Четыре жизни. 3. Производственник - Эрвин Полле

Томск. 1981 г. Часть панорамы строительства Томского нефтехимического комбината.

Томск. 1981 г. Панорама завода полипропилена.

О целесообразности пробного пуска можно и сейчас спорить, но политический эффект достигнут. Несколько сот килограммов некондиционного порошка полипропилена и столько же гранул, полученных из специально привезённого гурьевского порошка, отправлены на свалку, но позволили доложить: «Есть томский полипропилен!» Митинги, поздравления, обильная пресса. Строители, монтажники носили в карманах, показывали друг другу, пробовали на зуб гранулированный полипропилен, для любознательных мешок некондиционной продукции выставлен в помещении ЦПУ цеха полимеризации. Ведущие специалисты ЦЗЛ тоже «стояли на ушах» и сутки не уходили домой.

Томск. ТНХК. Центральный пульт управления цеха полимеризации пропилена.

Томск. ТНХК. Отделение полимеризации пропилена,

верхняя часть «производственного айсберга».

Центральной лаборатории, помимо основной работы поручено организовать запоминающийся сувенир. Решили остановиться на памятной настольной медали из полипропилена диаметром 8 см и толщиной ~ 1 см. Ограничителем фантазии явились возможности лабораторного пресса (изготовление образцов для испытаний полимеров), минимум полчаса на одну медаль, и отсутствие на комбинате функционирующих литьевых машин. Дизайнеры, боюсь ошибиться, из строительного института подготовили картинки обеих сторон. Перенос рисунков на металлические пластины с гравировкой для пресса проводили самостоятельно, благо итальянцы предусмотрели в составе поставленной лаборатории соответствующий станок. Отпрессовали несколько пробных экземпляров. Показал медаль Гетманцеву, тот похвалил и положил себе в карман.

Прошло несколько дней и в обкоме, на самом верху, решили, что вздыбленный конь (основа исторического герба Томска) — символ отсталой старины, а требуется показать индустриальный размах. Дурь! Кому пришла в голову? Не уверен, поступила ли команда от Лигачёва, на него привычно ссылались, но срочно, без пререканий, заказан новый рисунок. Коня поменяли на некое стилизованное изображение промышленного гиганта (на второй стороне название комбината, товарный знак и год). Изготовили и такие медали.

Томск. ТНХК. Цех готовой продукции завода полипропилена.

Памятная медаль послужила поводом для конфликта с руководителями итальянской пусковой бригады. Катализаторный комплекс (компоненты привезены из Гурьева), прежде чем подавать в реактор, опробован в лаборатории, показал нормальную активность. Пока в цехе шли подготовительные операции мы экстренно просушили полученный порошок полипропилена и отпрессовали медаль. 21 февраля 1981 г. в 0:20 оператор приступил к подаче катализаторного комплекса в промышленный реактор объёмом в 70 кубометров. Реакция полимеризации завязалась не сразу. Ночь, на ЦПУ толпа различных начальников, резкая перепалка между руководителями комбината и инофирмы о целесообразности продолжения пуска установки. Обмен любезностями приостановился, когда я принёс на ЦПУ памятную медаль из первого томского полипропилена и принялся энергично доказывать, что катализаторный комплекс соответствует норме. И действительно в 2:20 зафиксировано поглощение пропилена, т. е. полимеризация в промышленном реакторе началась. Но главный технолог итальянцев Бэлли долго со мной не здоровался.

Юмор вокруг памятных медалей не закончился. Через два дня после пробного пуска секретарь парткома передаёт поручение Поморова (куратор обкома на комбинате, будущий 1-й секретарь) доставить ему два десятка новых медалей для вручения томским делегатам 26-го съезда КПСС. Докладываю по телефону Гетманцеву, тот резко: «Не давать, пусть твои девушки вручат медали во время экскурсии делегатов по комбинату!» Часа через два звонок Поморова:

— Эрвин Гельмутович! Где медали?

— Александр Андрианович! Обратитесь к моим непосредственным начальникам Гетманцеву и Набоких (главный инженер)!

— Я Вас больше знать не желаю!

Рассерженный партийный чиновник бросил трубку, и действительно месяца два со мной не здоровался. Дополнительный забавный нюанс: в лаборатории выпуском медалей непосредственно занимался С.В.Грузин, зять Поморова.

Пакет медалей я передал Гетманцеву, как он их вручал делегатам, не знаю. Мелкий в истории комбината факт показывает сложность, мягко говоря, взаимоотношений областного партийного руководства с дирекцией строящегося гиганта.

В течение 2–3 лет тысячи памятных медалей в разных вариантах выпущены на литьевых машинах, обеспечены все интересующиеся работники комбината и многочисленные гости.

Я же храню ту самую единственную медаль из первого томского полипропилена, вызвавшую раздражение итальянских участников пробного пуска. Смотрю сегодня на довольно хорошо сохранившуюся (прессовали в спешке, без стабилизатора) медаль и в памяти выплывает история, история комбината, партийно-хозяйственные отношения, подвиг тружеников и победа, глупость человеческая…. Почему эта медаль не в музее ТНХК? Хочется думать о забывчивости…

Итак, в феврале руководители Томской области доложили 26-му съезду КПСС о пуске завода полипропилена. Каждый делегат вёз в Москву горсть гранул и памятную медаль. Мало кому в СМИ было интересно, что опробована только часть технологического оборудования, катализаторы и порошок полипропилена привезены из Гурьева.

Февральская эйфория прошла, а где же товарный продукт? На завершение монтажных и проведение пуско-наладочных работ собраны мощные силы, причём не только из Томска, но и министерские резервы. Регулярные штабы интенсифицировали работу и подняли уровень участников до первых руководителей подразделений. Кстати, термин и система проведения штабов изобретёны, по-видимому, в ведомстве Берия, генподрядчик строительства комбината — военизированное управление «Химстрой» министерства среднего машиностроения. Если на стадии строительства штабы возглавляли руководители управления Пронягин, Асаинов, Сперанский, то в описываемый период официальным руководителем назначен главный инженер комбината Набоких, штаб стал называться пусковой комиссией. 30–40 руководителей эксплуатации и многочисленных подрядных организаций отчитывались ежедневно о проделанной работе и возникающих проблемах. Записывались поручения, сроки исполнения жёстко контролировались. Комиссия начинала работать в 11 часов в одном корпусе, к 12 передислоцировалась в другой, к 13 — в третий, соответственно менялась часть участников. Трижды в неделю пусковую комиссию посещали «большие люди» — областные партийные руководители.