Майя. Дилогия (СИ) - Михаил Щукин

А Майя как-то не часто пересекалась с молоденькими знатными девушками, устроенными или точнее благословленными родственниками на столь благородное и великое дело, как предоставление формуляров ученикам для заполнения. Так что у нее оказалось много вопросов к формуляру. Как выяснилось, милый голосок мог иметь множество интонаций от оскорбленных до возмущенных, но дать внятный ответ, что отвечать рабыне на вопрос о собственности, правовом положении и прочем она не может. Программный контроль послушно зависал на сообщении о том, что она сама является собственностью, что за нее платит не опекун а хозяин, точнее мать хозяйки. Что вместо родителей, по всем претензиям надо обращаться к ее однокласснице, ее высочеству. А на повторном вводе информации, что ученицу в школе может сопровождать принцесса и вовсе попыталась захватить все вычислительные мощности школы для определения логичности данного утверждения. Все это началось еще перед первым уроком и прерывалось только на время уроков. Снять проблемного ученика с уроков канцелярии никто и никто и не подумал позволить. Ее величество оплачивала часы рабыни по ставке своей дочери. И такое нарушение грозило весьма плотными контактами с финансовым отделом императорской семьи.

Класс на переменах получил бесплатное представление и с удовольствием наблюдал развернувшуюся битву, слушая ответы растерявшихся клерков. Их попытки вывернуться и завести в очередной пункт ответ, который не предусмотрен списком поражали даже превратившихся в зрителей учителей. Помогать ненавистному отделу никто из них не спешил. А внесение исправлений в программу формуляра все же требовало времени. Пусть и по пять минут. Но ведь вопросов больше ста! И пригласить ученицу в канцелярию нельзя. С занятий ее не отпустят, после занятий не положено. Вот и проходилось биться вызванному программисту по мере поступления проблем. То есть над каждым вопросом.

Майя и до этого момента пребывала в блаженном убеждении, что выполнимость любой миссии зависит от профессионализма и образования ее выполняющих. О чем на третьей перемене, в конце сего подвига, в сердцах и сообщила на весь класс, а значит и на всю школу. Сразу после возмущений о попранных правах почившей мухи. И без перехода пожелала возникшей на экране вместо формуляра возмущенной девушке и дальше вершить сей беспрецедентный подвиг, ни в коем случае не пытаясь научиться пользоваться клавиатурой. Тогда, а особенно если не пытаться повторить школьный курс правописания, ее миссия несомненно останется в веках. Просто не сможет от туда выбраться в архив, как невыполненная. Причем все это было сказано не повышая тона и в предельно вежливых выражениях. Даже непереводимые диалекты не использовались.

Героическое крашенно-белокурое создание тогда, почему-то обиделось, возмущенно приоткрыло ротик и возмущенно озвучило титул и должность своего папы-барона.

— Всего-то! — Майю, после пытки формуляром, уже несло. — Да вас баронов в столице на каждом углу по пять штук. А я личная рабыня ее высочества. Единственная рабыня во дворце императора Димира. Уважаемая баронесса, нашли чем пугать, да я такая ужасная, что тут недавно из класса аж три барона сбежали, стоило мне только тут появиться. Причем с полного одобрения или по требованию родителей. Я очень скромная, забитая и тихая рабыня, даже послушная, наверно, в некоторых случаях. Забыла только в каких. Но только когда меня не трогают!

Ходили слухи, что лорд-директор после этой речи не только поспешил закрыть двери в свой кабинет, но и включил звуконепроницаемы полог на полчаса. Наверно шум в приемной отвлекал его от принятия каких-то важных решений.

Тогда, эта разборка осталась в стенах школы только благодаря Иллис. После урока, ее и рабыню у дверей класса ожидал взбешенный Барон. Выслушав претензии появившегося папочки с требованием примерно наказать хамку рабыню, не менее чем пятью ударами плетью, принцесса неожиданно для всех согласилась сразу со всеми претензиями. А потом продолжила.

— Вы, барон, указали мне как надо управляться с моим собственном имуществом. Даже сами назначили наказание моей рабыне. Насколько я понимаю, для Майя для вас что-то вроде моей личной игрушки. Значит, ВЫ считаете меня несмышленой девочкой, не способной даже правильно распорядиться своими игрушками. Я воспринимаю это как личное оскорбление и вызываю в круг равных. Схватка без боевого оружия и без правил. Я ведь не умею читать правил, по вашему мнению. До устного и публичного заявления о проигрыше одним из нас, или пока кто-то не покинет границы круга. Отказать моему высочеству вы не имеете права. Мне это рассказывали на уроках этикета. — Язвительно добавила она.

— Я не хотел оскорбить вас, ваше высочество. — Растерялся барон. Его самоуверенность стала таять на глазах.

— Вызов сделан, барон. Или мне следует поднять перед отцом вопрос о соответствии баронства вашему отказу от вызова?

— Я готов принять ваш вызов, ваше высочество. — Барон снова напыжился, тем более, что у него был неплохой туз в рукаве, который тут же и выложил. — Но среди моих предков нет измененных. И поединок с заведомо слабым противником может нанести урон Вашей чести.

— Да, как это я не подумала. — Озадачилась Иллис. Принцессу после годового отсутствия еще плохо знали. Майя единственная заподозрила игру на публику и близость очень крупной подставы ставила ее насторожиться. — Ну, ничего, по кодексу, как вызвавшая сторона и для уравнивания шансов, я могу выставить замену. Я выставляю Майю. А чтобы совсем справедливо было, она будет пользоваться тем же, чем и вы. Кстати, вы можете взять в круг плетку и лично исполнить наказание, на котором так настаивали. А нет, так это уже не моя забота.

Пока растерянный барон переминался с ноги на ногу и искал выход из ловушки, Майя осторожно дернула Иллис за руку.

— Ты что творишь? Как это я барона плеткой?

— А что? Не справишься? — Так же тихо шепнула довольная принцесса. Заготовленная на уроке пакость явно удалась. Не зря весь последний урок думала, как развлечься после выданного Майей. В появлении папаши-барона.

— Смеешься? Он если и тренировался, то лет пятнадцать назад в последний раз. И то скорее с мечом. Тебя саму распнут, если я хоть замахнусь на него.

— Майка, круг равных часто используют таким образом в спорных ситуациях. Особенно в армии. Вирт там как-то даже картошку чистил.

Все уже двигались во двор, где собирались наскоро ограничить пространство для схватки.

— Это как? — Совсем озадачилась Майя.

— Ой, да все просто. Ему было лет девять, мы тогда впервые приехали в полевой военный лагерь повидаться с папой. А там, представляешь, какой-то рядовой его поприветствовал не по уставу, только потому, что руки были заняты. Ну, Вирт очень обиделся и потребовал от командира оставить рядового чистить картошку на все время до закрытия лагеря. Очень ему нравилось само словосочетание «чистить картошку». Он его в каких-то байках вояк-охранников услышал. Постоянно там пропадал. А парень тащил какую-то незащищенную электронику, и опустить ее на землю никак не мог. Короче, командир оказался не дурак. Вызвал братика на дуэль по кодексу чести офицера. Братик ведь вмешался в его обязанности. Там есть пункт соответствующий. Как измененный, Вирт не смог отказать. Мы даже детьми считаемся достойными не летального вызова. А офицер, под предлогом уравнивания шансов выставил замену и вид схватки, в которой оба противника не компетентны.