Майя. Дилогия (СИ) - Михаил Щукин

— А ты можешь принимать энергию? Как это происходит? — Иллис старалась вести разговор в безопасном русле.

— Да, — Майя грустно кивнула. — Мама меня иногда подпитывала. Хоть мастерам это делать очень трудно. Но мне много и не надо было.

— Тогда и мне покажешь. Я попробую научиться. — Решила Иллис.

— Хорошо, как-нибудь покажу — Улыбнулась Майя, начав шевелиться в пене.

— Ну, все девочки, вылезайте и в постель. Майя, тебе велено еще мазь в руки втереть.

— Кошмар! Лера, ты возишься со мной больше чем с Илькой. — Расстроилась от чего-то Майя, но устроившись в постели под покрывалом, послушно протянула руки.

Из открытой в спальню принцессы донесся смех.

— Я не езжу на сбор колючек, тем боле без перчаток.

— Это нормально, Майя. — Успокоила ее Лера. — И это лучше, чем лечить твои шрамы, намного лучше. Ты уж поверь моему опыту.

— Да ну Вас обеих. Чего вы возитесь со мной?

Продолжая что-то бухтеть, Майя развернулась к стене и закрылась с головой. Глубоко вздохнув, она покрепче сжала перебинтованными пальцами концы одеяла и зажмурилась, готовясь снова пробиваться к встрече с Лютиком. Тут ей никто не мог помочь.

Ее привычно накрыла белесая пелена тумана, стал отчетливо слышен далекий детский плач. Где-то сбоку сверкнул зеленый лучик света и раздался издевательский смех.

Иллис ждала Леру в своей спальне.

— Ты делаешь доклады Индерскому о ее кошмарах?

— Каждый день. Но что это за доклады?! Во столько начались, во столько прекратились. Кричала, не кричала, или только стонала. Когда началась вторая фаза. Майя ведь вообще ни о чем не рассказывает. А лезть к ней с нами он запрещает.

— Ладно, хоть отслеживает ситуацию, уже хорошо. — Тяжело, совсем по взрослому вздохнула Иллис. И сама устроилась в постели.

Как и в любом уважающем себя государственном, и не очень заведении, претендующем на авторитет в развитом обществе, в школе был самый важный отдел, от которого зависело само существование школы. По крайней мере, так думают многоуважаемые сотрудники подобных отделов. И они готовы доказывать свое мнение и словом, и делом. Название такого отдела может быть разным, но в дворцовой школе им без сомнения являлся отдел канцелярии.

По убеждению самих учеников школы, а если честно, то и большинства преподавателей, этот отдел существовал для выполнения одной и только одной абсолютно невыполнимой миссии. А именно, в заполнении всевозможных формуляров на всех без исключения сотрудников, школьников, а возможно даже собак, кошек и прочих движущихся тварей. Наверно там были формуляры даже на каждую муху, случайно имевшую глупость залететь на подконтрольную школьной канцелярии территорию.

Причем логичным продолжением этой миссии, на случай если первый этап случайно окажется пройден, был регулярный контроль правильности заполнения буквально всех пунктов каждого формуляра. С этой целью, по строго заданному расписанию, героические и терпеливые клерки в ручную должны тщательно перепроверить заполнение формуляра. Ведь программа не может быть справиться с этим. И если обнаружены несоответствия, обязательно лично достучаться до виновного и заставить его все лично исправить. В школе такая сверка происходила один раз в год. Поэтому вызов из канцелярии и требование обратиться к ближайшему настольному экрану были обычным делом и никого не удивляли. Разве что первоклассники еще пытались бунтовать при первом заполнении. Но что они могут сделать против взрослого опытного клерка, тем более с титулом. Ради справедливости, можно сказать, что такое заполнение все же не требовало много времени. Программа на основании ввода ключевых ответов, сама подставляла требуемое из баз данных или на основании логических закономерностей. Ну кому надо посылать отчеты и сообщения, если у ребенок имеет родителя или опекуна?

В общем, клерки канцелярии могли справиться с любым, кто попадал под их благословенное внимание. До определенного момента.

Когда, некая рабыня не высказала предположение о формуляре для мухи и вполне искренне не возмутилась, что в сем документе нет квадратика, где почившая муха должна была бы аккуратно себя наколоть перед гибелью в неравном бою. На растерянный вопрос, зачем мухе квадратик, так же на весь притихший класс последовала проникновенная речь.

— Да что вы? Муха, как известно существо легкоранимое. И в процессе заполнение формуляра, должна была обязательно сдохнуть. — Майя высказала это с искренней убежденностью только что три перемены подряд заполнявшую свой собственный, причем вручную. — А почему своей смертью? Так для досрочной смерти нужно заполнить ВЕСЬ формуляр до конца. А это всего лишь летающее насекомое, а не героический и супервыносливый клерк многоуважаемого отдела!

Это было первый раз, когда новые одноклассники искренне и открыто среагировали на ее реплику. До того момента, была попытка пошутить на счет неприкасаемости Майи для всесильного отдела. В конце концов, долгое время ей счастливо удавалось счастливо избегать его внимания. Но шутка не успела набрать популярность, канцелярия добралась и до нее. Те, кто создавали формуляр и программу контроля заполнения, были несомненно талантливыми личностями. Они предусмотрели возможные варианты обязательных ответов практически на все сто тридцать семь вопросов. Ну кому в здравом уме и твердой памяти может прийти в голову мысль, что среди учеников элитной дворцовой школы одной из крупнейших империй Объединенных миров и входящей в десятку самых дорогих школ, вдруг появится РАБЫНЯ? Создатели формуляра точно были в своем уме и на память не жаловались. Наверняка даже были трезвыми. Ибо программа контроля для начала пропустила только ввод полного имени. На следующем вопросе программа просто зависла. Естественно вопрос касался социального статуса. После третьей попытки перезапуска формуляра, сдалась канцелярия.

Милый голосок, не включая видеосвязь и прямо через учебный монитор, потребовал от ученицы Майи прекратить баловаться и продолжить заполнение по правилам. Выяснив проблему, голосок тут же попробовал наехать на шутника. Это показало, что девица с той стороны вообще не в теме, и даже не контролирует камеру в классе. Большие круглые глаза наглой Майи, вызвали первые сдавленные смешки, наблюдавших начало баталии одноклассников и заинтриговал остальных. Даже Иллис оторвалась от чтения чего-то присланного Виртом и удивленно вскинула бровки. До сих пор ее подругу еще не обвиняли в ложном присвоении себе титула личной рабыни принцессы. А обвинение тех, кто это делает в скудости ума, даже умилило.