Чистилище - Сергей Александрович Ким

молчание, лорд Винтер? Вы тоже мои люди, а своим я не угрожаю и не запугиваю, заставляя молчать… Хотя и мог бы. Так какова цена?

— Вы меня, кажется, не поняли, Ваше Высочество, — хмыкнул я. — Я вам не угрожаю — я лишь озвучиваю причины, почему нам лучше на время покинуть Чердынь в частности и Печору вообще. Той награды, что нам полагается за тех же гейстов Потопа и так вполне хватит… Но есть и вариант, который устроит всех.

— Нда? Что ж, я весь внимание, — усмехнулся Михаил Святославович.

Следующая пачка аргументов. На этот раз относительно нашего возможного обучения в одной из престижных магических школ.

После некоторого раздумья, я остановился всё-таки на Московской академии. И престижная, и древняя, и что немаловажно — считается формально независимой и общепризнанной нейтральной территорией. Ну, одно из таких. Лучше уж тихая провинциальная Москва, а не беспокойный Новгород или Киев.

А так — и для нас самое лучшее вложение денег, потому что в дело какое-то вкладываться — ну такая себе мысль. Нет, если не брать в расчёт мои знания из будущего, то купить заводик или корабль, да иметь с этого прибыль — мысль хорошая. Но что с тех денег, если сюда докатится большая война? А значит — магическая школа, значит — новые связи и попытки изменить то, что почти невозможно изменить.

Ну, для Печоры и лично князя тоже всё неплохо. Пусть, уже не в денежном выражении, но в престиже и репутации, что среди князей зачастую даже важнее. Пусть нас всего трое, но мы уже доказали, что стоим нескольких дюжин. Печора присылает учиться одарённых магов, демонстрирует силу, напоминает, что даже в маленьком княжестве могут быть серьёзные бойцы… Чем не прибыток, чем не лишние очки в бесконечных княжеских игрищах?

— Признаю, звучит заманчиво, — после некоторого раздумья, вынес свой вердикт Михаил Святославович. — Но вы хотя бы представляете, как сложно попасть в такое заведение, даже имея много денег? А уж про деньги я даже и не говорю…

— Ну, у вас же есть квота на поступление учеников… — пожал я плечами.

— Да, — сказал князь и слегка прищурился. — Вот только мало кому об этом известно. Так откуда это тебе известно, Конрад?

На самом деле — хороший знак, что он снова со мной на «ты». Когда начал «выкать» — аж угрозой повеяло, и даже весь этот образ доброго вежливого дядечки едва не посыпался с Его Высочества…

— Винтеры умеют хранить секреты, — дипломатично улыбнулся я.

Дипломатично — это когда ты пытаешься сказать больше, чем говоришь, при этом вообще не говоря ничего вразумительного.

— Уточню ещё кое-какие моменты. Твоей младшей сестре, Конрад, всего четырнадцать, а в магические школы берут, начиная с шестнадцати.

— А если за юное талантливое дарование попросят уважаемые люди? — приподнял я бровь.

— Но справится ли юное талантливое дарование с учёбой? — усмехнулся князь.

— Насчёт этого — не извольте беспокоиться. Тем более, что у нас ещё есть время до сентября, чтобы немного подтянуть знания.

И заодно магические навыки… Да и форму лучше подтянуть. Я, конечно, знаю, что вступительные испытания даже в самых лучших академиях жёсткие, но при этом всё равно мягче, чем наши постоянные тренировки… Но вот сёстрам этого лучше не знать, чтобы не расслабляться.

— Ваше Высочество, вы нам только дайте шанс на поступление, а дальше мы не подведём.

Князь внимательно посмотрел на меня, побарабанил пальцами по подлокотнику кресла, а затем неожиданно хлопнул себя по колену.

— Добро! — кивнул Его Высочество. — Так и поступим. Я обеспечиваю вам места в Московской академии магии и высокого волшебства, каждый год оплачиваю обучение…

— Лучше бы сразу внести сумму за все три года.

— Полагаете, что я могу вас обмануть?

— Нет, просто не исключаю варианта, что клану Винтер придётся покинуть Печорское княжество.

— Мне не хотелось бы терять добрых вассалов, Конрад.

— А мне не хотелось бы уходить в неизвестность. Но, возможно, так сложится, что наше присутствие здесь лишь доставит всем… неудобства.

Князь кивнул, явно поняв намёк.

Да, это сейчас мы — герои. Но если Новгород… и кто там ещё замешан в попытке дискредитации Михаила Святославовича — Пермь? Ещё кто-то? так вот если они затаят обиду персонально на наш род, то при любом удобном случае — читай, когда Печора будет слаба — запросто могут потребовать нашей выдачи. Разумеется, ни один нормальный князь в здравом уме не станет отдавать своих вассалов, а скорее втихую организует им выезд из княжества…

Но если всё равно уезжать отсюда, то не лучше ли делать это на своих условиях?

А уезжать рано или поздно придётся, потому что если мы и заведём нужные связи, то реализовать их, сидя в этом медвежьем углу, всё равно не получится. И не бросать же Райнхарда здесь одного? Планы у меня есть на всех… Правда, не все ими останутся довольны, но что уж тут поделать?

— Сумма, конечно, немалая… — протянул Михаил Святославович.

— Ну, вряд ли больше той, в которую обошёлся возвращённый Его Высочеству бронеход, — улыбнулся я.

Князь пожевал губами и со смешком махнул рукой.

— Ладно уж! К дэвам торги — остановимся на ваших условиях. Хотите заключить официальное соглашение?

— Думаю, ваша канцелярия будет настаивать на таком… Но позже. А сейчас хватит и вашего слова.

— Ударим по рукам? — усмехнулся Михаил Святославич.

— …Конечно же, клану Винтер полагается солидная премия за уничтожения множества опаснейших монстров… Но самым ценным, как я надеюсь, будет то, что из моей личной казны будет оплачено их обучение в одной из лучших академий Конфедерации!

Князь прикалывает к моему кителю орден, жмёт руку и вполне по-отечески приобнимает. Затем приходит черёд Хильды, которая получила поцелуй в щёку от старого лиса, а Вилли он чмокнул в макушку.

— Вы уж там не посрамите родное княжество! — выдал князь нам напутствие. — Не желаете ли сказать пару слов нашим добрым печорцам? Хильдегарда, Вильгельмина?

Вот только речи Хильды сейчас и не хватало. Она ж сейчас от волнения и торжественности момента начнёт материться от восхищения. А на Вилли, кажется, икота напала… И Его Высочество как назло вовсю подмигивает — дескать, по-любому надо что-то сказать для закрепления эффекта.

Вздохнул, подошёл к трибуне, машинально нашёл звуковой фокус — куда говорить, чтобы магия могла по всей площади мой голос разнести.

— Я не мастер говорить речи, — сказал я, несколько покривив душой. Произносить речи в теперь уже неслучившемся будущем мне приходилось. — Поэтому скажу просто — мы сделали то, что должны были. Ни больше, ни меньше. Мы присягнули защищать эту землю