Полет дракона - Владимир Ковтун

- Да! – С гордостью подтвердил парфянин. – У нас есть, что предложить вашим купцам.

Понимая, что аудиенция окончена, Ли начал вежливо прощаться.

- В предгорьях встречаются разбойные люди. До самых границ царства вас будет сопровождать отряд из трехсот конников. Они в вашем распоряжении. – Сказал Митридат.

- Благодарю тебя, Царь Царей! – С поклоном ответил Ли.

- Есть и еще вести для тебя: два воина Хань, отставшие от вашего посольства, самостоятельно пробираются в Ктесифон. Слухи о них появились около одной луны назад. Потом оба куда-то исчезли. Кажется, один из них был сильно болен. Вчера мне сообщили, что их видели в Гиркании. Я приказал оказывать им всяческое содействие.

- Но, светлейший Владыка, у нас нет отставших от посольства воинов! – Удивился Ли.

- Странно! Ноходар{135} сказал мне, что они – люди вашего облика. Оба называют себя хань-жэнь, и утверждают, что догоняют ваш отряд.

- В Даюани мы встречали наших, плененных ранее, соотечественников. Возможно, эти двое были проданы в рабство, в Хорезм, или Бактрию – Высказал предположение Ли.

- Возможно. В любом случае, мы поддержим их, и до вашего возвращения из Рима эти люди ни в чем не будут нуждаться.

- Еще раз благодарю тебя, Царь Царей! – Ответил Ли.

- И последнее: - Митридат бросил на Ли странный взгляд. – не стоило бы мне, носящему титул Царя Царей, проявлять праздное любопытство, но я не могу удержаться. Скажи мне, чужеземец, откуда у тебя на пальце священное кольцо Зороастра?

- Это кольцо – подарок хорезмийского Владыки. – Ответил Ли. – Он подарил мне его в знак своей дружбы и расположения.

Больше вопросов Митридат не задавал, и лично проводил ханьского Посла до дверей своих покоев.

- Ну, что? – Спросил Фэй, увидев своего друга после аудиенции у царя Парфии. – Я был прав?

- Совершенно прав! В их глазах, Рим это – немалая угроза. Поэтому мы сейчас, в лице Митридата, получили большого друга.

- Друзья в политике – сомнительная вещь. – Заметил Фэй.

- Все смешано в этом мире: ложь и правда, любовь и ненависть, друзья и враги. Во всем есть свой смысл и глубинное равновесие. Кстати, парфянин сообщил, что нас пытаются догнать двое соотечественников. Возможно, бывшие рабы. Он обещал поддержать их до нашего возвращения.

- Весьма любезно с его стороны. А, что мы делаем сейчас?

- Идем в Рим! – Ответил Ли.

Следует сказать, что Парфия и далее поддерживала доброжелательные отношения с Империей Хань. Одного из ханьских послов будет встречать 20-тысячная парфянская конница-эскорт, и проводит его до царской резиденции. Примерно в это же время (100 год до н.э.) в Хань отправилось и парфянское посольство, в число даров которого входили страусиные яйца и фокусники из Александрии.

Огромные выгоды получит Парфия и от участия в товарообмене Восток-Запад, являясь посредником между двумя великими державами древности: Римом и Китаем.

Сбудутся и опасения парфянского царя о возможной агрессии Рима против его страны.

6 мая 53 года до н.э. легионы римского военачальника Красса, подавившего восстание Спартака, и парфянского полководца Сурена встретятся в Месопотамии у города Карры. Римляне потерпят страшное поражение. Почти все их войско попадет в плен, а отрубленная голова Красса будет представлена парфянскому царю Ороду.

После этих событий враги на протяжении долгого времени будут внимательно следить друг за другом, используя любую возможность для того, чтобы навредить.

Внутренние распри и противоречия а парфянском государстве приведут к тому, что в 60-х годах II-го века н.э. римские полководцы Луций Вер и Авидий Кассий захватят Селевкию и Ктесифон. Два великих города будут разрушены до основания. С их падением завершит свое существование и пятисотлетняя история Парфянского царства.

АПАМЕЯ

Ли-цин спешила. Надо сказать, что ей везло. Если ее и преследовали, то не догнали. В пути тоже никто не задерживал одинокого всадника. Следующим большим городом на ее пути была Апамея – один из самых больших городов Парфии.

В трех днях пути от Апамеи у Ли-цин закончились еда и деньги. Ей уже приходилось подрабатывать себе на жизнь, и девушка решила использовать приобретенный опыт.

Все это время она передвигалась по хорошо наезженной дороге, с частыми селениями и караван-сараями.

В селении, в которое она въехала ближе к вечеру, судя по всему, занимались коневодством. Ли-цин огляделась, и направилась к группе мужчин, толковавших о чем-то возле длинного, саманного строения.

Подъехав, спешилась, и уже хорошо зная местные обычаи, вежливо приветствовала собеседников.

Ей ответили, так же вежливо и сдержанно.

- Не найдется ли у вас для меня работы, уважаемые? – Спросила Ли-цин.

- Найдется, Ли-цин! – Ответил ей очень знакомый голос.

Ли-цин вгляделась и ахнула:

- Рагиб!

Да! Это, действительно, был тот самый молодой человек, которому, вместе с его невестой, они с Юанем помогли скрыться от погони.

- А, где Ваджия?

- А, где Юань?

Эти два вопроса прозвучали одновременно.

Окинув взглядом мужской костюм девушки, Рагиб быстро сообразил, что у Ли-цин, видимо, есть причины скрывать свой пол.

- Давайте-ка, за работу! – Обратился он к своим собеседникам. – А ты пойдешь со мной.

Проводив работников взглядом, Рагиб повернулся к девушке.

- Как ты здесь оказалась, сестра? Где твой брат?

На глазах Ли-цин показались слезы.

Рагиб выслушал ее рассказ и помрачнел.

- В рабство это – очень серьезно…. У нас это навечно. Но, может быть, боги помогут ему. А, Ваджия – здесь, со мной. Сейчас я тебя отведу к ней.

По дороге к небольшому домику, Рагиб рассказал, как ему удалось найти купца-парфянина, и тот не забыл оказанной ему когда-то услуги. Дал возможность жить и работать, поручил присматривать за небольшим конным заводом.

- Мы оба счастливы. – Заключил он свой рассказ. – И во многом, благодаря тебе и твоему брату. Золото, подаренное вами, спасло нам жизнь. И еще, скажу тебе по секрету: Ваджия готовится стать матерью.

Через несколько минут Ваджия, изумленная неожиданной встречей, уже обнимала Ли-цин.

- Я все время вспоминала тебя, сестра! – Сказала она, придя в себя после первого потрясения.

- А, я – тебя! И все гадала: удалось вам скрыться от погони, или нет?

- Как видишь, удалось! И мы с Рагибом никогда не забудем вашей доброты!

- Но, что же ты стоишь, жена! – Прервал их Рагиб. – Принимай гостью. Видишь, она с дороги и, наверное, голодна.