Отказные материалы - Владимир Леонидович Иванченко

На следующее утро Петрова вызвал к себе Миллер, выругал за допущенную волокиту при рассмотрении жалоб граждан. Затем сказал главное:

— Меня вызывал к себе прокурор области и прозрачно намекнул, что если мы выявим еще несколько укрытых преступлений, а именно так расценят нашу работу партийные органы, то прогремим на всю страну. Поэтому сворачивай свою деятельность по изучению отказных материалов и внимательней отнесись к выполнению своих прямых обязанностей. — Сергей нашел в себе силы возразить:

— Я считаю, что доказательства вины Матвеева пока выглядят сомнительными, а в этих бумагах может оказаться именно та ниточка, которая поможет распутать не столь простое дело. И как-то замять его, уже не удастся, даже Валерию Федоровичу. Светлов не простит смерть брата, а он знает, что в возбуждении уголовного дела, один раз, было незаконно отказано. Как мы будем выглядеть, если по жалобе чиновника из Москвы приедут важняки и раскопают все, что укрыто в отказных.

— Ладно. Продолжай работать, но только по уже полученным из архива материалам.

* * *

Молодые опера не стали останавливаться в гостинице Новосибирского УВД, а поселились в «Оби», расположенной рядом с речным вокзалом на берегу реки. Им хотелось немного отдохнуть от работы, что было затруднительно в условиях ведомственного жилья.

Зайцев дозвонился до своего старого друга Володи Нестерова, с которым он учился в школе милиции. Тот приехал с двумя бутылками водки и трехлитровой банкой, набитой тушеным мясом лося, приготовленным по-своему, охотничьему рецепту.

Нестеров — высокий, черноглазый парень, работал начальником уголовного розыска в сельском районе, расположенном рядом с Новосибирском. Его понятие об отдыхе совпадало с интересами усть-каменцев, также привыкших расслабляться с помощью спиртных напитков.

К восьми вечера задушевный разговор завершился, когда они обнаружили, что водка выпита, а тушенка благополучно съедена.

— Идем в ресторан, я угощаю! — это решил раскошелиться Зайцев. Благоразумный Веселов, который выглядел практически трезвым, был вынужден поддержать приятеля:

— Идем! Только платить будем вдвоем. Володька, теперь ты у нас в гостях будешь!

Ресторан был совсем рядом, в одном здании с речным вокзалом. Со стороны причала раздавались звуки марша, исполняемого в честь прибытия пассажирских теплоходов. Молоденькому официанту заказали водку, минеральную воду, салаты и на горячее — фирменный бифштекс. Когда стала играть музыка, все сразу пошли танцевать: выпитый алкоголь требовал разрядки. Поскольку за соседним столиком сидели молодые женщины, Зайцев и Нестеров быстро познакомились с ними и стали строить планы на ночь. Веселов посмеялся над приятелями и предложил:

— Надо срочно возвращаться в номер и ложиться спать, как-нибудь разместимся.

Сельский опер возразил: — Никаких, как-нибудь! Я уже договорился с Иркой о том, что пойду ее провожать. Она намекнула, что у нее свободная хата.

Зайцев также был еще тот ходок:

— У меня со Светланой налажено взаимопонимание, только я поведу ее в номер, а ты, Костя, немного посидишь в холле — там есть диванчики.

Веселов был не рад своей способности не пьянеть: ему пришлось наблюдать, как выпившие друзья уводят своих новых знакомых, ободряюще подмигивая ему. Он дождался официанта, расплатился по счету и направился гулять. Обошел вокзал и остановился недалеко от причала, любуясь видом хорошо освещенной реки.

Здесь он простоял более двух часов, наблюдая за прибывающими и отчаливающими речными судами. Когда на Костю обратил внимание патруль транспортной милиции, он догадался не показывать свое служебное удостоверения, а предъявил карту гостя «Оби».

Возвращаясь в номер, Веселов столкнулся в дверях со Светланой, пробурчавшей:

— Ненадолго твоего друга хватило — спит уже.

Утром приехал Нестеров, в руках которого был только начавший входить в моду яркий пластиковый пакет, набитый бутылками жигулевского пива. Проснувшийся Зайцев обрадовался его приходу и принесенным напиткам, стал расспрашивать о результатах сопровождения Иры. Веселов решил немного приземлить слишком веселых друзей:

— Результат узнаете в лаборатории известного диспансера! — Увидев, что опера призадумались, он решил их подбодрить:

— Не волнуйтесь, судя по тому, что подружки ваши выглядели страшненькими и сразу на вас набросились, у них уже года два не было партнеров.

— Костя, чем зубоскалить, лучше подумай, как мы сегодня работать будем, надо в УВД показаться, командировочные отметить, помощи попросить: транспорт, информацию, — Зайцев умело перевел разговор на служебную тему. Нестеров предложил:

— За мной сейчас машина подойдет. Пейте пиво, а я вас, куда надо подброшу.

Но Веселов сказал, что сегодня ни он, ни Зайцев, даже к пиву не прикоснутся: работа важней.

В УВД транспорт не дали, сказали, что самим не хватает. Посоветовали ездить на автобусе и за информацией направили в местный архив. Получив там два уголовных дела на Матвеева, оперативники сразу стали их просматривать.

Выяснили, что в обоих случаях Чистодел был пойман с поличным, благодаря сообщениям осведомителя, полученных оперуполномоченным Центрального РОВД Игнатовым. Первая кража была совершена в январе 1978 года. Максима задержали при выходе из подъезда, в котором находилась квартира заместителя председателя облпотребсоюза, отдыхавшего с семьей в Индии. В портфеле вора находились дубликаты ключей и ювелирные изделия, на сумму около трех тысяч рублей. На дверном звонке квартиры были обнаружены отпечатки пальцев Матвеева.

В деле имелся рапорт Игнатова, согласно которому, его секретный источник сообщил о предстоящей краже, намеченной на ночь с 14 января, по адресу: Красный проспект 18 кв. 21.

Задержанный с поличным, вор заявил, что не имеет к краже никакого отношения, ключи и драгоценности ему подбросили, воспользовавшись его нетрезвым состоянием. В квартиру он действительно звонил, так как туда его пригласила по телефону малознакомая, но красивая девушка. В жилище его никто не пустил, и он пошел обратно.

Ему суд не поверил и, учитывая первую судимость, а также хорошую характеристику с облспорткомитета, бывший футболист был осужден на три года, из них он отсидел только два.

Второй раз Чистодела задержали в 1982 году на месте преступления, в квартире ректора сельхозинститута, уехавшего вместе с женой к сыну в Ленинград. Матвеев был одет в одни джинсы, а в кармане его пиджака, лежавшего на полу в прихожей, найдено ожерелье, стоимость которого составило три с половиной тысячи рублей. И снова о готовящемся преступлении Игнатова предупредил его осведомитель.

Матвеев опять утверждал, что украшение ему подбросила девушка, пригласившая на чашку кофе, и видимо сбежавшая из квартиры, в то время, когда он принимал, по ее настоянию, ванну.

В этом случае дело рассматривалось судами двух инстанций. По кассационной жалобе опытного адвоката Бормана, дело даже возвращалось на дополнительное расследование. Имелись свидетели, подтверждавшие, что такая девица действительно была, с ней Матвеев познакомился в ресторане, откуда, с ее согласия, повез на такси провожать до дома. В конечном итоге, судебные