Тимбер - Тейт Джеймс

не имела, который был час, но могла предположить, что его вытащили из постели, чтобы он был здесь. — Я знаю, вы уже говорили мне раньше, но напомните мне еще раз. Примерно, как часто вам вводили эти препараты?

Я изложила ему относящиеся к делу факты жестокого обращения со мной, пока он осматривал меня, рассказала о наркотиках, когда попросила прекратить вводить мне морфий.

— Я не могу сказать точно, — призналась я. — Чертовски часто. Но с момента последней дозы прошло не менее двадцати четырех часов. Или дольше. Время было... текучим.

Мария издала какой-то звук вполголоса, и выражение ее лица говорило о том, что она хотела бы собственными руками добраться до моего похитителя.

— Это хорошо, — пробормотал Док. — Похоже, пока что вы неплохо справляетесь с отменой, но следующие несколько дней могут быть немного тяжелыми. Время покажет.

Это не было чем-то таким, к чему я не была морально готова с того самого момента, как Чейз впервые накачал меня. — Со мной все будет в порядке, — заверила я его. — Ничего такого, через что я бы не проходила и раньше.

В любом случае, только PCP и GHB могли вызвать у меня неприятный период отмены. И я подозревала, что немного пострадала от этого, пока меня лихорадило от моей инфекции. Маленькие победы.

Док поморщился. — Ну, восстановление в любом случае будет медленным. Мы говорим о неделях, а не о днях.

Я стиснула зубы, но спорить с ним не стала. Это было бессмысленно, когда он просто высказывал мне экспертное мнение. Я могла бы поспорить об этом со своим собственным телом после того, как он уйдет.

— Мы позаботимся о том, чтобы Лукас был в курсе всех лекарств и инструкций по уходу, — продолжил Док. — Он произвел на меня впечатление своей работой еще до того, как я попал сюда; я думаю, вы будете в хороших руках.

Этот комментарий заставил меня выдавить улыбку, когда они вдвоем собрали последние свои вещи и направились к двери. Мария остановилась после ухода мужа и долго смотрела на меня.

— Хотите, я пришлю этих мальчиков посидеть с вами?

Я на мгновение задумалась над ее вопросом, закрыв усталые глаза. Затем покачала головой. — Нет. Мне просто нужно побыть одной.

Мария слегка вздохнула. — Нет, не нужно. Но я скажу им, чтобы они пока оставили вас в покое. Звоните мне в любое время, Аид. Или Наде. Мы здесь ради вас.

Это заявление чуть не довело меня до слез, и я сильно прикусила щеку, чтобы сдержать их. Я просто слабо улыбнулась ей в знак признательности и откинулась на подушки, когда она вышла из комнаты.

Дверь со щелчком закрылась, и я мысленно досчитала до ста, ожидая, когда дверь снова откроется. Только достигнув ста, я позволила напряжению покинуть мое тело и дыханию вырваться из легких.

Тогда, только тогда, я позволила себе развалиться на части.

Все то время, что Док и Мария были здесь, я была чертовски сильной, собранной и спокойной, но у меня ничего не осталось. Мои стены превратились в пыль, и беззвучный крик раздирал мою грудь. Когда слезы, наконец, покатились, я знала, что их не остановить. Поэтому так осторожно, как только могла, я свернулась в клубок и зарыдала в подушку, давая волю эмоциям. Но я молчала. Всегда молчаливая и одинокая.

Но я была не одна. Как раз в тот момент, когда я почувствовала, что моя душа разорвана в клочья и ее невозможно восстановить, а разум раскололся, как разбитое зеркало, приглушенный звук голосов прервал мою агонию.

Касс и Лукас... и Зед. Они горячо спорили возле моей комнаты, но они были здесь. Я была не одна. Я никогда больше не буду по-настоящему одинока, и это знание успокоило меня настолько, что я наконец заснула.

7

— Т

ы же не думала, что сможешь так легко сбежать от меня, правда, Дарлинг? — Жестокие слова Чейза дразнили меня, насмехаясь, когда я резко проснулась. Я снова была в его камере. Все это было просто чертовым наваждением. Все это.

Слезы навернулись мне на глаза, но я проглотила их. Это был самый настоящий эпизод, и я изо всех сил пыталась отделить реальность от вымысла. Даже сейчас, когда надо мной склонилось хитрое лицо Чейза с повязкой на глазу, я все еще чувствовала тепло одеял. Мягкость подушек.

— Готова играть? — риторически спросил мой психованный похититель. Он схватил меня за волосы, используя их, чтобы поднять с кровати, и потащил к глубокому ведру с водой, которое он приготовил.

Я боролась с его хваткой, вцепившись в его руку, пытаясь ослабить хватку, но знала, что это бессмысленно. Это было всегда бессмысленно. Что бы я ни делала, это не останавливало его, когда он на что-то решался. Особенно это.

— Сделай глубокий вдох, моя сладкая, — промурлыкал он, заставляя меня опуститься на колени перед водой. Я сделала, как мне сказали, на горьком опыте убедившись, что другого шанса у меня не будет. Мгновение спустя мое лицо было закрыто матерчатым мешком.

Я украдкой сделала еще один быстрый вдох, затем мою голову опустили в ведро с водой. Хватка Чейза на моей шее была как стальная, совершенно безжалостная, ткань мешка промокла насквозь, а мои легкие горели. Как всегда, я считала в уме, но он никогда не держал меня так долго.

Как раз в тот момент, когда паника захлестнула меня, и мое тело закричало мне сделать вдох, он поднял меня обратно, и я вслепую потянулась, чтобы удержаться на ногах. Однако было невозможно вдохнуть полной грудью. Пропитанная ткань прилипла к моему лицу, как вторая кожа, и я задыхалась, когда он раздвинул мои ноги и опустился на колени позади меня.

— Вот и все, — промурлыкал он, когда я задыхалась, отчаянно пытаясь набрать достаточно кислорода, прежде чем он снова толкнет меня вниз. — Прекрасно.

Я отпрянула, когда его рука погладила меня по спине, осознавая, что будет дальше.

Но внезапно его рука снова легла мне на плечо, встряхивая меня. Какого черта он сейчас делает? Неважно, это не имело значения. Если бы это задержало его погружение моего лица обратно в воду хотя бы на мгновение, я бы согласилась.

Он встряхнул меня сильнее, его слова заглушил шум в моих ушах. Недостаток кислорода. Вероятно, я скоро потеряю сознание, и он кончит в мое бессознательное тело.