Теория заговора для хипстеров - Никита Балашов

Ну а за унынием следует сребролюбие. Поклонение золотому тельцу. Жажда наживы. Да, деньги нужны всем. Но в футболе доходит до совершенно нереальных сумм. Главный критерий оценки игрока — это отнюдь не его умение забивать голы, а трансферная стоимость. Чем выше стоимость, тем круче игрок. И трансферные суммы действительно зашкаливают. Так, Криштиану Роналду был куплен мадридским «Реалом» за 93,6 млн евро. Гарет Бейл — за 100 млн евро. Зинедин Зидан — за 73,5 млн евро.

Наши клубы, конечно, отстают — самый дорогой игрок чемпионата России, бразилец Халк, стоит «всего лишь» 60 млн евро.

А с чего все началось — в 1893 году самый дорогостоящий трансфер в футболе составлял какие-то 100 фунтов стерлингов. Это была продажа футболиста Вилли Гроувза из «Вест Бромвича» в «Астон Виллу».

Последние 30 лет особенно заметен рост цен. Если в 1982 году один из лучших футболистов ХХ века, сам Диего Марадона, был продан «Барселоне» за 3 млн фунтов, то теперь подобные суммы считаются детскими. Даже какой-нибудь Динияр Билялетдинов (хороший игрок, не спорю — но до уровня Марадоны он не дотягивает явно) сейчас стоит 10 млн евро.

Притом, заметьте: эти деньги получает не игрок. Эти деньги получает клуб, продав своего игрока другому клубу. Можно продать дом или машину. А можно ли продать человека? Давайте называть вещи своими именами: это самая обычная работорговля, пусть и на очень высоком уровне. Человек обязан сменить место жительства, играть не за тот клуб, за который хочет, — а за тот, который скажут, и так далее.

Вот слова Раймона Копа, французского футболиста: «Смешно сказать, но в середине ХХ века футболист может быть продан или куплен без его согласия. Это же рабство! Когда мне едва исполнилось 16 лет, мой отец отдал меня клубу „Анжерс“ за 100 000 старых франков. Затем этот клуб продал меня „Реймсу“ за 1 800 000, а тот в свою очередь мадридскому „Реалу“ за 52 миллиона. Я не получил из этих денег ни гроша».

Впрочем, футболистов, наверное, жалеть не стоит. Не знаю, как в середине ХХ века, а сейчас любой парень, едва начав карьеру футболиста, спит и видит, чтобы его поскорее купили — то есть хочет оказаться в положении раба. Более того, трансферными суммами гордятся.

Игрокам тоже достается многое — суммы личных контрактов достаточно велики. Роналду получает 12 млн евро в год. Не отстают от него Уэйн Руни — 11,5 млн евро в год и Лео Месси — 11 млн. Конечно, это лучшие игроки мира. Но и у нас, в отечественном футболе, тот же Аршавин, — которого «Арсенал» так никуда и не продал, ибо желающих не было, — в «Зените» получает 2,5 млн евро в год. Это гроши после зарплаты в «Арсенале» — 4,5 млн евро в год, а ведь там он все больше на скамейке запасных сидел.

Вспомним конфликт Игоря Денисова с руководством «Зенита». На эту тему так и было сказано на официальном сайте клуба: «Игрок в ультимативной форме отказался выйти на поле в матче против „Крыльев Советов“, требуя пересмотра личного контракта. Данные требования, которые клуб считает необоснованными, Денисов впервые озвучил еще в мае. Контракт с Денисовым действует до 2015 года, и его заработная плата — одна из самых высоких не только в футбольном клубе „Зенит“, но и во всем российском чемпионате». Конфликт возник из-за того, что пришедший в «Зенит» бразилец Халк имел зарплату гораздо выше, чем у Денисова.

На зарплату обращают внимание прежде всего. Ради чего футболисты едут из теплой цивилизованной Европы в холодную Россию? (А потом обратно.) Ну не ради спорта. Ради денег. Ради денег в далекий Дагестан переехал всемирно известный камерунский футболист Самюэль Это’о — а как деньги кончились, так тут же и свалил. Ради денег тренером сборной России стал голландец Дик Адвокат, а потом ради денег же ее и бросил.

Зарплата — главный показатель крутости игрока. Но как будто этого мало, есть и другие способы заработка. Например, рекламная деятельность: большинство известных футболистов что-то рекламируют. Дэвид Бэкхем рекламировал уже все что можно, от трусов до парфюма, Аршавин — чипсы и газировку. А еще бизнес, которым занимаются футболисты — рестораны, отели и так далее. И им все мало!

