Характер и судьба. Как научиться управлять своими эмоциями и построить счастливые отношения в зависимости от темперамента - Людмила Николаевна Собчик

с младых ногтей исключительно одаренным в сочинительстве стихов, он с искренней откровенностью отражал свои похождения в поэтической форме, что и сделало истории его любовных приключений достоянием всего человечества. Досужие домыслы по поводу «ста женщин» Пушкина – сильное преувеличение: в этот список он включал и те влюбленности, которые остались без взаимности. А кроме того, большинство объектов обожания он кружил ореолом такого романтизма, который обессмертил их имена, и им можно только позавидовать. К слову, как откровенно признавались Лев Толстой, Иван Бунин, Александр Куприн, Николай Некрасов и многие другие великие писатели и поэты, они нисколько не уступали Пушкину в своей влюбчивости и количестве любовных связей. На этом фоне Александр Сергеевич выгодно отличался тем, что он, как никто, умел возвести на высокий пьедестал обожаемую женщину, увековечивая тем самым и пережитое чувство, и ее саму. И в этом не было ни грана пошлости. После женитьбы он и вовсе стал примерным, любящим супругом, дорожил семьей, любил своих деток.

А вот другой, известный современный поэт (не буду называть его имени) в свои сорок лет во всеуслышанье приглашал друзей отметить «свою трехсотую женщину». Но в этом не было ничего, кроме вопиющей пошлости, глупого тщеславия и так называемой гиперкомпенсации, заключающейся в бессознательной попытке преодоления ущемленности не слишком привлекательного мужчины.

Кто был действительно весьма деликатным в отражении любовных отношений, так это Антон Павлович Чехов, который не допускал ни в свою жизнь, ни в литературные произведения излишней чувственности и, тем более, пошлости.

В любви большинство спонтанно-неустойчивых личностей в основном предпочитают секс, пренебрегая «сантиментами», ценят авантюрный компонент и риск в любовных контактах, придающий особую остроту отношениям. Мужчины этого типа в женщине не ищут «изыска»: их привлекает само женское начало во всех его проявлениях. Их идеал – блондинка с длинными ногами, но и все остальные варианты им тоже не безразличны.

Ярким литературным примером человека, вечно ищущего любовных приключений, может быть Дон Жуан. Он был полон обаяния, ни одна женщина не могла устоять перед его натиском, даже только что овдовевшая и добродетельная донна Анна. Какими красками изображает В. А. Моцарт его дуэт с Церлиной в опере «Дон Жуан»! Завороженная его сладкими речами красотка постепенно сдается («Ах, я теряю силы…»). Существовал ли он на самом деле, или это только плод фантазии и миф? Как бы то ни было, в усыпальнице прославленных людей в Эскориале (под Мадридом) я видела надгробье Дон Жуана в белом мраморе: миниатюрная фигурка, изысканно нежная кисть руки покоится на груди в пене мраморных кружев.

Другой, не менее прославленный обольститель женщин, реально существовавший, – это Казанова, владевший и пером, и шпагой, красноречивый и авантюрный, всепобеждающий красавец.

Таким же ветреником предстает перед нами герцог в опере Верди «Риголетто».

Сердце красавиц

Склонно к измене

И к перемене,

Как ветер мая,

– поет он фактически о самом себе. Как потрясающе звучит в финале оперы знаменитый квартет:

«О, красавица младая,

Я – твой раб, на все готовый,

Ты одним, одним своим лишь словом

Можешь боль души моей уврачевать,

– поет герцог, обращаясь к предмету своей новой страсти – цыганке. Она лишь хохочет в ответ, зная цену его признаниям. Глухо и угрожающе звучит партия мстительного Риголетто, отца погубленной герцогом несчастной Джильды, и над всеми этими голосами взвивается ввысь песня всепрощающей любви: Джильда, которая жертвует своей жизнью, спасая любимого от мести своего отца.

Присуще ли коварство в любви только мужской половине человечества? Импульсивно-спонтанные женщины ведут себя примерно так же, как и мужчины этого типа. Игра мускулов привлекает их внимание больше, чем игра интеллекта. Неверные сами, они легко переносят измену мужчины, предварительно выразив в гневной форме уничижительную оценку в его адрес.

Обаятельная красавица Кармен, та, что поет «У любви, как у пташки, крылья…» (в опере Ж. Бизе), – одна из таких натур. Она не столько плод фантазии Проспера Мериме, сколько – собирательный образ, бытующий в реальной жизни. «Любовь свободна, век кочуя, законов всех она сильней» – вот ее кредо. Трудно представить Кармен покинутой и страдающей от неразделенной любви. Она сама заставляет страдать других, легко дарит свою любовь и так же легко ее отнимает, даже если это стоит ей жизни. Свобода, независимость для нее важнее всего.

Основное свойство спонтанно-импульсивных личностей – противодействие общепринятым порядкам и нормам поведения. В связи с этим они способны пренебрегать морально-нравственными критериями своего окружения, следуя зову эгоцентрических, в том числе чувственных, побуждений.

Будучи непосредственными, как дети, в своих чувствах и поступках, они всегда убеждены в своей правоте, вытесняя из сознания всю ту информацию, которая заставила бы их почувствовать укоры совести. Все, что некомфортно, для них неприемлемо. Лица данного типа обычно не «застревают» на негативных переживаниях, отходчивы и легко переключаются на другие аспекты окружающей жизни.

Коррекция отношений больше должна адресоваться «потерпевшей» стороне, которой нужно взвесить все «за» и «против» и сделать выводы: терпеть или не терпеть.

Попытки коррекции стиля поведения импульсивного эгоцентриста практически бесполезны: интеллектуалы и сами все понимают, клянут свой характер, но не могут ничего с ним поделать, а более примитивно устроенным людям, живущим проблемами сегодняшнего дня, и понять этого не дано.

Нередко приходится в большей мере рассчитывать на приспособление «среды» к характеру индивида, чем на изменение его установок. Среди других методов социотренинг – наиболее приемлемый способ коррекции склонности к импульсивным порывам такого рода личностей.

К сожалению, описанные выше эмоционально незрелые, импульсивные личности нередко являются благодатной почвой для развития пристрастия к алкоголю. Привычное пьянство в свою очередь постепенно приводит к алкоголизму. Провести грань между бытовым пьянством и алкоголизмом очень трудно, а сами пьющие не в силах признать себя алкоголиками, что значительно затрудняет попытки окружающих остановить их и уберечь от пагубного влечения. В результате рушится система межличностных отношений, а все тонкие нюансы в сфере чувств – так же, как и в сфере эротики – исчезают.

Систематически пьющие люди в сексуальной жизни отличаются непостоянством и неразборчивостью в контактах, стремлением расширить «зону взаимодействия» с противоположным полом при выраженной поверхностности в отношениях и снижении потенции. В эмоциональной сфере происходит душевное огрубление, что проявляется агрессивными проявлениями, циничными высказываниями, безответственностью в семейных отношениях. Страдания близких таких людей нисколько не трогают. Попытки взывать к порядочности ни к чему не приводят, так как проблема нравственности для них фактически не существует, а иерархия ценностей в процессе деградации личности