За отсутствием Маркова действие пришлось открывать мне. Билет попался удачный, и через двадцать минут я уже обрела преподавательскую роспись в зачётке и свободу.

Народу перед аудиторией прибавилось. У меня принялись расспрашивать, в каком настроении экзаменатор, и стенать по поводу садистского назначения зачёта на второе января. Я ухмыльнулась, обозрев припухшие физиономии одногруппников, и отправилась в библиотеку. Там было пусто. За кафедрой сидела милейшая Вера Ивановна.

- О, Гаймуратова! – узнала она меня. – Вам чем-то помочь?

Я призналась, что мне нужен интернет. Вера Ивановна развела руками.

- Только послезавтра пройдёт оплата, и тогда подключат…

Я чуть не хлопнула себя по лбу. Ну, конечно! Как же я забыла? Я поздравила библиотекаршу с новым годом и вернулась на наш этаж. Там уже наблюдалась вся общежитская диаспора. И с ними Юрка. Он поздоровался, но как-то странно. Всё время прятал глаза. Я приписала это неловкости за вчерашнюю алкогольную невоздержанность. Снежана раздавала всем фотки со вчерашнего вечера, которые распечатала по дороге в университет. Мне досталась общая, где среди кучи девиц восседал развесёлый Артём. Я получилась немного в сторонке от этого счастливого клубка. Вид у меня был надутый и какой-то глупый при этом.

Я поблагодарила Снежку и обратила внимание, что она ссорится с Вовкой.

- Что случилось? – спросила я.

- Вот! – Вовка сунул мне под нос фотку.

Понятно, там была Снежана, и её обнимал Артём. Как-то очень интимно.

- Ну и что! – сказала я.

Вовка сердито фыркнул и снова кинул на Снежку свирепый взгляд.

- Стоит только отвернуться, и ты уже лижешься с кем попало!

Снежка вылупила на него удивлённые глаза.

- Где я был в этот момент? – грозно сказал Вовка.

- Вообще-то это ты фотографировал, - сообщила Снежка.

Вовка онемел, а я не выдержала и захохотала. Народ сразу кинулся узнавать, в чём дело. Я несколько раз начинала рассказывать, но мне это так и не удалось. Снежка похлопала меня по плечу и рассказала сама. Заржали хором.

Дверь в аудиторию открылась, и вышел мрачный Марков с опущенной головой. Повисла мгновенная тишина.

- Юр, - осторожно окликнула его Лариса. – Ты завалил зачёт?

Юрик вскинул голову.

- Что? – переспросил он. – Да нет, что ты… Пойду я. Удачи всем…

Некоторое время мы с Ларисой смотрели ему вслед, а потом Лариска безошибочным броском выудила из толпы Степашку.

- Что случилось? – строго спросила она.

- А, - сказала наивная Степашка. – Он переспал с Манерой.

Лариска наступила ей на ногу, сделав страшные глаза, и потерянно взглянула на меня. Не скажу, что новость мне понравилась. По правде говоря, я почувствовала себя ограбленной. Хорошее настроение моментально испарилось.

- Я тоже пойду, - вздохнула я.

- Я с тобой, - сразу сказала Лариса.

- Тебе надо ведомость забрать, - напомнила я.

- Попозже вернусь, - решила Лариска.

Я взяла себя в руки.

- Не суетись, - сказала ей. – Всё в порядке.

Я заткнула уши наушниками плейера и врубила «Странника», махнула всем на прощание и отправилась в сторону главной лестницы. Уже сворачивая на неё из коридора, поймала себя на том, что шагаю с секундной задержкой, в такт гитарным переборам. Представила, как идиотски это выглядит со стороны, и помчалась вниз большими скачками. Вообще-то я надеялась перехватить Юрку. Но он успел смыться. Зараза неблагодарная!

Я отправилась пешком до ближайшего супермаркета, купила коробку сока и поехала к Игорю. К нему меня не пустили. Баба Юля с загадочным видом не разрешила даже пройти к папе.

- Что? – испуганно спросила я. – Уже? Они на операции, да? Давно?

Мерзостная баба Юля пожала плечами. Тогда я демонстративно взялась за телефон. Сообразив, что сейчас будет лишена привилегий первоисточника, бабка нехотя сообщила мне, что всё началось в одиннадцать. Я глянула на часы. Ого! Было уже два пополудни!

- И всё ещё не закончили? – почему-то шёпотом спросила я.

Бабка важно кивнула. Тогда я села на диванчик в приёмной. Меня затрясло.

- Полечка, чайку? – снизошла бабка.

Я покачала головой. У меня в ушах так и крутился «Странник». Я зажалась и стала тупо ждать. Папа, вызванный бабкой, спустился ко мне, когда за окнами снова стало синеть. Я поднялась навстречу. Папа притянул меня к себе и неожиданно погладил по голове. Так он не делал уже очень давно.