Как двадцать два миллионера по траве гоняют мяч,А на трибунах сорок тысяч — кто-то в крик, а кто-то в плач,У них нет яхты, нету виллы, на исходе валидол.У них осталось только пиво и футбол.

А у футболистов все есть. Они живут в лучших отелях, летают только бизнес-классом, спортивные футбольные базы похожи на виллы богачей. У них должно быть все самое лучшее. Болельщики со стажем вспоминают времена, когда футболисты сами шили себе форму, тренировались на асфальте, когда был один мяч на всю команду. И выигрывали же… Но теперь главное — деньги. А где сребролюбие — там и чревоугодие.

Казалось бы, спорт и обжорство, а уже тем более пьянство — несовместимы. Но про загулы футболистов можно снимать сериалы. И к их загулам публика относится довольно снисходительно. Не беда, что пьяный игрок «Зенита» Ионов угрожал полиции. Не беда, что перед ответственным матчем Словения — Россия половина сборной тусовалась в дорогом ресторане, распивая коньяк, — и в результате на чемпионат мира поехала сборная Словении.

О чревоугодии того же Марадоны в пик его карьеры ходили легенды. А там были не только еда и алкоголь, но и наркотики. В пьяном виде регулярно задерживали многих известных европейских футболистов.

Футболист в большинстве случаев — простой парень из рабочей семьи, чаще всего небогатой. В 20 лет он получает огромную популярность и кучу денег. Чем ему еще заниматься? А вместе с чревоугодием — похоть.

Нужно ли объяснять, что большинство футболистов — похотливые самцы? Вокруг них куча фанаток. Великий футболист Гарринча предположительно имел не меньше 14 детей от разных женщин, был женат несколько раз и постоянно изменял своим супругам.

Что там измены — выдающийся спортсмен Эдуард Стрельцов был осужден за изнасилование. А секс-скандалы Уэйна Руни с посещением им проституток известны всему миру.

Среди фанатов ситуация не многим лучше. Мужики смотрят футбол, параллельно набираясь пивом с водкой. А где пиво, там и девочки. Сколько мужских посиделок в барах закончились оргиями с проститутками?

Теперь о лени. В футболе ее много. Особенно это видно на поле. Потому что отнюдь не полтора часа они играют. Сама игра происходит всего минут двадцать. А оставшееся время — ленивое перешагивание. И чем ближе к концу игры, тем ленивее. Конечно, игроки тоже люди. Но если они получают миллионы долларов в год, то мы вправе требовать, чтобы они побегали хотя бы полтора часа пару раз в неделю.

Нам рассказывают слезливые истории о том, что три матча в неделю — это очень много, что игроки устают. Эти рассказы слушают грузчики, которые пять дней в неделю таскают тяжести, шахтеры, которые вкалывают в нечеловеческих условиях. А в это время большинство футбольных матчей являются не спортивным соревнованием, а демонстрацией лени. Лидером в данном случае является экс-капитан сборной и кумир миллионов Андрей Аршавин. После каждой атаки он так устало возвращается к своим воротам, что пожалеть его хочется.

Доходит до абсурда: игры, в которых спортсмены по-настоящему выкладываются, считаются редкостью. О них болельщики потом долго вспоминают. Мол, я видел Вагнера Лава. В то время, когда он носился по полю, когда остальные игроки лениво пинали мячик. Мне самому довелось побывать на одном матче с его участием — выглядело действительно смешно. Все лениво ходят, один Вагнер Лав носится от игрока к игроку.

В общем, футбол — концентрат семи смертных грехов. В футбол играют преимущественно в католических странах. Значит ли это, что задача футбола — распространять смертные грехи в католических странах? А кому это может быть выгодно? Не забегайте вперед. Во всем разберемся. Для начала ознакомимся с неофициальной историей футбола.

Кембриджские правила

Она не афишируется и в то же время особо не скрывается. Зачем скрывать то, чем все равно никто не интересуется? Ключевой момент в истории футбола — принятие так называемых «Кембриджских правил», заложивших основу для современных правил игры.

Это была действительно важная задача — привести правила к единому стандарту. Без этого футбол так и остался бы уличной забавой. А кому-то было очень нужно, чтобы футбол распространился по всему миру подобно вирусу. Правила нужно было принять как можно скорее.

Поэтому в 1846 году Генри де Уинтон и Джон Чарльз Тринг из Кембриджского университета встретились с представителями частных школ с целью сформулировать свод единых правил. Дискуссия длилась почти восемь часов, и в результате возник документ, названный «Кембриджские правила». По крайней мере, так нам об говорит Википедия.