Путь Восходящего Солнца (СИ) - Евгений Евгеньевич Астахов

тайные места, где могут храниться ответы на происходящее. Погружаюсь в ощущения техники. Проходит около часа, пока ростки ковром захватывают всё пространство архива. Обнаруживаю сразу несколько тайников прямо в стеллажах.

Техника останавливается, как только карта всего архива складывается в моей голове. Настаёт время проверить подозрительные места. Быстрые штрихи на бумаге, извлеченной из кольца, обозначают план помещения и места для поиска. Уточняющие пометки дополняют картину — тайники располагаются не только на верхних ярусах, но и внизу. Передаю карту в руки Каору, и мы расходимся в разные стороны.

Обшарив несколько стеллажей наверху, я нахожу лишь бесполезные свитки и пыльные тома, оставленные, словно специально для отвода глаз. Секта явно ревностно хранит какой-то секрет.

Путь лежит в часть архива, где хранятся учётные записи. Оплетающий Побег обнаружил здесь под нижней полкой утопленное в пол отверстие. Осторожно снимаю книги и свитки с неё, запомнив порядок. Прощупав полку, понимаю, что это крышка. Мелкие крючки из лозы, созданные прямо на пальцах, легко поддевают её. Моему взору открывается забитая пыльными томами и свитками ниша.

Пройдясь взглядом по корешкам, нахожу «Истинная история Восходящего Солнца, том 16». Только он здесь не один — в глубине десятки древних книг. Номера затёрты, так что придётся перебирать все. Вместе с Каору начинаем искать самый первый, бегло просматривая остальные.

Наконец, нахожу один, буквально разваливающийся на глазах.

Старинный манускрипт приоткрывает завесу тайны над истоками секты Восходящего Солнца. И это совершенно не то, чего я ожидал.

В древности основатели секты совершили отчаянный и дерзкий шаг. Они сумели пленить могущественного демона, который проник в эту провинцию и грозил уничтожить всё живое. Заточив его в подземелье под главным храмом, патриарх создал многоуровневый барьер небывалой прочности, который сдерживал злобную сущность и хранил хрупкий мир на поверхности.

Однако демон оказался хитёр и упорен. Век за веком он ищет бреши в своей темнице, постепенно приспосабливаясь к удерживающим его техникам. Защитные слои, воздвигнутые основателями, понемногу теряют свою силу. И потому на последователей секты ложится непростая задача — непрестанно укреплять барьер, заменяя ослабевшие звенья новыми, доселе неизвестными техниками сдерживания. Ведь малейшая ошибка, попытка использовать уже испробованные приёмы, лишь приблизит час, когда оковы рухнут и демон вновь вырвется на свободу, неся гибель и разорение. Лишь в постоянном поиске уникальных и совершенных методов запечатывания кроется надежда удержать древнее зло и сохранить безопасность региона.

Дочитав, я ошарашенно смотрю на текст, пока Каору нетерпеливо дёргает меня за рукав. Пересказ не занимает много времени, но у нас обоих возникает куча вопросов о происходящем.

— Не пойму, для чего это им нужно? — спрашивает она. — Допустим, они не могли справиться с демоном самостоятельно, но ведь могли сообщить в столицу, так? Кто-то из знатных кланов или прославленных сект смог бы его уничтожить.

— В крайнем случае, они могли обратиться к самому Императору или его гвардии, — продолжаю её мысль. — Однако на протяжении многих лет они просто сдерживают эту тварь? Зачем? Думаю, тут не всё так просто. Есть второе дно. Пропажа учеников точно связана с этим секретом.

— Кай, давай поклянёмся, — напряжённо смотрит мне в глаза Каору и протягивает руку, — что мы во что бы то ни стало раскроем эту тайну и найдём моего брата.

— Так и будет, — я пожимаю её руку.

По её щеке сбегает слеза.

— Надеюсь, он всё ещё жив! — произносит адептка дрожащим голосом.

Мы заметаем следы, вернув всё на место. Чтобы выбраться, нужна новая диверсия, но повторяться не хочется. Это будет слишком подозрительно. Окна второго этажа слишком узкие, зато на третьем вполне подходящего размера.

Дождавшись, пока ближайший охранник отойдёт, чтобы справить естественную нужду, я создаю канат с помощью Оплетающего Побег а, и выбрасываю его из окна. Бесшумно и быстро мы проскальзываем наружу. Добравшись до своих казарм, расходимся по комнатам.

Утром меня будит странный шум в коридоре. Это Таяр ходит и поднимает всех.

— Так, шевелите своими культями, сегодня мастера подготовили для всех новичков особую тренировку. Вы уже достаточно времени в секте, пора двигаться дальше! Не всё же топтаться во внешних учениках!

Из наших казарм собирается около полусотни новичков. Таяр сам отбирает тех, кто будет участвовать в этом мероприятии, и мы с Каору попадаем в их число.

Тренировка проходит в части секты, предназначенной для основных учеников. Мастера размещаются на небольших трибунах под навесом. Их два десятка, все с интересом наблюдают, как мы заходим на песчаную арену. Наставники ведут себя тревожно, о чём-то постоянно переговариваются, тычут в нас пальцами, словно выбирая кого-то. Только, думается мне, не в личные ученики.

Новоприбывшие претенденты и те, кто совсем недавно в секте, всё ещё пышут жизнью. Среди нас несколько здоровяков. Глаза у всех блестят в предвкушении секретов Пути и нового витка силы.

Пусть Путь и сокращает отмеренное время, но он не делает тебя слабым. Я вспоминаю мастеров и патриархов двух сект Долины. Даже в преклонном возрасте они были сильны физически, а здесь рисуется весьма пугающая картина.

Напротив нас, на другом краю арены, ровными рядами стоят основные ученики. Их лица бледны, все они худы. Кажется, едва держатся на ногах.

В центр арены выходит мастер Аширан.

— Сегодня пройдёт отбор в основные ученики! Кто покажет себя достойно, уже завтра сможет приступить к настоящим тренировкам. Я буду лично назначать пары для боя.

— Первым пойдёт странник Кай из внешних учеников, — он простирает руку в сторону нашей толпы, а второй указывает на основных учеников. — Кай хорошо себя зарекомендовал, и я провёл с ним несколько личных тренировок, поэтому и оппонент должен быть не менее достойным. Выйди, Ценкан, и покажи, на что способны истинные адепты Восходящего Солнца.

Ко мне выходит худощавый бледный парень с кровоподтёками на лице. Я уже перестаю их различать, все они выглядят очень плохо. Однако всё равно остаюсь собранным.

Распорядитель уходит с арены, а мы поклонами приветствуем друг друга и начинаем бой.

Несмотря на измотанный вид, Ценкан быстр. Он моментально сокращает дистанцию и начинает наносить длинные серии ударов. Я сдерживаюсь, контратакую, даже подставляясь несколько раз. Не хочу сильно его травмировать. Для меня это лишь представление, но парень злится и нападает яростно. Словно пытается выместить на мне злость, которая сжигает его изнутри.

Миг, и этот жар прорывается наружу.

Его руки охватывает пламя. Он сближается и наносит удар за ударом. Огонь оставляет на моей коже ожоги. В какой-то момент я блокирую атаку, перехватываю его руку и с силой бросаю парня через себя о землю. Ценкан, охнув, катится по арене,