Башни полуночи - Роберт Джордан

- Хороший план, за исключением одной детали. Мне не нравится то, что вы будете подвергать себя опасности, Мать. Позвольте возглавить эту схватку мне. Я справлюсь.

Эгвейн внимательно посмотрела на Найнив, и Суан слегка приоткрылась настоящая Эгвейн. Вдумчивая. Смелая, но расчётливая. Также она увидела усталость и груз лежащей на Эгвейн ответственности. Это чувство было хорошо знакомо Суан.

- Признаю, у вас действительно есть повод для беспокойства, - сказала Эгвейн. - С тех пор, как я позволила прихвостням Элайды схватить себя у Тар Валона, я задавалась вопросом - не излишне ли я увлекаюсь? Не рискую ли я чрезмерно?

- Вот именно, - вставила Найнив.

- Однако, - продолжила Эгвейн, - очевидно, что среди нас всех я - лучший знаток Тел'аран'риода. Вы обе, бесспорно, искусны, но у меня больше опыта. Сейчас я не только лидер Айз Седай, я - инструмент, который должна использовать Белая Башня.

Она запнулась.

- Я видела это во сне, Найнив. Если мы не одержим здесь верх над Месаной, всё может быть потеряно. Всё будет потеряно. Прошло время беречь инструменты, независимо от их ценности.

Найнив потянулась было к косе, но теперь та доставала только до плеч. Вспомнив об этом, она скрипнула зубами.

- Возможно, ты и права. Но мне это не нравится.

- Айильские Ходящие по Снам, - вмешалась Суан. - Мать, вы сказали, что встретитесь с ними. Может быть, они согласятся нам помочь? Я бы чувствовала себя намного увереннее в отношении вашего участия в драке, если бы знала, что они поблизости и за вами приглядывают.

- Да, - сказала Эгвейн. - Хорошее предложение. Я свяжусь с ними перед нашей встречей и попрошу об этом, просто на всякий случай.

- Мать, - начала Найнив, - может быть Ранд…

- Это дело Башни, Найнив, - отрезала Эгвейн. - Мы справимся сами.

- Отлично.

- А сейчас, - продолжила Эгвейн, - мы должны просчитать, как распространить нужные слухи так, чтобы Месана не могла не поддаться искушению подслушать…

Перрин с разбегу нырнул в ночной кошмар. Воздух вокруг него сгустился, городские дома - на сей раз кайриэнские с плоскими крышами - пропали. Дорога под его ногами сперва стала мягкой, словно грязь, а затем превратилась в жидкость.

Он плюхнулся в океан. «Снова вода?» - подумал он с раздражением.

Небеса разрывали тёмно-красные молнии, рассеивая по морю кровавые отблески. Каждая вспышка озаряла тени притаившихся под волнами существ. Огромных, злобных и извивающихся в разрядах красных молний тварей.

Крича от страха и взывая к любимым, люди цеплялись за обломки того, что некогда было кораблём. Мужчины держались за разбитые доски, женщины старались держать своих малюток над водой, над накрывавшими их с головой волнами. Рядом, словно кули с зерном, на волнах качались мёртвые тела.

Скрытые под волнами создания наносили удар за ударом; всплескивая плавниками, они хватали державшихся на поверхности людей и утаскивали их в глубину, сверкая мелкими, острыми как бритва зубами. Вскоре вода бурлила красным цветом уже не только из-за молний.

Кем бы ни был творец этого ночного кошмара, воображение у него было особенно извращённое.

Перрин не позволил себе увлечься происходящим. Он подавил в себе страх и не бросился ни к одной из досок. Это ненастоящее. Это ненастоящее. Не настоящее. Вопреки этому пониманию, какая-то часть его знала, что в этих водах он найдёт свою погибель. В этих ужасных кровавых водах. Его преследовали стоны жертв, и ему страстно хотелось попробовать им помочь. Он знал, что они не были настоящими. Всего лишь вымыслы. Но это было тяжело.

Перрин начал подниматься из воды, волны вновь превращались в твёрдую поверхность. Но что-то задело его ногу, и он вскрикнул. Молния с треском разорвала воздух. Женщина, находившаяся рядом с ним, скрылась в волнах, утащенная невидимыми челюстями. Испугавшийся Перрин внезапно вновь очутился в воде, с колотящимся сердцем, в совершенно другом месте, держась одной рукой за обломок корабля.

Такое иногда случалось. Если ты хоть на мгновение дрогнул, если позволил себе принять кошмар за реальность - тебя тут же затянет внутрь, где ты становишься частью этой чудовищной мозаики. Что-то проплыло рядом в воде, и он, охнув, со всплеском отплыл в сторону. Одна из вздымающихся волн подбросила его в воздух.

Это ненастоящее. Это ненастоящее. Это ненастоящее.

Вода была холодной. Что-то вновь коснулось его ноги; он закричал, а затем умолк, захлебнувшись солёной водой. ЭТО НЕНАСТОЯЩЕЕ!

Он находится в Кайриэне - на много лиг вдали от океана. Это улица. Твёрдые камни под ногами. Запах свежеиспечённого хлеба, доносящийся из соседней пекарни. Улица, окаймлённая небольшими, тонкими ясенями.

С диким криком, он ухватился за это знание, как люди вокруг хватались за плавающие обломки. Перрин сжал кулаки, сосредоточившись на реальности.

Булыжная мостовая под ногами. Никаких волн. Никакой воды. Никаких зубов и плавников. Медленно, он вновь начал подниматься из океана. Он шагнул из воды и поставил ногу на поверхность, ощущая твёрдый камень под сапогом. Пришёл черёд второй ноги. Он обнаружил, что находится на маленьком плавающем каменном пятачке.

Слева из воды поднялось что-то огромное, какой-то громадный зверь - наполовину рыба, наполовину чудовище - с пастью таких размеров, что в неё в рост мог пройти человек. Зубы были размером с руку Перрина, они блестели и были обагрены кровью.

Это не взаправду.

Чудище взорвалось, превратившись в туман. Перрина окатили брызги воды, которые мгновенно высохли. Кошмар вокруг него выгнулся под давлением исходящего от него пузыря реальности. Тёмный воздух, холодные волны, кричащие люди - всё текло, словно мокрая краска.

Не было молний - он не видел их отсветы на своих веках. Не было грома. Он не слышал его раскатов. Не было волн посреди не имевшего выхода к морю Кайриэна.

Перрин широко распахнул глаза, и ночной кошмар рассыпался на кусочки, растаяв подобно тонкой ледяной корочке на весеннем солнце. Вновь появились здания, вернулись улицы, отступили волны. Небо заполнила кипящая чёрная буря. В её нутре сверкали ослепительные белые вспышки молний, но грома не было.

Неподалёку на улице сидел Прыгун. Перрин направился к волку. Он мог бы прыгнуть к нему немедленно, но идея выбирать простой путь ему претила. По возвращении в реальный мир, простота могла выйти боком.

«Ты возмужал, Юный Бык», - одобрительно передал Прыгун.

- Всё равно это занимает у меня слишком много времени, - ответил Перрин, оглядываясь. - Каждый раз, когда я вхожу, мне нужно несколько минут, чтобы восстановить контроль. Я должен быть быстрее. В битве с Губителем несколько минут могут оказаться вечностью.