Отказные материалы - Владимир Леонидович Иванченко

и здесь отказываться отвечать на вопросы Нечаевой. Она не стала переживать по этому поводу и скрупулезно продолжала выполнять свою текущую работу: назначила все необходимые экспертизы, дала новые поручения работникам уголовного розыска, допрашивала свидетелей. Все эти действия приносили видимый результат — папки с уголовным делом, на глазах увеличивались в объеме и количестве.

Жители Пригородного опознали Чистодела, кто неуверенно — вроде похож, а были и твердо заявившие: — это, несомненно, тот мужчина, ездивший на красном Москвиче, искавший Изотова. Отпечатки обуви, оставленные на берегу озерка, оказались идентичными следам ботинок, изъятых в ходе обыска в квартире вора. Криминалистическим исследованием установлено, что волосы на кепке принадлежат Максиму.

Задержанного предъявили для опознания друзьям Рюмкиных, но они не узнали в нем Валерия Каримова. Поэтому версия о причастности техника к пожарам больше не проверялась, и о нем все забыли.

В установленный законом срок Нечаева собрала достаточно доказательств, для предъявления Матвееву обвинения в совершении целого ряда убийств и поджогов. Он отказался давать показания, и к нему была применена мера пресечения в виде содержания под стражей.

* * *

У Миллера вновь обсуждали уголовное дело по пожарам. Вначале заслушали доклад Нечаевой, которая кратко, своими словами, обрисовала общее состояние расследования, и дала оценку доказательствам по отдельным эпизодам:

— Вина Матвеева в убийстве Изотова уже практически доказана показаниями свидетелей и проведенными экспертизами. На месте преступления обнаружены отпечатки пальцев и следы обуви обвиняемого. В деле имеются протоколы его опознания и другие доказательства. По факту пожара в доме Крыловых также имеется изъятые с места происшествия отпечатки его пальцев, а в квартире, в ходе обыска, найден браслет, принадлежащий погибшим.

У Матвеева обнаружили спирт и сомнолин. По заключению экспертов эти вещества идентичны использованным при поджоге дома Тороповых. При повторном осмотре происшествия, здесь изъяты следы обуви квартирного вора.

Дополняла доказательства по убийству Изотова кепка с волосами обвиняемого. По остальным эпизодам, доказательств, причастности к ним Чистодела недостаточно. Наше слабые звенья — отсутствие свидетелей совершения им преступлений и не найдено похищенное, кроме браслета и кольца.

Прокурор-криминалист Егоров также предложил расширить круг свидетелей и более активно поработать по всем эпизодам. Дополнительные доказательства никогда не помешают: их можно предъявить и в ходе судебного процесса. Зайцев высказал крамольную мысль, что нельзя исключать и версию о подставе. Слишком грубые ошибки были допущены вором.

Петров, в какой-то мере, поддержал молодого сотрудника и сообщил, что есть еще отказные материалы по происшествиям со смертельным исходом, требующим дополнительной проверки. На это заявление Сергей получил гневную отповедь от Миллера:

— Нельзя бесконечно расширять количество новых эпизодов, все силы надо направить на расследование изначальных. Да и Федосов, не будет рад, если узнает о множестве преступлений, укрытых в его бытность прокурором области.

Петров знал, что один из руководителей Генеральной прокуратуры, еще пять лет назад работал здесь, на месте Степанова.

Миллер напомнил Сергею о своем предостережении:

— Слишком не увлекайся Петров, ты и так много нарыл, сейчас надо искать улики, которые будут служить дополнительными доказательствами вины Матвеева по уже предъявленным обвинениям.

Следующим выступил Веселов, собиравший в Новосибирске все данные на Чистодела. Он ограничился только установленными фактами:

— Матвеев родился в 1948 году в семье известных в Новосибирске людей, погибших в авиакатастрофе, когда ему было только восемнадцать лет. Отец, участник войны, награжденный боевыми орденами и медалями, долгое время работал в облспорткомитете, а мать — доктор медицинских наук, профессор, преподавала в мединституте. Костя играл в футбольной команде, а числился слесарем на машиностроительном заводе, где получал заработную плату, как и другие члены якобы любительского клуба.

Веселову удалось отыскать бывших одноклубников, игравшим с Матвеевым в одно время в первой лиге чемпионата страны. Они отмечали его веселый нрав, но несколько скрытный характер. Близких друзей у него в команде не было. В то же время, все отмечали его привлекательную внешность и талантливое исполнение самых разных песен.

Была в то время у Максима подруга Марина, погибшая в 1972 году при странных обстоятельствах. Она утонула в Оби, но милиция так и не смогла установить, с кем девушка могла купаться в реке, когда вода в ней была ледяная. Поскольку тело утопленницы долгое время находилось в воде, и было объедено рыбами, эксперт указал единственно возможную причину смерти — утопление. Это подтверждалось наличием в легких воды.

Веселов смог отыскать и опросить дальнюю родственницу Матвеевых, которая утверждала, что мама Максима была дворянского происхождения, и в наследство ей досталось большое количество ювелирных изделий. Мать с детства позволяла сыну любоваться игрой света в ограненных камнях, привила трепетное отношение к ним, а затем научила разбираться в их ценности.

Женщина утверждала, что после смерти родителей Матвеев потихоньку занимался торговлей, или как она выразилась — спекуляцией драгоценных камней. Зная цену изделий, и имея широкий круг знакомых, среди зажиточных людей, Матвеев изредка покупал и перепродавал кольца, браслеты, серьги. При этом, он узнавал историю каждой безделушки, а с краденными дела не имел. Во всяком случае, таких фактов за ним не числилось.

Участковый инспектор, хорошо знавший Максима, заявил:

— Мне руководство поручало присматривать за ним, как имеющим две судимости за квартирные кражи. Но если у поднадзорного и были связи с блатными, он ими не афишировал, а среди его знакомых были серьезные люди.

На вопрос опера, мог ли Матвеев совершать убийства с целью завладеть драгоценностями, участковый ответил:

— Чужая душа — потемки. Я знаю за ним только два недостатка — слишком часто менял девушек и один раз в месяц уходил в запой дней на пять.

— А где он работал, и как с этим мирилось начальство? — спросил, недоумевающий Костя.

— Он числился помощником футбольного тренера и, наверное, у него было ненормированное рабочее время.

Когда Веселов закончил свой доклад, Миллер уточнил:

— А лично вы, что думаете о причастности Чистодела к пожарам и убийствам?

— Я не пришел к определенному выводу, но по эпизоду с убийством Изотова доказательств достаточно. Возможно, Матвеев еще тот оборотень — смог внушить людям, что он чуть ли не ангел с крылышками. Если он решился на устранения товарища по месту отсидки, значит, ему есть, что скрывать. Чистодел мог и сам убивать, а возможно просто был наводчиком и сбытчиком краденого.

Никто из присутствующих не стал возражать Веселову, и Миллер решил подвести итоги:

— Продолжим работу по прежним направлениям. А вам, Тамара Васильевна, надо постараться разговорить Чистодела. Напомните ему, что у него одна надежда остаться в живых — это дать признательные показания и раскаяться. Кстати, кто его защитник?

— Он решил пригласить своего знакомого