Путь Восходящего Солнца (СИ) - Евгений Евгеньевич Астахов

слухов становится прилегающий парк. Там есть несколько площадок, где ученики тренируются самостоятельно. Хоть мы здесь пока все в статусе новичков, есть и те, кто гораздо дольше находится во внешних учениках. Настолько долго, что успели заслужить наказание солнечным кольцом.

После одной из тренировок, на которых адепты отрабатывают техники манипуляции Ки, я замечаю, как небольшая группа отводит в заросли парня. Узнаю в нём того бедолагу, которого спас в первый день. Жестом зову напарницу, и мы следуем за ними.

— Ничтожество! — кричит худощавый бледный адепт, нанося удары ногой сидящему на земле ученику. — Я тебе говорил, что ты позоришь нас!

Он замахивается кулаком, от чего побитый парень вжимается в землю.

— Простите, братья! Я стараюсь как могу, но…

В живот ему прилетает сильный пинок, заставляющий захрипеть.

— Как ты смеешь называть нас братьями, отребье! — сразу несколько человек принимаются его избивать. — Именно из-за тебя никого из нас так и не перевели в основные ученики!

— Я смотрю, вы плохо усвоили урок, — резко выхожу из кустов на полянку.

Расправа останавливается. Вся троица, ощерившись, смотрит на меня.

— Опять ты! — нервно восклицает заводила. — Ничего, в этот раз разговор пройдёт иначе. Не стоит лезть в наши дела!

Он засовывает пальцы в рот и свистит. На полянку прибегает подкрепление.

Их неумелые попытки скрыть собственные ауры я ощутил ещё на подходе, но меня они нисколько не пугают.

— Похоже, из-за прекращения тренировок вам не хватает хорошей физической нагрузки, — с улыбкой похожей на оскал, я киваю Каору и делаю приглашающий жест в сторону ватаги учеников.

— Старик, ты привёл себе на помощь девчонку? — хохочет лидер. — Сначала мы вас изобьём, а потом ещё и позабавимся с ней! Давно у меня не было женщины!

— А что так? — вскидываю бровь. — Дело в характере или какая-то срамная болезнь?

Один ученик рефлекторно давит смешок, а второй прячет улыбку. Лидер компании, крутанувшись, обжигает своих товарищей разъяренным взглядом.

На этом разговор обрывается. Каору моментально сокращает дистанцию и бьёт вожака, но тот скользящим движением уходит от атаки.

— Тебя ждёт не кровать, а лазарет! — рычит она.

— Взять его! — командует лидер. — А я пока разогрею для нас девчонку!

Ко мне кидается десяток человек. Ухожу в сторону, подставив ближайшему подножку. Худощавый адепт, пытавшийся напасть со спины, неуклюже спотыкается и с удивлённым воплем падает на товарища.

Я бы мог обездвижить их в один миг, ведь они слишком слабы. Однако хочу устроить показательную порку, чтобы недоумки раз и навсегда поняли, что нас нужно обходить стороной. Всё это время слежу за Каору и её оппонентом. Он силён, но большую часть времени уклоняется от неё.

Уклоняюсь от следующей атаки, одновременно перенаправляя Ки в ноги для усиления. Худощавый адепт, пытавшийся зайти со спины, замахивается для удара, но я перехватываю его запястье и, крутанувшись, швыряю прямо в его товарища. С грохотом и проклятьями они летят кубарем по земле.

Двое сбоку синхронно атакуют, один наносит верхний удар ногой, другой целит кулаком в корпус. Концентрирую Ки в ладонях и скрещиваю руки, блокируя обе атаки. На долю секунды они проваливаются вперёд, теряя равновесие, чем я тут же пользуюсь. Молниеносные удары в узловые точки на ногах — и оба, вскрикнув, падают. Течение их духовной энергии нарушено, и она вышла из-под контроля, наполняя тела болью.

Краем глаза замечаю, как ещё трое заходят сзади. По коже пробегают знакомые мурашки, говорящие об активации техники. Резко разворачиваюсь и стегаю их Оплетающим Побегом, точно плетью. Лоза с треском сносит всю тройку, попутно погасив их формирующуюся технику. Их отшвыривает на несколько шагов вправо, где ростки стремительно покрывают дезориентированных учеников частой сеткой, пригвождая к земле. Корни ввинчиваются в почву так, что они не могут даже пошевелиться.

Оставшиеся, видя, как легко я расправляюсь с их товарищами, начинают действовать более слаженно. Двое атакуют спереди, их руки и ноги движутся в замысловатом танце, каждый удар плавно перетекает в следующий. Я уклоняюсь, перенаправляю их атаки, одновременно краем сознания отслеживая третьего, обходящего сбоку. Он явно намеревается провести удушающий приём, но для меня их замысел прозрачен.

В момент, когда хитрец бросается вперёд, я перехватываю руку одного из передних нападающих и, используя его вес и инерцию, разворачиваю прямо навстречу атаке его товарища. Не успевает тот среагировать, как его захват смыкается на шее незадачливого соратника, а моя раскрытая ладонь врезается в солнечное сплетение бедолаги. Волна энергии зарывается в его нутро, и парочку отбрасывает назад.

Последний боец, оставшись один, начинает концентрировать Ки. По его коже пробегают всполохи энергии, в ладонях формируются сгустки пламени. С боевым кличем он устремляется в мою сторону, молотя горящими кулаками. Его техника, хоть и впечатляющая на вид, несовершенна.

Уклоняюсь от первого удара, перехватываю второй за запястье. Два молниеносных укола пальцами в узловые точки, обрубают ток Ки. Пламя с хлопком гаснет. Ошарашенный, он спотыкается. Этого мгновения мне достаточно, чтобы провести подсечку и с силой вбить его землю, где он и остаётся лежать, дыша хрипло и часто.

Бой окончен, на всё про всё ушло не больше пары минут. Противники, кто, постанывая, кто в беспамятстве, распластались по поляне. Каору ещё не закончила. Я настигаю её оппонента Лёгким Шагом и, схватив сзади за горло, опрокидываю на лопатки. Моя пятка с хрустом сминает землю возле побледневшего лица заводилы.

— Второе предупреждение! — рычу я. — Третьего не будет! Отправишься на исправление.

Оплетающий Побег на долю секунды сжимается двумя кольцами вокруг его предплечья, оставив в коже узкие полоски синяков.

Заняв сидячее положение, он отползает на руках прочь, оставляя задницей разводы в истоптанной грязи.

— Простите! Я вас понял! Этого больше не повторится!

— П-шёл прочь, — рявкаю я, и его сдувает вместе с мычащими дружками.

Каору тем временем подходит к избитому парню.

— Спасибо вам! — он начинает кланяться.

— Как тебя зовут? — присаживаюсь рядом и хлопаю его по плечу.

— Ёнэ, господин, — кивает он.

— Ёнэ, прекращай. Никакой я тебе не господин. Расскажи лучше, что с тобой происходит. Почему они постоянно избивают тебя?

Он выкладывает нам подробнее свою весьма банальную историю. Хоть я уже слышал её, надо, чтобы он проникся к нам доверием.

В секту парень попал давно, но никак не может перебраться в основные ученики.

— То, что они говорят — неправда. Многие мои товарищи уже стали основными учениками, — на этих словах он мрачнеет. — Однако я не уверен, что сам этого хочу.

— Почему? — нетерпеливо спрашивает Каору.

— Многие из моих братьев, что перешли из внешних учеников, заслужили исправление, а я, наверное, только поэтому ещё не получил третье солнечное