Великий фетиш - де Камп Лайон Спрэг

— Вот как всё было, госпожа. Я доктор Боэрт Халран, философ из университета Данна. Я занимаюсь экспериментами беспримерной важности…

Халран углубился в технические детали воздухоплавания, которые становились всё более непонятными, и наконец Катлин не прервала его:

— Полагаю, вы говорите на англонианском, хотя это не имеет значения. Я просто должна заметить, что вы, философы, можете ожидать от нас наименьшего милосердия, так как с помощью своих изобретений вы пытаетесь воспроизвести все чудеса, которых мы добиваемся магией, лишая нас этим средств к существованию. Хорошо, толстяк, теперь ты расскажи свою историю, и старайся говорить по существу, а не как этот старый олух.

Марко сказал:

— Госпожа, меня зовут Марко Прокопиу, я помощник доктора Халрана. Он изобрёл этот воздушный шар, как он пытался вам сообщить. Мы вылетели на нем в Виен, но ураган сбил нас с курса, поэтому нам пришлось приземлиться а Афке. Когда мы убедили афканцев отпустить нас, штиль отсрочил наше возвращение домой, поэтому пришлось садиться здесь. Мы искренне просим прощения за нарушение, и готовы улететь, как только сможем накачать шар, предполагая, что ветер не изменится.

— Интересная история, — сказала Стрингиарх. — Скоро я узнаю, правдива ли она, и что с вами делать. Бросьте их в камеру и вызовите главную предсказательницу.

Солдаты-женщины провели Марко и его спутника по залам, поворачивая то туда, то сюда, пока Марко не запутался. Они спустились по лестнице, прошли в дверь с бронзовой решеткой, которая захлопнулась за ними, и дальше в камеру с подобной же дверью. Охранницы заперли и эту дверь и ушли. Пленники остались в полутьме, разгоняемой слабым светом фонаря, висевшего на стене дальше по коридору.

Ничего не происходило так долго, что Марко подумал, будто наступил новый день. Обычно подвижный Халран сидел, обхватив голову руками и бормоча:

— Ох, каким же глупцом я был, что так распорядился своим шансом! Теперь мы точно погибнем…

— Тише, — рыкнул Марко. — Кто-то идёт.

В коридоре слышались легкие быстрые шаги. Кто-то остановился у решётки, и Марко понял, что это была самая молодая девушка, которая первой встретила их на Мнаенне.

— Синти! — сказал Марко.

— Не кричи! — ответила она. — Вы должны исчезнуть, потому что они решили убить вас, и я… Если только… и, должно быть, скоро, потому что… Поэтому я дам вам…

— Успокойся, дитя, — сказал Боэрт Халран; его отчаяние осталось в прошлом.

Синти сглотнула и продолжила:

— Иерархия решила убить вас.

— Почему? — спросил Марко. — Что мы сделали? Неужели они не судят людей, как в цивилизованных странах? Даже афканцы решили, что мы безвредны.

— О, вас судили.

— Я не знал этого.

— Ну, суд здесь отличается от континентального. Судит ворожба.

— Как?

— Да, так. Метод ворожбы выбирается наугад из книги Пророчества, когда кинжал вонзают между страницами. В вашем случае выпал метод марван-транса. Предсказательница вошла в транс и увидела ваши шеи на алтаре, и стрингиарха, отрубающую ваши головы твоим же топором во славу Эйнштейна.

— Ох! — сказал Марко.

— Я не должна была об этом знать, но я подслушивала через щель в двери. Они спорили. Мара возразила, что так можно разобраться с доктором Халраном, господин Прокопиу не будет мирно держать голову на алтаре. Он может освободиться и начать рубить их. Валри, епископ, сказала, что стрингиарх недостаточно сильна, учитывая её возраст и то, что у господина Прокопиу толстая шея, поэтому она может промахнуться и повредить алтарь. Клаер была против процесса, так как считала его варварством, ведь на Мнаенне человеческих жертвоприношений не случалось около столетия.

Марко спросил:

— Так почему они не передумали?

— Катлин настояла. Она очень набожная, знаете ли. Но она признала, что не сможет аккуратно отрубить тебе голову. Поэтому утром сюда пришлют воинов расстрелять вас из арбалета. Потом они вытащат ваши тела наверх, положат их на талисманный стол напротив алтаря и ритуально отрубят вам головы, возможно, отпилят.

