Подвиг без героя (СИ) - Ольга Александровна Валентеева

издали — почему нет? Величественное старинное здание притягивало взгляд, заставляло вспоминать о том, что время идет, и лишь подобные монолиты переживут не одно поколение.

— Здесь красиво, — тихо сказал Валь.

— Согласен. Внутри дворец не так хорош, как снаружи.

— А ты там был?

— Давно. Но не думаю, чтобы все сильно изменилось. У его величества не самый хороший вкус. Может, когда у него появится жена, это изменится.

Валь почему-то отвернулся. Вот точно, влюблен в принцессу и надеется, что за помощь последует награда. Но вряд ли! Принцессы всегда выходят замуж за мужчин своего ранга. А Валь… Обычный парнишка. Даже если придется девушке по сердцу, мужем не станет. Или же она рискнет им, чтобы вызволить брата.

Вдруг раздался протяжный, низкий звук трубы.

— Что такое? — остановился я, оборачиваясь.

Люди расступались. По улице медленно ползла черная повозка, а на ней лежало тело, закрытое черной тканью. Была видна лишь рука с перстнем на среднем пальце — массивным, золотым. Печать королей Эффорта. С ума сойти!

— Нет, — прошептал Валь, видимо, тоже узнав перстень. — Нет, нет!

— Говорят, принца убили сторонники его дяди, — расслышал я разговор. — Не дали доехать до родной страны. Как еще принцесса к нам добралась.

Валь глухо всхлипнул. Они что, были так дружны? Сомневаюсь. Принц в Ландорне уже три года. А Валь сам мальчишка. Но его била дрожь: тряслись руки, едва держали ноги. Я понял, что мы начинаем привлекать внимание. Схватил парня в охапку и потащил прочь, зашвырнул в какую-то подворотню, как котенка. Тот разрыдался, прижимаясь спиной к стене.

— Послушай, Валь, — начал было я, — твоя скорбь, конечно, о многом говорит, но на людях может стоить тебе жизни.

— Ты не понимаешь! — Парнишка вскинул на меня полные слез глаза. — Это мой брат! Единственный, кто у меня остался!

— Что ты несешь?

— Кейлин мой брат, — еще один всхлип. — Я принцесса Валенсия.

Я едва не сел с размаху на землю. Похоже, с вином пора завязывать. Не отличить девчонку от парня! Хотя, это многое объясняло… Но сейчас было не время для раздумий.

— Подожди, не реви, — встряхнул ее. — Может… Может, это спектакль?

— А перстень? Кей никому бы его не отдал! Он принадлежит нашему отцу.

Отцу… Вот это я вляпался! Богиня Рат, что я тебе сделал?

— Думаю, у него могли и не спрашивать, — сказал я, пытаясь выстроить в голове все, что знаю о последних событиях во дворце. — Подожди. Готов поспорить, твой брат жив.

Валь… Валенсия всхлипнула и вытерла глаза. Теперь она глядела на меня с надеждой.

— Смотри. — Я огляделся по сторонам. — Король заявил, что принцесса во дворце. Но тебя там нет. Зачем он тогда отпустил твоего брата? У него не было причины. А на свадьбе ему понадобится невеста. И либо будет очередной некрасивый маскарад, либо Бертран надеется, что смерть брата заставит тебя проявить себя. Я попытаюсь узнать, что творится во дворце, но сначала отведу тебя домой.

— Нет!

— Да, Валь. Тебе не я в телохранители нужен, а целый отряд воинов. Идем же!

Девчонка перестала хлюпать носом. Видимо, признала мою правоту. Мы шли быстро. Я слишком задумался, Валь, наверняка, надеялась, что чем быстрее мы доберемся, тем скорее я пойду выяснять, что произошло с ее братишкой. Эх, Фергюс! Жди меня в гости, потому что кому-то другому доверять нельзя.

Квартирка встречала нас тишиной. Но прежде, чем отправиться на вылазку, я потребовал:

— Рассказывай.

Девчонка присела на краешек кресла и отвела взгляд, а я навис над ней, как громада, требуя правды. Прежде чем рисковать и совать голову в петлю, мне хотелось бы знать, ради чего я это делаю.

— В последний раз я видела Кейлина перед началом войны, — тихо сказала она. — Нам было по пятнадцать. Отец будто что-то чувствовал и отправил меня в светлый монастырь учиться, а Кей остался с мамой, как я потом узнала. Он, конечно, хотел воевать, но папа не позволил. Когда отец погиб, мать успела написать монахиням, и они вступились за меня. Королевские прихвостни уехали ни с чем. В итоге матушка заключила договор с королем Бертраном, о котором ты знаешь: он забирает Кея, как гарант моего и маминого благоразумия, а потом произойдет обмен. Я стану женой короля, а Кей вернется домой. Но знаешь…

Валь на мгновение затихла и снова вытерла слезы.

— Я поняла, что не смогу. Вот так стать женой убийцы отца. Да, можно сказать, что на поединке сражался не он, а Ферсон. Вот только кто отдал приказ? Кто развязал войну? Бертран. Он истинный виновник случившегося. Он должен был сражаться с папой, но струсил. И я сбежала. Наставницы помогли, передали мне деньги, оставленные матушкой к моему совершеннолетию, и ее драгоценности. Сначала я путешествовала по Эффорту, а когда мне исполнилось девятнадцать… решила посмотреть страху в глаза. Кей не должен платить за меня. Уверена, что ему далеко не хорошо во дворце врага. И там, на площади, я знала: принцессы рядом с Бертраном нет. Значит, там принц, понимаешь? Пожалуйста, Денни. Мне просто нужно знать, что на самом деле с братом. Умоляю!

— Валь…

— Пожалуйста, зови меня Ленси. Меня так звали домашние.

— Хорошо. — Я пожал плечами. — Послушай, Ленси, мне, конечно, жаль тебя и брата, но я согласен только узнать, что с ним, а потом уйду. Прости, но в определенный момент жизни пообещал себе больше никогда не вмешиваться в политику.

— Спасибо, Денни. Мне этого достаточно. Если Кей жив… У меня всегда останется вариант пойти во дворец и сдаться на милость короля. Брат не должен платить за мою трусость.

Я прикинул, когда навещал Фергюса. Посчитал дни. Если ничего не изменилось, он должен сейчас быть на службе и вернуться домой вечером. Когда же к нему пойти? Посмотрел на Ленси. Она выглядела совсем несчастной, и мне было ее жаль. Хотелось сказать, что даже выйди она замуж за Бертрана, никто не оставил бы Кейлина в живых, но пока что я щадил ее чувства. Пусть девочка немного придет в себя. Ей и так непросто.

— Вечером навещу друга, — пообещал ей. — Он как раз должен вернуться из дворца. Может, что знает.

— Спасибо.

Она поднялась и сжала мои руки. Бледная, заплаканная. В груди что-то шевельнулось. Видимо, давно уснувшая совесть.

— Отдохни, — посоветовал ей. — А я пройдусь немного.

— Я постараюсь, — тихо ответила Валенсия.

— Вернусь поздно.

— Хорошо.

И я ушел. До восьми часов бесцельно бродил по городу, стараясь не думать ни о чем. Считал, что научился, но не получалось. Мысли копошились, как пауки в банке, норовили расползтись в