Надежда Дурака - Майк Шэкл

сравнению с тем, чтобы постучать костяшками пальцев в эту дверь. Каким-то образом ей это удалось. Один раз, два, три.

Она отступила назад. Ее сердце бешено заколотилось, когда послышались приближающиеся шаги. Она затаила дыхание, когда поднялась дверная задвижка. Прошла целая вечность, прежде чем дверь открылась, и Зорика провела это время, представляя все возможные ужасные сценарии, ее ноги поднялись над землей. Всего на дюйм, но она все равно была готова улететь.

Затем Векс посмотрел на нее сверху вниз из открытой двери. Он был старше, чем она помнила. Его лицо похудело, глаза стали посажены глубже. На его лице отразилось замешательство, затем шок, затем осознание. И?

— Привет, — сказала Зорика.

Векс не дал ей больше ничего сказать. Он бросился к ней, подхватил на руки, крепко обнял и прижал ее голову к своей груди. Милостивые Боги, это было все, на что она надеялась. Ее силы иссякли и на глаза навернулись слезы, когда она изо всех сил вцепилась в Векса.

— Я думал, ты мертва, — сказал он ей на ухо, его голос был таким же сломленным, какой она себя чувствовала. — Я думал, ты мертва.

Она подняла на него глаза, увидела его покрасневшие глаза и дрожащую улыбку и удивилась, как она вообще могла сомневаться в его чувствах к ней:

— Нет.

— Не могу поверить, что ты здесь. Прошло десять лет с тех пор, как ты исчезла.

— Десять лет?

— Почему ты мне не сказала? — спросил Векс, когда они шли обратно к вилле. Он накинул ей на плечи плащ и сжал ее руку так, словно никогда не собирался отпускать. — Я бы понял.

— Неужели? — спросила Зорика, переплетая свои пальцы с его. — Я сама едва это понимаю.

— Ну... — Векс пнул немного снега. — Ты все равно могла бы мне сказать.

— Что я королева из будущего? Ты бы подумал, что я сумасшедшая.

— Если бы ты так выразилась... да, вероятно. Все же...

— Извини. У Анамы были все эти правила, которым мы должны были следовать. Она сошла с ума, когда Тиннстра привела тебя на мою вечеринку в тот первый раз. Они втроем спорили об этом несколько дней.

— И Анама могла быть довольно пугающей, когда хотела. Пару раз она бросила на меня такой взгляд, от которого у меня кровь застыла в жилах.

Зорика рассмеялась.

— Ты бы видел, какими взглядами она меня одаривала, если думала, что я недостаточно усердно учусь или отвлекаюсь. — Ее смех растворился в тумане. — Я бы с удовольствием посмотрела на это еще раз.

Векс крепче сжал ее руку:

— Знаешь, я искал тебя много лет. Мои родители говорили, что ты, должно быть, умерла, но я знал, что это не так. Я знал, что ты где-то там. Просто не мог тебя найти.

— Извини.

— В конце концов, я вернулся домой. Обратно на ферму. — В его голосе послышалась надломленность. — Даже тогда я ждал.

Зорика затаила дыхание, не желая слышать, что будет дальше.

— Тебя не было шесть лет, прежде чем я смирился с тем, что больше никогда тебя не увижу. Семь лет прошло, прежде чем я смог даже взглянуть на кого-то другого.

Она не могла смотреть на него, просто не отрывала взгляда от залитой лунным светом дорожки, сверкающей белизной. Она услышала хруст их ног и почувствовала его мозолистую руку на своей коже.

— Зорика?

Затем она посмотрела, увидела боль в его глазах, вину. Она улыбнулась так хорошо, как только могла, и ее сердце разорвалось:

— Я понимаю.

Векс отпустил ее руку. Между ними упал снег.

— Сара хорошая жена. Хороший человек. — Он попытался улыбнуться. — У нас есть дочь. И еще одна на подходе.

Зорика оглянулась на ферму. На его семью. Тропинка почему-то стала темнее, луна больше не освещала снег.

— Я рада.

— Извини.

Зорика взяла его за руку:

— Не надо извиняться. Я рада, что ты счастлив. Что ты кого-то нашел. Нашел то, чем мы никогда не смогли бы стать.

Они стояли там, на снегу, держа друг друга за руки и глядя друг другу в глаза, не зная, что сказать, и все же тысячи вещей были сказаны.

Затем Векс улыбнулся, полный любви, печаль исчезла:

— Я рад, что ты жива. Я рад, что ты пришла повидаться со мной.

— И я. — И она действительно была рада. Она знала, что у нее никогда не будет нормальной жизни, но она была так рада, что Векс — прекрасный, чудесный Векс — ее получил. Никто не заслуживал этого больше.

— Тогда давай отведем тебя обратно.

Последние полмили они прошли молча, держась за руки, наслаждаясь тишиной и покоем, наслаждаясь тем, что, как они оба знали, будет их последними мгновениями вместе.

Затем она увидела впереди зарево, на территории виллы. Горел костер. Она протянула руку и остановила Векса. «Подожди здесь». Она убежала, не дожидаясь ответа, даже не оглянувшись, готовясь сразиться с тем, кто посмел снова прийти за ней. Она пронеслась сквозь листву и над верхушками деревьев, кружа вокруг, чтобы как следует разглядеть того, кто ждал ее на вилле. Они не застанут ее врасплох.

Костер был разведен в углу дома, где все еще стояли две стены, предлагая некоторое укрытие от ветра. Фигура в капюшоне сидела рядом с ним, грея руки, не делая попыток спрятаться. Больше она никого не видела.

Зорика метнулась вниз, ее щит проявился на одной руке, в то время как из другой вырвался огонь.

Посетитель повернулся, когда она бросилась к нему.

— Зорика! — крикнул он, подняв обе руки. — Это я.

Она отпрянула в последнюю секунду, узнав голос, когда капюшон упал с головы мужчины.

Аасгод.

Она приземлилась рядом с ним, позволив своему щиту и огню погаснуть:

— Что ты здесь делаешь?

Он кивнул на огонь:

— Пытаюсь не умереть от холода.

— Я имею в виду, что ты делаешь здесь? Я думала, ты идешь домой.

Он покачал головой, как будто не мог поверить в то, что собирался сказать:

— Я не могу оставить тебя там одну.

— Я не одна. У меня есть Тиннстра.

— Что ж, теперь у тебя есть и я. Очевидно, однажды я стану советником королей и королев. С таким же успехом я могу начать помогать тебе прямо сейчас. Ты