— О, боги! — воскликнул Халран. — Это ужасно. Марко, сделай что-нибудь! Придумай что-то! Вытащи нас отсюда!

Марко спросил:

— Синти, ты говорила, что можешь нам помочь.

— Могу.

— Как?

Синти протянула связку ключей.

Марко сказал:

— Что нам делать, когда мы выберемся наружу?

— Не знаю. Я думала, вы могли бы протянуть веревочную лестницу, спуститься вниз и взять одну из наших рыбацких лодок.

— Какого они размера?

— О, один или два человека могут управлять ими. Но я забыла об охране, которая размещена у лестницы, откуда могут проникнуть захватчики.

Халран произнёс:

— Сомневаюсь, что такое маленькое судёнышко сможет переплыть море. Но если бы мне помогли наполнить воздушный шар…

Синти спросила:

— Что вам нужно для этого?

— Возможно, дюжина рук и запас торфа. Я мог бы рассказать, как надуть мешок, и к утру мы могли бы отправиться.

Марко проворчал:

— Так и вижу, как старая стрингиарх говорит: да, господа, с радостью. Если только… — он повернулся к Синтии. — А где она сейчас?

— Спит, я полагаю. Все легли спать, кроме ведьмы, которая стоит на страже храма. Поэтому я так легко украла ключи.

— Вы не держите здесь серьёзной охраны?

— Зачем? Здесь почти не совершают преступлений; камеры не используются месяцами. Мы держим отряд ведьм на скале, чтобы защищаться от внешних врагов.

— Где спит стрингиарх? — спросил Марко.

— В конце второго этажа четвертого крыла. Идёте вверх по лестнице, поворачиваете налево, проходите по залу, вверх по другой лестнице и обратно к центру…

Марко попросил Синти несколько раз медленно повторить сложный маршрут, пока не подумал, что запомнил его. У неё была раздражающая женская привычка указывать направления «вверх» или «вниз», и Марко стоило некоторых психологических усилий переводить эти указания на язык направлений компаса.

Синти сказала:

— Надеюсь, вы не собираетесь навредить Катлин. Хотя я и не люблю её, но не хочу быть соучастницей её убийства.

— Конечно, нет, — ответил Марко. — Я хочу убедить её отдать приказ, чтобы нам помогли.

Он протянул руку за ключами, но Синти отодвинулась от решетки, сказав:

— О нет, есть одно условие.

— Какое?

— Вы должны взять меня с собой.

— Что? — Марко обменялся взглядами с Халраном, который сказал:

— Боюсь, моя дорогая, наш воздушный шар не выдержит так много веса.

— Он выдержит меня и одного из вас, не так ли?

— Ни один из нас не бросит другого, — ответил Марко.

— Нет путешествия — нет ключей, — заявила Синти.

— Перестань! — произнёс Марко. — Почему ты так хочешь уехать?

— Потому что я ненавижу это место. Мне до смерти скучно. Я не хочу стать пиромантом и провести всю жизнь, пялясь в огонь в поисках видений. Думаю, это всё чепуха. Я хочу быть домохозяйкой, как женщины на материке, хочу мужа и собственный дом…

В её глазах сверкнула слеза.

Марко подумал и сказал:

— Я с радостью возьму тебя, но доктор Халран знает, о чём говорит. Нет смысла брать всех, только чтобы опуститься на море пять минут спустя. Говорю тебе…

— Говоришь мне что? — спросила она, и Марко умолк:

— Клянусь всеми богами, что если ты поможешь нам выбраться отсюда, я сделаю всё возможное, чтобы вернуться и забрать тебя.

— Ну…

— Подумай, — продолжал Марко. — Я византианец. Ты слышала, не так ли, как все византианцы соблюдают клятвы?

— Д-да, хотя, подозреваю, ты не всегда так порядочен, как заявляешь, — Синти снова заколебалась. — Хорошо, я сделаю это. Но если ты меня обманешь, я нашлю на тебя все колдовские заклятья из арсенала Мнаенна.

Марко улыбнулся:

— Я думал, ты не веришь в них.

— Я не совсем не верю в них. Некоторые могут сработать. Вот, держи ключи, но дайте мне время вернуться в спальню перед побегом. Не хочу, чтобы меня как-то связали с этим делом.