Звезды в астрологии, истории и культуре - Томас Мольтени

Багдада транзитный Плутон в Стрельце стоял в оппозиции к натальному Марсу города в Близнецах, а транзитный Марс в Скорпионе образовывал квадратуру с натальным Солнцем Багдада во Льве. Оба аспекта не отрицают вероятность жестокости и вооруженного столкновения, а также сложности при защите от нападения. Что озадачивает, так это положение Урана на 0,51° Овна в квадратуре с Венерой в Раке на 1,26° (очень точный и крайне редкий аспект): вдобавок к насилию, обусловленному положением Марса и Плутона, он предвещает разрушение красот города и бедственное положение здоровья его жителей, подвергшихся массовому истреблению. Неслучайно Уран отвечает также за «разрезание»: как известно, зачастую монголы, захватив территорию, рубили местным жителям головы и складывали их в жуткие кучи.

Византийцы и использование астрологии

Расцвет астрологической науки начал постепенно заинтересовывать и другие регионы, начиная с Византии, то есть Восточной Римской Империи, положение дел в которой разительно отличалось от Западной Европы. Науке о звездах удалось выдержать натиск: ее продолжали преподавать и изучать с завидной регулярностью, пускай в VI–VII веках при некоторых императорах (как Юстиниан и в особенности Ираклий) астрологические исследования и практики претерпевали значительные притеснения.

Философ Стефан, получивший образование в школе Феофила Эдесского[101], в 775 году перебрался в Византию и привез с собой книги Феофила и знания, усвоенные в Багдаде. Ученые и придворные императорского византийского двора, которым не терпелось вкусить новых астрологических знаний, приняли его с распростертыми объятиями. Теориями Феофила позже воспользуется придворный астролог Панкратий, назначенный императором Константином VI на должность военного консультанта.

По свидетельству летописца Феофана Исповедника, Панкратий, вместе с другими лжеастрологами сопровождая императора Константина VI в походах, давал ему ошибочные рекомендации и указывал неверные моменты для атаки. Из-за того, что император прислушивался к их советам, византийское войско было разбито. Вполне возможно, что Феофан, будучи аскетом и католическим монахом, с неприязнью относился к труду придворных астрологов и потому пытался их очернить. Тем не менее его труды служат доказательством присутствия астрологов среди близкого окружения императора Византии.

Алексей I Комнин, правивший с 1081 по 1118 год, так же как и его внук Мануил I Комнин, активно интересовался звездной наукой, оставаясь при этом убежденным христианином. Мануил считал, что знаки зодиака связаны с божественным началом и в качестве подтверждения ссылался на эпизод из Священного писания, где описывалось солнечное затмение в момент распятия Христа.

Император признавал астрологию священной наукой, незаменимой для тех, кто наделен властью управлять народами. Он был настолько в этом убежден, что отправил в подарок императору Священной Римской империи Фридриху I «Альмагест» Птолемея в латинском переводе, который на тот момент в Европе было практически не найти. Две поэмы Феодора Продрома и Иоанна Каматира, посвященные Мануилу I Комнину, являют собой пик византийской астрологии.

Император Алексей II Комнин, преемник Мануила, тоже окружил себя лучшими исследователями звездного неба того времени.

Космический трон Хосрова в художественной интерпретации Пьеро делла Франческа (фреска «Битва между Ираклием и Хосровом», базилика Сан-Франческо в Ареццо, 1458–1466)

Помимо Византийской империи, сильное влияние арабской астрологической школы испытало и Королевство Испания, долгое время находившееся под господством арабов и граничившее на юге с владениями халифов Кордовы и Гранады. После «исидорова Возрождения» распространением культурного развития Испании занялся Альфонсо X Кастильский (1221–1284) по прозвищу Мудрый. Именно он приказал составить знаменитые «Альфонсовы таблицы», внесшие вклад в развитие небесной науки. Около 1252 года группа астрономов, следуя теориям Птолемея, принялась за их составление. Вместе с возвращением в обиход астролябии «Альфонсовы таблицы» обозначили переломный момент в средневековой астрологической панораме, послужив значительным толчком к новому расцвету науки в Европе. Альфонсо мудро воспользовался знаниями, полученными от арабов, и постарался распространить их в своем королевстве. Говорят, что его библиотека насчитывала более 250 книг, что для того времени было внушительной цифрой.

Тем временем персидские династии продолжали полагаться на звезды и активно их изучали, способствуя процветанию астрологии и на территории исламской империи, в особенности в багдадской школе. Из персидских правителей Средневековья больше всего увлекались звездной наукой Йездигерд I (399/400–420/421) и Хосров II (591–628). Хроники сообщают, что Йездигерд приказал составить гороскопы для своих детей каждому придворному астрологу, а Хосров II собрал невероятное количество астрологов и магов (некоторые источники называют цифру 360), чтобы подгадать наиболее благоприятный момент для постройки плотины на реке Тигр. Известно, что император династии Сасанидов Хосров II повелел изготовить трон с балдахином из золота и лазурита, на котором бы были изображены небо, звезды и знаки зодиака. «Астрономический балдахин» был оснащен механизмом, позволявшим наблюдать за положением светил в любое время дня и ночи. Его предназначение сходно с идеей обсерватории, которую приказали построить Нерон в Золотом доме и Адриан на вилле в Тиволи.

Во время войны Византии с персидской династией Сасанидов (602–628), чтобы вернуть Животворящий крест, похищенный Хосровом из Иерусалима, византийцы под предводительством Ираклия разбили персов. Кроме прочего, им удалось завладеть и космическим балдахином, который по приказу императора был уничтожен. Ираклий слыл рьяным католиком, порицавшим изучение астрологии, и счел изобретение кощунством.

Каролингские короли и звездная премудрость

Карл Великий и Алкуин

Как мы могли убедиться, в средневековой Западной Европе астрологии пришлось непросто, что неизменно вело ее к угасанию. Запертые в библиотеках монастырей, астрологические книги часто были под запретом, и долгое время наука оставалась без внимания. Однако существуют хоть и редкие, но показательные случаи, когда изучение звезд удавалось осуществить и при дневном свете.

Особенного внимания заслуживает происходившее в королевстве франков – германского племени, которому лучше других удалось перенять и сохранить многие римские традиции. Хлодвиг I, Карл Мартелл, Карл Великий, Людовик Благочестивый, Генрих II, Оттон III, Фридрих II Швабский – все эти короли и императоры первого плана обеспечивали постоянство астрологических исследований на Западе.

Симон де Фарес (1450–1499), французский астролог и астроном XV века, занимался изучением биографий и деяний самых видных астрологов в истории, которые позже объединил в труде «Сборник самых известных астрологов и некоторых ученых мужей» (Recueil des plus célèbres astrologues et quelques hommes doctes). Углублял свои познания в астрологии ученый в Париже, где позже был взят под стражу по обвинению в использовании предсказательной астрологии. Тем не менее при жизни он добился такого успеха, что был назначен советником при дворе Жана II де Бурбона, а позже – при Людовике XI и даже при его сыне, знаменитом Карле VIII.

Трактатом французский ученый стремился доказать ключевую роль астрологии