Майя. Дилогия (СИ) - Михаил Щукин

— Майка, круг равных часто используют таким образом в спорных ситуациях. Особенно в армии. Вирт там как-то даже картошку чистил.

Все уже двигались во двор, где собирались наскоро ограничить пространство для схватки.

— Это как? — Совсем озадачилась Майя.

— Ой, да все просто. Ему было лет девять, мы тогда впервые приехали в полевой военный лагерь повидаться с папой. А там, представляешь, какой-то рядовой его поприветствовал не по уставу, только потому, что руки были заняты. Ну, Вирт очень обиделся и потребовал от командира оставить рядового чистить картошку на все время до закрытия лагеря. Очень ему нравилось само словосочетание «чистить картошку». Он его в каких-то байках вояк-охранников услышал. Постоянно там пропадал. А парень тащил какую-то незащищенную электронику, и опустить ее на землю никак не мог. Короче, командир оказался не дурак. Вызвал братика на дуэль по кодексу чести офицера. Братик ведь вмешался в его обязанности. Там есть пункт соответствующий. Как измененный, Вирт не смог отказать. Мы даже детьми считаемся достойными не летального вызова. А офицер, под предлогом уравнивания шансов выставил замену и вид схватки, в которой оба противника не компетентны.

— Чистка картошки? — Прыснула Майя, вспомнив как учила принцессу этому занятию.

— Ага, пока один из них не признает себя побежденным. Ты бы видела лагерь через два часа этой дуэли. Все вповалку лежали. А братик молодец! Продержался два часа, даже ведро картошки смог начистить против шести у противника. Ну, или нарубить, как ты это называешь. Честно признал свое поражение и отменил свое требование. Отец очень доволен был. Попенял только, что не извинился.

— А офицеру что было?

— Отправили конечно. — Иллис равнодушно пожала плечами.

— Ага….!

— Повысили в звании и переправили на юг, там есть центр переподготовки офицеров. Папа нам сказал тогда, что умных офицеров в армии достаточно, а вот еще умеющих быстро соображать, всегда не хватает. А Вирт с тех пор круглую картошку не переносит. Считает это намеком на тот случай.

На печально знакомом служебном дворе собрались не только школьники, но и работники двора, прослышавшие о необычной дуэли. Рассмотрев противников, они только головами качали и…., делали ставки. На свою, выжившую смотрели с ободрением. Майя уже давно тут была знакома всем. Благодаря не только стараниям Мегеры и ее стерв, но и садовнику. На барона смотрели с осуждением или презрением.

А барон стоял около размеченной границы круга с плеткой в руках и злобно оглядывался. Благодаря бросаемым вскользь репликам, он вспомнил отдельные подробности, связанные с побегом девчонки, и тех, что со смаком освещались в новостных программах. Глупцом он не был, и прекрасно понял, что принцесса не просто так поймала его в ловушку собственного снобизма. Этот поединок наверняка будет уроком для всех, кто пожелает в будущем предъявлять такие претензии к рабыне. Тем не менее, не найдя выхода, барон все же самоуверенно решил воспользоваться любезным предложением принцессы и лично наказать хамку.

Майя наивно ожидала, что барон все же отложит плеть и предложит что-то вроде борьбы без оружия. Судя по его фигуре, и полученной от Иллис справке, он был не плохим бойцом. А для бойца как то не почести как-то бить рабыню плеткой. Стремительный прыжок барона и поднятая плетка оказались для девочки полной неожиданностью. Тело среагировало само, так как учил отец бою с хлыстовым оружием. Мозг включился уже от громкого яростного вопля. Плетка зажатая в руке была значительно короче боевой плети, с которой училась обращаться Майя. Да и легче. Мах, сделанный на чистых рефлексах, никак не мог достать противника, это было невозможно. Но барон оказался куда более самоуверен, чем можно было предположить, и приблизился в рывке слишком близко. Выставленный еще отцом защитный удар, рассчитанный на куда более длинное и тяжелое оружие, предназначался для ног, чтобы заставить противника увернуться и при этом не дать ему захватить кончик длинной плети. Барону тоже достался только кончик легкой плетки. Но удар пришелся в лицо. Майя перестала о чем-то переживать. Перед нею стоял человек, видящий только живую куклу, заслуживающую только порки. Не желающий даже попытаться подумать иначе. И это было все, о чем она думала в следующие минуты боя. Спесивый барон оказался в роли хорошей отдушины, в которую радостно устремилось накопившееся раздражение, все обиды, безысходность, отчаяние и главное, злоба на весь этот мир, не желающий дать ей хоть какую-то передышку. Честно говоря, барону просто не повезло. Он был неплохим бойцом, но офицеров в армии не учат драться экзотическим оружием. А имея хорошие навыки фехтования боевым шестом, можно на автомате приспособиться к подручной палке. Барон продержался всего несколько минут, а потом немного пришедшая в себя Майя просто подставила ему подножку и выбросила из круга. Это завершило поединок, и она не оглядываясь, поспешно сбежала в покои принцессы.

Только тут, рухнув на свою кровать, можно было дать волю эмоциям. Лера, если что, прикроет. А поплакать иногда очень хочется. Сквозь рыдания она ощутила сочувственное поглаживание служанки, почему-то даже не пытавшуюся ее успокоить. Потом, услышала шаги Иллис. Пока та рассказывала, что произошло, удалось немного успокоиться.

— Я побоялась, что забью его до смерти. — Признавалась она уже чуть позже Иллис и Лере.

— Ты как, успокоилась? — Участливо поинтересовалась Лера.

— Да, спасибо тебе.

— Тебе это было нужно. Нам, женщинам, иногда требуется устраивать для себя истерики, чтобы крышу вернуть на место. А в твоем случае это вообще в расписание ввести надо. Все думала, когда ты сорвешься.

— Я бы его точное не пожалела. — Проворчала Иллис. — Пошли чай пить. Заодно расскажешь, что это там я такое видела. Ты работала так, как будто всю жизнь с этой плеткой скакала.

— Я растерялась в начале. — Покаялась Майя. — Папе нравилось показывать нам с Лютиком приемы с разным оружием, и учить от них уходить. Это было его увлечение всю жизнь. Плетка не боевая плеть, но тоже хлыстовка. Принцип тот же, надо только приспособиться.

— Ошалеть, а мне показать? Я тоже хочу так растеряться как-нибудь!

— Смеешься? А увидит кто следы от плети у тебя?

— Позже покажешь. А остальным скажу, что училась защищаться от собственной рабыни, пока она опять не растерялась. А то баронов под рукой может не оказаться.

— Майя, я конечно извиняюсь, а как получается, что от тебя страдают никак не ниже барона? Просто если это правило, я хоть нервничать не буду.