Характер и судьба. Как научиться управлять своими эмоциями и построить счастливые отношения в зависимости от темперамента - Людмила Николаевна Собчик

и элемент собственнических притязаний в отношении объекта привязанности, и зависть к сопернику, и страдания из-за предполагаемой неверности, часто мнимой и надуманной.

В основе обостренной, некорригируемой ревности лежит не всегда осознаваемое чувство невозможности полного владения другим человеком, его полного поглощения, подчинения себе. То, что любимый человек или по закону принадлежащая «половина» может себе позволить свободно перемещаться, где-то бывать и с кем-то общаться, заниматься другими делами, помимо заботы о его (ее) собственной персоне, кому-то улыбаться или (не дай Бог!) высказывать кому-то свои симпатии, воспринимается как посягательство на его (ее) права, как измена и предательство.

К брутальным (некорригируемым, агрессивным) формам ревности больше склонны мужчины. Напрашивается для примера шекспировский образ Отелло. Но только ли чувство собственности и яростная ревность мавра привели к гибели Дездемоны? Если вспомнить его реплику «Она меня за муки полюбила, а я ее – за состраданье к ним», то есть над чем задуматься: Отелло – мавр, представитель другого этноса, вышедший из низов благодаря своим воинским талантам. Он явно испытывает нечто вроде комплекса неполноценности, особенно – в семействе итальянского вельможи. Отсюда его настороженность, подозрительность, недоверие, ну и плюс ко всему – африканский темперамент.

И тут невольно всплывает другая ассоциация, другой образ – тоже с африканскими корнями. Был ли Пушкин ревнивцем? В молодости он по характеру больше напоминает спонтанно-независимую личность. Но с годами, как мы уже здесь говорили, эти черты сглаживаются, в то время как педантизм и связанная с ним склонность к ревности только возрастают. Он бесконечно нежно любил свою Натали. Видя ее успехи на придворных балах, что, конечно, кружило ей голову и провоцировало проявление кокетства, Пушкин говаривал: «Ты играй, женка, но не заигрывайся…». В конце одного из своих поздних стихотворений он пишет, думая о ней: «Не правда ль: ты одна?.. Ты плачешь? Я спокоен… Но если…» Возможно, затаенная в этом «если» угроза не нашла бы себе выход в столь пагубном взрыве ревности, когда не нашлись бы злобствующие клеветники, которые (как позже писал Ю. М. Лермонтов)

Для потехи раздували

Чуть затаившийся пожар?

И вот свершилось ужасное, вызвав на дуэль соперника, поэт погиб:

Угас, как светоч, дивный гений,

Увял торжественный венок.

Чувство ревности следует рассматривать в контексте той или иной ситуации, принимая во внимание разные мотивы и масштаб личности. Совсем другое дело, когда ревность проявляется как патология, и тогда из черты характера она перерастает в бредовую концепцию, а личность становится социально опасной. Такому развитию способствует нарастающая импотенция при алкоголизме и грубых проявлениях атеросклероза головного мозга.

Не обязательно все педантично-ригидные личности ревнивы, но они часто отличаются выраженными чертами доминантности, деспотической властности. Они склонны проявлять упорство и настойчивость в достижении цели, а если не встречают ответной уступчивости, то взрываются реакциями негодования, которые могут достигать чрезвычайного накала и сопровождаться враждебными высказываниями и агрессивными действиями. Особенно жестокий и непримиримый характер приобретают такого рода баталии, когда обе половины любовного (или брачного) альянса обладают чертами ригидности.

Только высокий интеллект и привитые этические нормы поведения помогают личностям этого типа контролировать свои эмоциональные взрывы и агрессию.

Из мер воздействия наиболее эффективными могут оказаться те, которые ведут к обесцениванию того, чем индивид хочет обладать («Не стоит из-за этого так переживать!»), объяснения, из которых следует, что нагнетание аффекта принесет вред его здоровью («Не сердись, у тебя повысится давление!»). Переубеждение здесь не даст желаемого эффекта.

В противоположность ригидным педантам личности с повышенной тревожностью в близких отношениях легче других берут на вооружение те правила игры, которые им навязывает другая сторона. Однако уступчивость и склонность к самопожертвованию, то есть мазохистические черты, нередко вызывают у партнера по браку неблагодарное стремление злоупотреблять этими качествами, а заниженная самооценка и высказываемый страх потерять привязанность не способствуют уважительному к ним отношению и сохранению чувства любви.

Работа психолога здесь сводится в основном к выравниванию уровня самооценки до устойчиво-позитивной у обоих супругов при разумном распределении преобладающих «сфер влияния» (каждый по-своему «главный», но в определенном круге обязанностей и интересов).

Групповые методы психотерапии, аутогенная тренировка, холотропное дыхание и нейролингвистическое программирование могут дать положительный эффект, особенно после коррекционных мер, направленных на снижение избыточной тревожности.

Индивидуализм и любовь

Типологическая черта, обозначенная в психологии как индивидуализм, присуща в той или иной степени педантично-ригидным интровертам, сензитивно-интровертным и спонтанно-педантичным личностям. Для тех и других характерны своеобразие взглядов, оригинальность манер, непредсказуемость поступков. Они весьма интересны в качестве собеседников, но чрезвычайно трудны в повседневной жизни. Обладая аналитическим складом ума и известной эмоциональной холодностью, они способны «анатомировать» переживания другого человека, оставаясь при этом эмоционально отстраненными, неспособными к сопереживанию. К тому же проблемы быта их отталкивают настолько, что легче не вовлекать их в эти дела вовсе, чем пытаться привить любовь к решению прагматических вопросов. Всякие выяснения отношений они презирают и искренне не понимают, что создают трудности для близких своими неожиданными поступками, рассеянностью, безответственностью, непрактичностью. Таких людей терпят, временами даже восхищаются их оригинальностью, но бороться с их эгоцентричностью совершенно бесполезно – все равно что плыть против течения, так как помимо необоримого индивидуализма они чаще всего отличаются еще и нарциссическими чертами, то есть самовлюбленностью.

Хорошее самопонимание, привитое искусным психологом, поможет человеку обрести бо́льшую самокритичность и освоить (в процессе социотренинга) необходимые навыки поведения, что проявится более щадящим отношением к близким.

Нейролингвистическое программирование здесь менее эффективно, а групповые методы психотерапии должны учитывать индивидуальные особенности человека, поэтому лучше включать участников тренинга в небольшие группы, подбирая сходных по уровню интеллекта и интересам людей.

Если индивидуализм сочетается с замкнутостью, сензитивностью, сосредоточенностью на внутренних переживаниях, то описанные выше особенности внешне менее заметны, хотя также являются камнем преткновения для налаживания гармоничных отношений. Здесь проблемы становятся очевидными не сразу из-за скрытности и молчаливости лиц такого типа. Внешне они могут проявлять уступчивость, но внутренний конфликт из-за этого только усиливается. Относясь пассивно или консервативно ко всяким переменам, они могут оставаться в рамках давно изжившего себя брака долгое время и, как правило, не являются инициаторами выяснения отношений и развода. Эмоции партнера разбиваются о молчаливую пассивность такого человека, как волны прибоя о скалу, но это не значит, что человек при этом не страдает. Он (или она) выстраивает свою концепцию сложившейся ситуации и пытается отнестись к ней фатально, как к неизбежности, ниспосланной судьбой, а поэтому, считают лица такого типа, «нужно нести свой крест и не