Непристойные предложения - Уильям Тенн

Гаромма Слуга Всех правил человечеством, но еще дольше Моддо в качестве личного секретаря контролировал Гаромму по всем важным вопросам.

Зато последние пять лет он, Луб, психотерапевт и незаменимый костыль для некоего пострадавшего самолюбия, управлял Моддо, а значит, правил всем миром без каких-либо возражений, нареканий и уж точно без каких-либо подозрений.

Человек, стоящий за серым кардиналом. Что могло быть безопаснее?

Конечно, было бы гораздо эффективнее взять в свою железную терапевтическую хватку самого Гаромму. Но это означало оказаться у всех на виду. Должность личного психиатра Слуги Всех сделала бы его объектом ревности и зависти любых плетущих интриги заговорщиков из высшего эшелона власти.

Нет, лучше оставаться опекуном опекуна, особенно когда этот опекун выглядит самым незначительным человеком во всем бюрократическом аппарате Лачуги государственной службы.

А затем, когда-нибудь, его специалисты дадут ответ на поставленный им вопрос, и он, возможно, уберет Слугу образования и начнет собственноручно контролировать Гаромму с помощью нового метода.

Он с удовольствием слушал, как Моддо описывает проблему Слуги безопасности, ссылаясь на гипотетического сотрудника в своем отделе, которого вскоре необходимо будет заменить. Вопрос ставился так: кому из двух обладающих исключительными способностями подчиненных следует передать этот пост?

Луб пытался понять, знает ли пациент, насколько очевидными были все его попытки скрыть реальных персонажей за выдуманными личностями. Но нет, пациенты практически никогда этого не понимали. Расстроенным разумом этого человека можно было манипулировать настолько, что сам факт пребывания Моддо в здравом уме был обусловлен лишь двумя факторами: постоянной потребностью консультироваться у Луба, когда необходимо было решать что-то более-менее серьезное, и вера, что на этих консультациях Моддо мог говорить открыто, не выдавая никаких фактических сведений о сложившейся ситуации.

Когда голос доносящийся с кушетки перестал выстреливать своими рваными, вопросительными сведениями и помыслами, заговорил Луб. Плавно, тихо, почти с монотонностью автомата он подытожил то, что рассказал Моддо. Казалось, что он просто упорядочивает поток сознания пациента. Однако фактически он переформулировал все так, что с учетом своих личных проблем и основополагающего отношения к жизни Слуга образования просто лишался каких-либо альтернатив. Он должен выбрать самого молодого из двух кандидатов, того, кто менее всего противодействовал Гильдии Целителей.

И не то, чтобы это имело хоть какое-то значение. Важным фактором здесь было доказательство своего полного контроля. Именно из-за полного контроля пришлось заставить Моддо убедить Гаромму в необходимости убрать Слугу безопасности именно тогда, когда Слуга Всех был еще очень далек от своего периодического умственного кризиса. Наоборот, он был преисполнен тогда всеобъемлющей радости.

Но несомненно, было какое-то особое удовольствие в уничтожении человека, который много лет назад, будучи главой Сорок седьмого района, отправил на плаху единственного брата Луба. Двойное достижение было таким же вкусным, как двуслойные торты, которыми так славились родные места Целителя. Он вздохнул, предаваясь воспоминаниям.

Моддо сел на кушетке, разгладил своими огромными ладонями ткань и потянулся.

— Ты даже не представляешь, каким полезным оказался сегодняшний сеанс, Луб. Головная боль пропала, и все стало очевидным. Похоже, что когда я выговариваюсь, то начинаю понимать, к какому решению надо прийти. Теперь я точно знаю, как поступить.

— Ну вот и хорошо, — протянул Луб Целитель мягким, слегка отстраненным голосом.

— Завтра я попытаюсь вырваться к тебе на целый час. И я все думаю, как бы перевести тебя в мою личную свиту, чтобы ты избавлял меня от этих ужасных болей всякий раз, как они возникают. Однако я еще не принял окончательного решения по этому поводу.

Луб пожал плечами и проводил своего пациента до двери.

— Решение исключительно за вами. Что бы вы ни придумали, я всегда буду готов помочь вам.

Он смотрел, как высокий, сухопарый человек удаляется по коридору к лифту. Однако я еще не принял решения по этому поводу. Конечно же, не принял и не примет, пока Луб не решит все сам. Луб вложил эту идею в его ум шесть месяцев назад, но отсрочил пока принятие окончательного решения. Он не был уверен, что пришло время, когда нужно было во что бы то ни стало сблизиться со Слугой Всех. К тому же в Бюро целительских исследований все еще не закончили тот замечательный маленький проект, которому он хотел бы сейчас уделить максимальное внимание.

Его секретарша вернулась и сразу же села работать за свою печатную машинку. Луб решил сходить вниз и проверить, что было сделано сегодня. Со всеми этими фанфарами и лаврами, сопровождавшими посещение Слуги Всех в честь празднования полного контроля, ясно, что работа исследователей была так или иначе нарушена. Однако решение могло быть найдено в любую минуту. И он хотел бы оценить, приносят ли эти исследования какие-то плоды, ведь многочисленные специалисты и лаборанты совершенно не обладали творческим мышлением и могли совершать самые нелепые ошибки!

Когда он спустился на этаж ниже, то подумал, мелькает ли у Моддо в самых секретных глубинах его подсознания мысль, насколько он стал зависеть от Целителя. Этот человек представлял собой комок нервов и неуверенности в себе — потеря родителей в детстве, конечно, нисколько не облегчала положение, но еще до этой страшной потери уже сформировались многие его комплексы. Он даже отдаленно не подозревал, что главной причиной, по которой он хотел, чтобы Гаромма стал мнимым правителем был страх и нежелание брать на себя ответственность за что-либо. Что та фальшивая личность, которую Моддо с гордостью демонстрировал миру, и была его настоящим лицом, просто он научился использовать свои страхи и робость в утилитарных целях. Но только до определенного предела. Семь лет назад, когда он нашел Луба («мне нужен психотерапевт, чтобы решить некоторые незначительные проблемы»), Моддо пребывал на грани срыва. Луб временно подправил пошатнувшийся внутренний мир Слуги и придал его мыслям несколько иное направление. Выгодное ему, Лубу.

Он все думал, могли ли древние хоть как-то помочь Моддо. Древние, если верить Устной традиции, незадолго до начала Новой эры разработали психотерапию, позволявшую менять и реорганизовывать внутреннюю жизнь любого человека, лечить его от умственных невзгод.

Но насколько такое лечение было эффективным? Ведь не было серьезных попыток использовать этот метод для очевидной цели, для единственной цели, таящейся за применением любого метода, — для достижения власти. Луб покачал головой. Эти древние были такими наивными! И столько полезных знаний утрачено именно из-за этого. Такая концепция, как суперэго, существовала исключительно в Устной традиции Гильдии целителей и не воспринималась не чем иным, кроме как бессмысленным набором слов, которые уже не позволяли понять изначального смысла этого понятия. Эти концепции при их правильном применении могли оказаться весьма полезными.

С другой стороны, не были