Капризы судьбы - Кэтлин Гивенс

Все изменилось с того времени, когда она побывала здесь в последний раз. Мария теперь королева и вела себя соответственно. Ее муж, Вильгельм Оранский, прочно обосновался на троне, и хотя Мария имела больше прав на престол, чем он, все согласились сделать их монархами, даже Анна, которая отказалась от короны в пользу Вильгельма. Но сейчас все уже забыто.

Анна, хотя и была принцессой, скатилась до уровня бедной родственницы. Ей резко сократили денежное содержание, в результате чего пострадали ее слуги. У Анны осталось совсем немного охранников, и незадолго до приезда Эйлин она стала жертвой грабежа. Принцесса пала духом и в открытую поносила свою сестру.

Ближайшая подруга и верная союзница Анны, Сара Черчилль, герцогиня Мальборо, без устали критиковала Вильгельма и Марию. Недавно она выступила в парламенте с жалобой на скудное содержание Анны, что положило начало новому этапу вражды между сестрами. Эйлин покорно выслушивала бесконечные стенания Анны и Сары по поводу финансового кризиса Анны и передавала короткие сообщения, которыми перебрасывались Анна и Мария. Ей казалось, что, уехав из Ронли-Холла, она попросту поменяла одну тюрьму на другую.

Поджидая Селию на верхней площадке лестницы, Эйлин рассеянно счищала иней с ближайшего окна. Окна комнаты, которую они делили с Селией, были закрыты ставнями и завешены гобеленами. И хотя подобные предосторожности позволяли избегать сквозняков, жить в замкнутом пространстве было очень тоскливо. Серый день постепенно угасал, во дворе темнело, но в сумерках еще виднелся голый зимний сад. Сердце Эйлин сжалось: она вспомнила прошедшие времена, когда были живы ее родители и Лондон казался ей огромной игровой площадкой.

– А потом, – продолжала Селия, подходя к Эйлин, – герцог предложил всем нам отправиться верхом в Корнуолл и убить дракона.

– М-м – пробормотала Эйлин.

– Вы меня не слушали? – Селия надула губки, но в глазах ее плясали веселые искорки. – Вы похожи на мою мачеху. Она говорит, что от моей трескотни можно сойти с ума, и поэтому, когда я с ней беседую, она думает о чем-то своем.

Эйлин засмеялась, но в голосе Селии сквозили горькие нотки. Девушка шутила над язвительными замечаниями своей мачехи, но именно из-за нее ей пришлось жить при дворе. Новая жена ее отца настояла на том, чтобы падчерица как можно скорее покинула дом.

«Мы с ней бедные, отвергнутые женщины», – думала Эйлин, открывая тяжелую дверь и вводя Селию в их крыло дома. – «Мы – женщины, которые вынуждены жить за счет милости других», – продолжала она свои грустные мысли. Девушка пригладила рукой свою поношенную шелковую юбку. На то, что в ближайшем будущем у нее появится новая одежда, рассчитывать не приходилось.

Приехав в Лондон и остановившись при дворе, Эйлин старалась не обращать внимания на наряды других женщин и не огорчаться, что в ее гардеробе всего несколько платьев. Она носила мамины жемчуга и серьги-капельки, которые по-прежнему оставались в моде, и сооружала новые прически, но не могла соперничать с богатыми придворными дамами – так же как и Селия. Впрочем юная красивая и жизнерадостная Селия вполне могла найти себе обеспеченного мужа, что было маловероятно для Эйлин. Эйлин каждый день думала о Бельмонде с того дня, как он покинул Ронли-Холл. Интересно, где бы она сейчас находилась, если бы приняла его приглашение и поехала к Маккензи? Как бы отнесся к ней ее дед, забывший о неудачном замужестве ее матери? Смогла бы она прижиться в Глен-Мозине, в окружении братьев своей мамы и их семей? Может, она зря поддалась страху перед неизвестностью? А что касается самого Бельмонда… Он вызывал в ее душе странное волнение. Впрочем, возможно, ее чувства усиливались от сознания того, что они больше никогда не встретятся. «Не говорите «adieu», – сказал он на прощание. – Мы с вами еще увидимся».

Эйлин приложила палец к губам, вспомнив его поцелуй, но быстро спохватилась и заставила себя вернуться к реальности. Обогнув последний угол, она распахнула дверь своих апартаментов.

Их окутало приятное тепло. Эйлин скинула с плеч тяжелый плащ и тряхнула головой, освобождая волосы. К ней поспешила пухлая молодая барышня Бесс – еще одна неприкаянная женщина, вдова голландца, знакомого Анны. Бесс стремилась всем угодить, но в ее глазах была тоска.

– К вам пришли, – сообщила она Эйлин.

Сердце Эйлин подпрыгнуло. Не будь дурой, одернула она себя. Он не приедет в Лондон. Если Бельмонд был тем, кем она его считала – шотландским помещиком, то ему просто опасно появляться в Лондоне. Мало ли что он сказал? У него нет причин ее искать.

– Кто?

– Говард Темплтон.

Говард Темплтон? Как давно она не слышала имени лондонского приятеля ее отца, с которым отец часто вместе уходил в запой. Он всегда по-доброму относился к Эйлин и ее маме и был одним из немногих, кто не побоялся прийти на похороны ее родителей. Интересно, что его сюда привело? Она отвернулась от любопытного взгляда Бесс и пошла к своему гостю.

Он сидел в маленькой темной гостиной, его красивое лицо выражало тревогу.

– Весь Лондон говорит о том, что вы здесь, – проговорил он после небрежного приветствия, – и что вы являетесь посредницей между вашими кузинами. – Он замолчал и огляделся по сторонам, как будто боялся чужих ушей. – Эйлин, вам не следует здесь жить. Разве вы не понимаете, как опасен для вас Лондон?

– Опасен? Вы шутите, Говард?

– Нет. Я говорю совершенно серьезно. Вы дочь своего отца, и этим все сказано.

– Что вы имеете в виду?

– Здесь убили ваших родителей.

– Но вы говорили мне, что с ними произошел несчастный случай.

Он растерянно заморгал:

– Да. Мы так думали. Но теперь не уверены. Вам надо вернуться в Ронли-Холл.

– Я не могу.

– Неужели Милфорд!..

– Нет-нет, дело не в нем. Просто он женился, и жена не хочет, чтобы я жила в их семье. Мне больше некуда идти.

– Там вы оставались бы в безопасности.

– В доме Анны со мной не случится ничего плохого.

– Анна сама подверглась нападению.

– Ее просто обокрали, только и всего, – объяснила Эйлин.

– На нее напали, Эйлин.

– Потому что Вильгельм и Мария сократили ее денежное содержание, и Анне пришлось распустить часть охраны.

– В Лондоне полно воров. Почему вы думаете, что вы в безопасности?

– У меня не так много денег, и я редко бываю где-нибудь помимо королевского двора.

– Почему бы вам не остановиться у меня?

Эйлин схватилась за сердце. Он предлагает… Но Говард быстро понял причину ее нерешительности.

– Я изменился. Теперь у меня есть жена и ребенок. Мои пьяные загулы кончились. Я предлагаю вам безопасное место.

Она попыталась улыбнуться: